Смерть любит танцы
Шрифт:
Я поморщилась и сплела за его спиной заклятие усыпления. Когда муж откинулся на спинку, я взмахом руки открыла дверцу и на полном ходу выпрыгнула из экипажа. Пусть муж едет к эльфам. А я, кажется, останусь. Призвав вампирью кровь, я на нереальной скорости понеслась в сторону Лакона.
Лассан Третий
Я наблюдал, как Кин ест виноград, придирчиво отбирая самые крупные и красивые плоды. Настроение было где-то пониже подвала: до меня дошли слухи, что бунтует армия. Эта новость была, мягко говоря, не самой хорошей. Впрочем, чему удивляться?
Я усмехнулся и тихо сказал:
— Кин, нам нужно ехать отсюда.
Она изумлённо посмотрела на меня:
— Куда?!
— Из Империи, милая.
В глубине её глаз дрогнул огонёк понимания, быстро сменившийся детской капризностью:
— Не хочу! Мне и тут нравится!
Я прищурился, глядя на неё. Играет или нет? Очень любопытно…
— Кин, мы вынуждены уехать. К сожалению, по-другому никак.
Она надула губки:
— Мне здесь нравится!
Я усмехнулся:
— Мне тоже. Кин, хватит, а? Не верю. Мы оба прекрасно понимаем, что к чему. Сейчас на моей стороне где-то четверть командующих: они надеются, что благодаря браку с тобой после передела власти я останусь на плаву. Остальные либо на стороне восстания, либо переметнулись к магам-заговорщикам. Нам нужно ехать, Кин. Если ты хочешь, впрочем, тебя я заброшу в Храм. Обратно. Ты ведь своё уже сделала?
Она изумлённо моргнула, медленно повернулась, посмотрела за окно…
— А почему бы тебе тоже не зависнуть в Храме? Ты будешь одним из влиятельнейших лиц Ириды, а после смерти Сита, возможно, станешь либо повелителем, либо советником… Зачем куда-то ехать? Твой дом — в столице, Чарующий! Идём со мной, Лас. Нам выпал шанс, в кои-то веки, всё изменить. Я почти доиграла до конца, сегодня всё решится, а потом — идём со мной! Пора уже порвать этот порочный круг, пора всё начать заново…
Я тихо рассмеялся:
— Кин, кому ты лжешь? Мы просто не сможем быть друг с другом откровенны, девочка моя. Такая уж у нас карма!
— И что? Любовь и откровенность — вещи не совместимые, об этом ещё Кошка говорила, а она никогда не ошибается.
— Чушь! Залог любви в семье — честность.
— Так думает тот из пары, кто наивней.
— Спасибо.
— Не за что. Так что ты скажешь? Ты пойдешь со мной? Повторяю, осталось недолго.
— До чего?
— До победы. Или поражения. Или пата. Это сложно, милый, но знай одно — ты будешь нужен мне.
Я нахмурился. Да, я отдал приказ верным мне людям, чтоб они присоединились к восстанию. Да, я знаю о действиях племянника куда больше, чем остальные маги. Возможно, я даже догадываюсь, о чём говорит Кин. Свершится то, о чём долго мечтали Чарующие… Но стоит ли оно того?
— Кин, ты уверена, что желаешь этого?
— Да, Лас. Кстати, откуда ты знаешь?
— Я больше полувека работал Императором, Кин. Эта профессия накладывает отпечаток…
Она улыбнулась, подняла на меня глаза и сказала:
— Мы тебя
любим. Не бросай нас.В этот момент дверь отлетела в сторону, выбитая мощным магическим ударом.
Сан
Я возник возле особняка Главы Школы Проклятых. Бешенство душило меня, заставляя магию адским котлом кипеть внутри, и подавляло назойливый, липкий страх.
Хани было больно. Что он с ней сделал?!
Резким порывом я вышиб дверь. Защитные заклинания «друга» вспенились, как море. Я ухмыльнулся. Как был грёбаным параноиком, так и остался!
— Тук-тук, — сказал я, посылая магический импульс. От взрыва повылетали стекла из рам. Магия срикошетила от защитного кокона и разлетелась в разные стороны ошмётками, безжалостно изрывая брусчатку.
— Кто стучится в дверь моя? Видишь, дома нет никто! Приходи ко мне вчера! Может, дома буду я! — пропел мерзкий голос, явно магически созданный. Я закатил глаза:
— Кэрр, у тебя проблемы с чувством юмора.
— Ну, хоть не с головой, как у некоторых, — отозвался маг, выходя из-за ворот и облокачиваясь на них плечом, — Я, по крайней мере, не объявляю о помолвке с безродной гулящей малолеткой, с которой все, кому не лень…
Я не стал дожидаться продолжения. Мне было плевать, что он скажет. И всё равно, что он в своём доме — я сильнее.
Наши магии столкнулись в воздухе. Всё пространство вокруг закипело. Дом вздрогнул.
— Где она? — уточнил я холодно.
— В подвалах. Она сладенькая, я ещё не наигрался…
Ему, откровенно говоря, не стоило этого говорить. У меня внутри всё вскипело, и мне стало наплевать на любые последствия. Я понял одно — он сдохнет!
Магия закрутилась вокруг меня, подчиняясь бешенству. Я поднял вверх руки, призывая стихию. В конечном итоге, я изучал техники всех школ…
'Помощь нужна?' — уточнил насмешливый голос Правящего в голове.
'Нет, братец, это мой дело. Разве что… отправь кого-то к Хани, очень прошу'
'Она не сама'
'Сит… Ей очень плохо?'
'Она тебя ждёт, она в норме, и ребёнок тоже. Займись этим уродом. Он твой'
Я усмехнулся и развёл руки, соединяя магии жизни, смерти и проклятия. И — последний штрих — фамильная магия. Из воздуха, оскалив клыки, материализовалась стая гончих. Моя ухмылка стала пострашней их оскалов. Поиграем, друг мой!
Кэрр неверяще уставился на тварей, потом на меня. Я улыбнулся и приподнял бровь. Маг выругался и начал швыряться в гончих заклинаниями. Я рассмеялся. От Тварей Императора не уходят…
Глазами Гончих я наблюдал, как Кэрр мечется по дому, пытаясь то открыть портал, то убить тварей. Конечно, толку с этого особого не было — и не таких ловили…
Наслаждаясь его страхом, я приказал не убивать сразу, а медленно наносить рану за раной, болезненные, но не смертельные. Я с искренним наслаждением наблюдал, как Кэрр пытается убежать, истекая кровью. Наконец он сделал неверное движение, дорогой ковёр поехал под ногами, и маг рухнул на пол. Гончие замерли над ним, посылая мне мысленный вопрос. Я усмехнулся: 'Порвите сухожилия на руках и ногах, перебейте хребет и оставьте'