Слуга Земли
Шрифт:
Только когда она осторожно убрала руку, будто боялась, что я тут же начну выкрикивать слова измены на всю округу, я снова заговорила:
— Помоги мне понять. Почему этот нейтралитет так важен?
— Сила Дома Земли всегда была в его беспристрастности. Мы были советниками королей и королев, судьями в спорах. Нас уважали.
— Но теперь всё не так.
Лара смяла травинку в пальцах.
— Нет. Но если мы останемся нейтральными, пусть другие и насмехаются над нами… Мы переживём их всех.
Может быть, их нейтралитет был необходимостью. А может,
Как бы то ни было, это выглядело трусостью.
Но я не сказала этого вслух. Сегодня я не стала бы больше давить на неё.
— Спасибо, что рассказала мне, — сказала я. — Мне ещё так много нужно понять о вашем мире.
Мы сменили тему. Говорили о детстве, о мечтах, о людях, которых знали.
Когда спустя несколько часов мы поднялись, чтобы вернуться, Лара протянула мне сжатую ладонь:
— Вот, возьми.
В мою ладонь упало что-то маленькое.
Я разжала пальцы и увидела пуговицу с её домашнего халата — изумрудное дерево с золотым стволом.
Ворсинка разорванной нити торчала сбоку.
— Ты за что-то зацепилась? — спросила я.
Лара улыбнулась — светло, радостно, как луна в небе.
— Это для тебя.
Я посмотрела на неё в недоумении.
— Не понимаю…
— Это первый предмет в твоей новой коллекции.
Глава 29
По мере того, как приближалось Испытание Земли, меня всё больше тревожило ощущение, что время ускользает сквозь пальцы. Я давно не передавала Каллену никакой информации. Более того, с того самого пикника, когда он спас меня от Гаррика и Маркаса, я не сказала ему ни слова и старалась держаться как можно дальше.
Воспоминания о той встрече до сих пор сбивали с толку. Почему я обрушила на него весь свой гнев? Почему не смогла сдержаться? Он был опасен. Он мог бы убить меня за дерзость… и всё же не сделал этого.
Я гадала, случится ли это когда-нибудь в будущем, когда моя полезность в качестве шпионки иссякнет.
Я не хотела, чтобы Каллен снова искал меня и жаловался на недостаток информации, поэтому накануне испытания отправилась в Дом Крови. Ожидая в тёмном вестибюле, я вспоминала слова Друстана. Пустая комната больше не казалась зловещей. В застывшем воздухе чувствовалась лишь скорбь.
Когда-то в этих стенах смеялись семьи, здесь росли дети, бегали и играли, как и в Доме Земли. Фейри, жившие здесь, были не только воинами — среди них были и целители.
Название и тайны, окутывающие это место, заставляли меня ожидать чего-то куда более мрачного. В воображении я рисовала логово убийц, пьющих кровь невинных, подпитывающих свою магию человеческими жертвами. Но реальность оказалась совсем иной: жители Дома Крови были гордыми, честными, и они предпочли смерть покорности тирану.
Это напомнило мне, как сильно я ошибалась в Кайдо. Я приняла его жажду крови за зло, но на деле это была всего лишь глубоко укоренившаяся голодная боль. Он не мог изменить свою природу. Но теперь,
когда я начала регулярно поить его кровью животных, его жажда насилия почти исчезла.В Мистей мало что было таким, каким казалось на первый взгляд. Дом Крови оказался столь же благородным, сколь Дом Иллюзий был прогнившим. Мой кинжал научился сдерживаться. Принц-фейри мог желать смертную. Даже Лара оказалась куда сложнее, чем я думала.
Кайдо дрогнул на моём предплечье, предупреждая о приближении постороннего.
Ещё один фейри, который был не тем, кем казался. Беспощадный Месть Короля, который пощадил простую смертную.
Каллен скользнул в вестибюль — стремительная тень, которую я, не ожидая, могла бы и не заметить.
— Удивлён, что ты пришла, — сказал он, наложив мерцающее обсидиановое заклятие на вход.
— Я стараюсь быть хорошей шпионкой. — Я шагнула ближе, жалея, что не могу разглядеть его лица. — Тебе, наверное, приятно осознавать, что ты видишь в темноте, а я нет?
Он вздохнул.
— Зажги факел.
Этот уголок Мистей с наступлением ночи погружался во мрак: настенные факелы едва тлели, и я заранее позаботилась о своём — небольшой, незажжённый, он был зажат на поясе. Разумеется, Каллен это заметил. Он, кажется, замечал во мне всё.
— Тебя не беспокоит, что кто-то узнает, что мы здесь?
— Никто не подойдёт ближе, чем я позволю. Я наложил теневые заклятья в коридоре. Как только их пересекут, я узнаю.
У него было слишком много странных способностей, и наверняка те, о которых я знала, составляли лишь малую их часть.
Я зажгла факел и подняла его. Пламя очертило резкие углы его лица, высветив выражение, которое меня удивило: Каллен не казался таким бесстрастным, как обычно. Он выглядел усталым.
— Ну? — напомнил он. — Что такого важного, что ты вытащила меня из дома посреди ночи?
— Это не совсем ночь.
— Я жду.
Я вздохнула.
— Я хотела, чтобы ты знал: я пытаюсь добыть информацию, но пока мне не везёт. Единственное, что я услышала о возможных волнениях — это слух, что Дом Пустоты планирует восстание.
Я тщательно отрепетировала ложь, чтобы она звучала естественно. У меня было две цели: выполнить свою часть сделки с Калленом, не выдав заговор Друстана, и разузнать хоть что-то о планах Пустоты.
— Кто тебе это сказал? — Когда я не ответила сразу, его губы изогнулись в полуулыбке. — Друстан, конечно же. Я знаю, что вы двое слишком часто разговариваете.
Я проигнорировала его намёк.
— Это правда?
— Он рассказал тебе что-то ещё?
Я раздражённо выдохнула.
— Немного о старом восстании. Раньше Дома Огня и Пустоты были союзниками. Что изменилось?
Сначала я подумала, что он вообще не ответит.
— Всё сложно, — сказал он наконец. — С тех пор прошло пятьсот лет, и альянсы меняются. К тому же я служу королю. Огонь играет в верность, но на самом деле они этого не чувствуют.
— Зачем ты ему служишь? — спросила я, искренне любопытствуя. — Твой брат почти не появляется при дворе.