Чтение онлайн

Дэниелу не нравилось заниматься нефтяным бизнесом, он предпочел автомобили. Дэниел был владельцем нескольких крупных автомастерских и поставлял на заказ автомобили известных марок. Он ничего не выиграл бы, если бы просто продавал машины: их можно купить без проблем и у других. Однако автомобили Дэниела обладали неповторимой «внешностью». В то время когда он только начал заниматься этим бизнесом, на город накатила волна моды на автомобили, раскрашенные способом граффити. И Дэниел, у которого было множество талантливых приятелей, оказался на гребне этой волны. И оставался там до сих пор.

Это

не было пределом его мечтаний. Он не собирался останавливаться на достигнутом. Дэниел был разносторонним человеком и потому понимал, что автомобильный бизнес не удержит его надолго. Он пробовал себя во многих сферах, но в отличие от своего лучшего друга Филиппа никогда не бросал начатые дела.

Дэниел всегда говорил то, что думал, даже если знал, что его слова могут обидеть. Его имя было гарантией того, что с ним все равно не перестанут общаться. В свете его не любили.

На этом обеде все разговоры крутились вокруг будущей свадьбы Марты Картер и Натана Сомерсвиля.

– Посмотри, какое прелестное колечко у Марты, – прошептала Энджела на ухо Дэниелу. – Вот только что-то Натан поскупился. Бриллиантик мог бы быть и побольше.

– Уговорила, твой бриллиант будет таких размеров, что ты не сможешь поднять руку, – сказал Дэниел с ухмылкой.

– Ах, Дэниел, я так люблю тебя! – ответила Энджела, не поняв его сарказма. – Посмотри на Джесс, какое у нее безвкусное платье. И знаешь, кто уговорил его купить? Я!

– Зачем?

– Она слишком высокого мнения о себе. Нужно было сбить с нее спесь. Я внушила ей, что это платье – последний писк моды. Она же ничего в этом не понимает. У нее совершенно нет вкуса!

– Ты – героиня.

– Теперь все шепчутся, глядя на нее.

– А ты не думала, что она может рассказать о том, кто помог ей выбрать платье? И тогда в отсутствии вкуса будут обвинять тебя.

– Никто не сможет меня в этом обвинить, – гордо сказала Энджела, сверкнув глазами – на сей раз зелеными. – Взгляни на меня: я безукоризненна.

– Да уж... – пробормотал Дэниел.

– Ну а вы, влюбленные, – услышал Дэниел голос хозяйки дома, – когда собираетесь порадовать нас приглашениями на свою свадьбу?

– Зимой, – поспешила ответить Энджела. – Мы так решили.

– Дэниел уже сделал тебе предложение? – спросила Марта, невеста месяца. – Что-то не вижу кольца на твоей руке.

– Но ведь и у тебя тоже нет, – с притворным изумлением сказала Энджела.

Марта с испугом взглянула на руку и облегченно вздохнула.

Кольцо на месте, она его не потеряла. Уф!

– Ах, прости, я его не заметила! – поспешила извиниться Энджела. – Оно такое маленькое...

– Да, – сквозь зубы процедила Марта, – но оно стоит кучу денег.

– Лучше уж такое, чем никакого! – расхохотался Натан, ее будущий муж, который конечно же не мог не поддержать свою невесту.

Энджела сложила губы в милую улыбку.

– Говорят, что по размерам кольца можно судить и размерах любви.

Дэниел закашлялся. Он и сам был не прочь поязвить, но Энджела иногда переходила все границы.

– Официально я пока не сделал Энджеле предложение, потому что хочу произнести свои слова любви в подходящей случаю обстановке. Готовлю

ей сюрприз.

Энджела повернулась к нему и наградила своей обычной кукольной улыбкой.

– Ты чудо, дорогой.

– Как твой бизнес, Дэниел? – спросил Натан. – Все так же занимаешься автомобилями?

– Пока да. Ну а ты? Все так же пытаешься стать престижным адвокатом?

– Я и есть престижный адвокат, – капризно-обиженным тоном ответил Натан. – Ко мне выстраиваются очереди.

– Да, как жаль тех людей, у которых привычка преобладает над разумом. Нужно всего лишь известное имя и репутация, заработанная твоим отцом, – и вот ты на коне!

– Это ты о себе? – поинтересовался Натан с язвительной усмешкой.

– Нет, я просто философствую, – сказал Дэниел. – А что касается меня, то хочу напомнить, что я не пошел проторенной дорогой по стопам своего батюшки.

– Пора приступать к десерту! – объявила хозяйка дома.

Она не могла не приглашать Дэниела Карлетона, но всегда с ужасом думала о том, что придется отбиваться самой и отбивать других от его злых замечаний. Там, где появлялся Дэниел Карлетон, тут же возникал скандал. Впрочем, нет. Не скандал. А только намек на него. Дэниел никогда ни с кем не поссорился по-крупному, но настроение портил всей честной компании. А это гораздо хуже, чем открытая ссора.

– И зачем только ты притащила меня сюда, Энджи? – спросил Дэниел. – Набить брюхо? Я мог сделать это и дома.

– Перестань капризничать, милый, – сказала Энджела, доедая листик салата. – Так надо.

Так надо. Кому? Мне? – размышлял Дэниел. Определенно – нет. Энджеле? Спроси ее зачем, она не ответит. Тогда почему же – так надо?

– Гулять по городу?! Просто так?! – воскликнула Энджела.

– Что значит – просто так? – спросил Дэниел, высматривая в толпе Филиппа.

– Обычно мы ходим в этот день в ресторан... забыла, как он называется... Ну в тот, что расположен на двадцатом этаже и вместо стен в нем стекла! Оттуда открывается отличный вид. Мы сможем посмотреть фейерверк. Да обрати же на меня внимание, Дэниел! Кого ты ищешь?

– Фил должен был подойти пятнадцать минут назад, но, как всегда, опаздывает. На этой площади столько народу, что, боюсь, мы никогда не встретимся с ним.

– Филипп Леннокс? – недовольно спросила Энджела.

– Да, а что?

– Он мне не нравится.

– Почему?

– Он оказывает на тебя дурное влияние.

Дэниел нечасто смотрел на Энджелу с таким интересом, как сейчас.

– Дурное влияние? – переспросил он и рассмеялся. – Объясни: что ты имеешь в виду?

– После общения с ним становишься таким... таким... замкнутым.

– Да, а без него я прямо-таки душа общества.

– Нет, но ты становишься чужим. Слишком бесшабашным.

– Ты только что говорила, что замкнутым.

– Я... – Энджела никак не могла объяснить, что имеет в виду. Это бывало с ней частенько.

– А вот и Фил! – воскликнул Дэниел и потянул Энджелу за руку в толпу. – Мой лучший друг, который оказывает на меня столь дурное влияние, что непонятно, весел я или замкнут.

– Вот видишь, ты уже начал надо мной издеваться! Ты становишься другим в его обществе!