Служу слову, Платонов Валерий

Служу слову

Платонов Валерий

Шрифт:

Малая родина

Я люблю мою родину малую,Я люблю наш родительский дом,За околицей даль величавуюИ заросший у озера склон.По воде звук весла и уключины,На рыбалку вадчанин [14] плывёт,Рыболовами были здесь Шушины,Да и Клюшиных славный жил род.Здесь нашёл мой прапрадед пристанище,Здесь он принял последний обряд,Но старинное вадское кладбищеС прахом дедов загнали в асфальт.Здесь водица святого источника,Лес, овраги, речная волна.И старушка из низкого домика,Как и прежде, встречает меня.Мне мила моя улица старая,Где был счастлив я с первых минут,Потому что здесь родина малая,Здесь души моей корни растут.

Вад – районный центр Нижегородской области.

По строфам А. С. Пушкина

Они

сошлись. Волна и камень,Стихи и проза, лёд и пламень.А. С. Пушкин

Идеалист-романтик Ленский —Поэт, философ деревенский —Цивилизован и любим,И Пушкин сжалился над ним:Убив мыслителя на взлётеВ его стремительном полёте,С движеньем пламенной груди,Но к рогоносному пути.Ведь Ольга, ветреная Ольга,Не сознавая чувства долга, —Пуста, как ранняя весна,Зато «красна лицом она».А вот Онегин не для славы,А для потехи и забавыЗнал дам «холодных, как зима,Непостижимых для ума».Давал Владимиру советыПисать и оды, и куплеты,И отойти от Ольги к той,Кто жаждет «пищи роковой».А я сквозь синие туманыЗрел облик Лариной ТатьяныИ благодарен, что творецДал в дар «чудесный образец».

Нет – не голый

«Картины Моне, как в стихах обороты,Туманны, легки и настрой создают…»Я, слушая, чувствовал тонкость породы,Счастливого сердца покой и уют.И речь с придыханьем, и дым сигареты,И сделал я вид, что узрел и позналМоне с Ренуаром, у коих поэтыНаходят доселе незримый астрал.Ван Гог, Писсарро, а о гордой плеядеТаких, как Пикассо, поведал я сам:«Король-то не голый – он в новом наряде,В наряде, не видимом лишь дуракам».В улыбке и жестах весенняя благость,А голос вещал, как при страстной мольбе:«Всмотрись вглубь себя, где находится радость,Найдёшь, милый друг, примененье себе».

Письмо

В этот раз сообщала сестра,А писала мне редко:«Жизнь отца, что текла как Сура [15] ,Задрожала как ветка».И по сердцу – как острым резцом,И поплыли чернила:«Приезжай, попрощайся с отцом».И слезу уронила.Я приехал, и мы, как всегда, —Две за встречу и третью [16] ,И я знал, что отец никогдаНе согнётся пред смертью.Он всю жизнь то в бою, то в борьбе,С юных лет, как на треке,Жизнь любил и был верен себе.У меня плыли веки.И хандра, и тоска без конца,И усилилось бремя,Вскоре весть от сестры: «У отцаОстановлено время».Цепь трагедий, как воля Творца,Поменяла программу,Через годы в могилу отцаПоложил я и маму.На высоком холме средь берёзВозле скромной могилыОбойтись можно бы и без слёз,Да не дал Бог мне силы.

Сура – река, приток Волги.

Традиция: армейские офицеры третьей рюмкой поминают ушедших в мир иной товарищей.

Сердце под нож

Элегантная маечка,Лёгкий стук каблучков,Шла навстречу мне ГалочкаДвадцать с лишним годков.И улыбкой туманноюСердцу бросила весть:Быть с прекрасною дамоюВеличайшая честь.Шаловливая талия,А в очах – сотни стрел,От такого мерцанияБез вина захмелел.Губы страстью увенчаны,В сердце море огня,Даже яркие женщиныОт неё без ума.Мужики к ней с осанною,На душе моей дрожь —Жить с прекрасною дамою —Значит, сердце под нож.

«за русский народ!»

«За русский народ!» – тост, произнесённый И.В. Сталиным на кремлёвском приёме 24 мая 1945 года. Ровно через месяц, 24 июня 1945 года, состоялся Парад Победы

Уланова Галина за столом,Курчатов, Жуков, Моисеев…И Шостакович Дмитрий здесь, а онЗа Русь и русских корифеев!И за здоровье, общность, за народ,А вслед заговорила музаО том, что русские – ведущий родВ стране Великого Союза.Он пил за тех, кто не оставил постИ не отдал страну шакалам,А Эренбург Илья, услышав тост,Сидел и плакал за бокалом.И Шолохов. Потом он в страшный годОтверг на съезде ложь Хрущёва,Один из всех, поднявшись в полный рост,В защиту Сталина взял слово.А

в этот памятный победный годТост произнёс Иосиф Сталин.О том, что русские, что русский родУмом, делами, силой славен.

Лучшие

Мне дорог вид рязанского селаИ мир его музея,«Ведь здесь когда-то баба родила»Есенина Сергея.Простор полей, красавица ОкаРазмахом одарили,По силе образов и языкаЕму нет равных в мире.Его поэзией дышал и жил,Искал в ней дух истока,Но вскоре весь задор и пылЯ перенёс на Блока.Размер и рифма, яркая строка,И дух стиха отменен.Поэзия мне Блока дорога,Но всех милей – Есенин.

Фантасмагория Замятина [17]

Ночь мною вновь за книгой встречена,Откуда внял не в одночасье,Что в жизни даже переменчивоМатематическое счастье.К чему семья, её предания!Зачем уклад, пожитки, хаты?Гигантский комбинат питанияОлеша [18] воспевал в двадцатых.Сия стезя была подхваченаИ понеслась, но вскоре силаФантасмагории ЗамятинаМеня как громом поразила.Я не хочу ходить под номером,Жить под стеклом в стране «Единой» [19] Ни с женщиной с весёлым норовом,Ни со своей супругой Ниной.Запутался я окончательно,Но мысль по-прежнему витает,И «Мы» – творение Замятина —Меня страшит и увлекает.Он жил надеждами и творчеством,Создал очаг себе и имя,А этот стих широким обществом,Скорей всего, не будет принят.

Евгений Иванович Замятин – русский писатель, публицист и литературный критик, киносценарист.

Олеша Юрий Карлович – русский писатель, поэт, драматург.

В романе «Мы» – Единое государство. Роман Замятина «Мы», написанный в 1920 году, описывает общество далёкого будущего, в котором личность подчинена жесткому тоталитарному контролю.

Осень

Осень срывает с лесов и полейЖадно густые цвета.И под напором обильных дождейЗелень стекает с листа.Смело меняет на яркий пурпур,На грозовые кострыБледное золото, и на лазурь —Краски медовой поры.Дни всё короче, и ныне во снеШепчет, снимая шелка:«Ты напиши, расскажи обо мне,Как я мила и ярка».

С бодуна

Вечер, речи, на простенкахТёмно-красный бархат,Роскошь в бежевых оттенках,В ожерелье яхонт.Носик, бархатные губки,Пафос и обжорство,Остроумие и шутки,Лёгкое потворство.Посмотрев на лик кокеткиУтром трезвым взглядом,Захотелось выпить водкиС флорентийским ядом.

Совет

Один совет. Прислушайся, Валерий,Прими всем сердцем, дорогой, и знай:На свой аршин соратников не меряй,Но и чужой – к себе не примеряй.Твоя душа добра и света ищет.В ней звон весны и по утрам свежо,Живи лишь только для себя, дружище,Но так, чтоб ближним было хорошо.

Шелуха

Удивляя благостное сердцеГоречью раздавленного перца,С гордой сути мрачного стихаСыпалась словесная труха.Вслед цинизм, приправленный эстетством,Сыпался с плебейским самоедством.Падающей братии внималСозданный мечтою Интеграл.Много раз он выносил за скобкиТо, что было в черепной коробке,А недавно в обществе светилУдалил и тех, кого любил.Приспособившись к гламурной лени,К простоте и лёгкости движенийВ сексе, словно питерский «Сапсан»,Двигался к невнятным словесам.С негативным философским взглядомИнтеграл ругался, а за матомСлышал я слова про авангард,Про модерн, платоновский азарт,И про то, что творческая вьюгаВозле поэтического кругаЗакружилась, словно шелуха,От вполне понятного стиха.Но сегодня ближе к полнолуньюИнтеграл за творческой заумьюЧуть левей сомнительных оковВдруг узрел безумие стихов.

Командир-педагог

Наш командир был полон силВ училище военном,Где касту воинов растилУмно и вдохновенно.Он, помня опыт боевой,Нам объяснял щадяще,Что в битве доблести с судьбойСудьба берёт верх чаще.Что доблесть можно победитьИ червь её изгложет,Но вот иной заставить бытьПока никто не может.Навстречу бурям и огню,Дыханью злого рокаУчил идти. И я хранюВ крови – дух педагога.

1 2 3 4 5 6 7

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Служу слову

Платонов Валерий

Шрифт: