Случайная мама
Шрифт:
— …Не буду на нее сердиться и скажу, что это не так уж и важно? — оборвал ее Кэл. Он не боялся открыто выражать свое мнение относительно степени полезности Лайзы. — Тебе следует ее просто выбросить, как ненужный хлам.
— Это — ее первое место работы, — сказала Софи. — А с первой работой все хреново справляются. Просто ей нужно немного времени, чтобы привыкнуть.
— У нее было для этого целых восемь месяцев.
— Просто найди ее, хорошо? — сказала Софи, переходя на начальственный тон.
Кэл отдал честь и уверенно зашагал в сторону женского туалета.
Софи посмотрела на загорающиеся на лифте цифры и вздохнула. Вот уже почти год, как она обучает Лайзу. Лайза ей по-настоящему нравилась, и она видела, что
— Вы хотите сказать, отказаться от них насовсем, как вы? — спросила Лайза с типичным для 21-летней девушки наивным «тактом». — А как же секс? Вам что, совсем не хочется трахаться?
Софи вспомнила, как у нее порозовели щеки и как она решила не говорить Лайзе, что за последние восемнадцать месяцев, с того дня, как Алекс, ее бойфренд, расстался с ней, отправив письмо по электронной почте, у нее ни разу не было секса. Не то чтобы ей не хотелось — хотелось, но в каком-то отвлеченном, романтическом плане. Даже с Алексом — в которого она была почти влюблена — мир не сходился клином на сексе. Она подозревала, что ни для одной женщины мир не сходится на сексе клином, и вообще, все это — объединенный глобальный заговор женских журналов и мужчин, чтобы заставить всех женщин чувствовать себя беззащитными. Однако же находятся люди вроде Лайзы, которые запросто выбрасывают эту гипотезу в окно. Лайза, очевидно, любила секс, даже несмотря на то, что он неизбежно заканчивался эмоциональной катастрофой.
— Я не отказывалась от мужчин, — сказала ей Софи. — Просто сейчас для меня на первом месте работа, и мне кажется, что ты тоже должна в первую очередь думать о работе. Сейчас для всех нас наступил очень важный период. Если Джиллиан действительно решит оставить должность, кому-то придется занять ее место. Перед нами открываются возможности. Я хочу как можно более удачно построить свою карьеру, и тебе тоже следует об этом задуматься. Лайза, я предоставляю тебе редчайший шанс.
— Ладно, ладно, — уклончиво пообещала Лайза. Но, возвращаясь к своему столу, она влюбилась в мужчину, который наливал воду в кулер, а когда он бросил ее через две недели, Софи вновь пришлось ее утешать.
Лифт остановился этажом ниже.
— Вот она. — Кэл буквально подпихнул Лайзу к Софи, и та критически оглядела стажерку. Она подправила свой макияж, но глаза были красные и отекшие, нос распух. Она снова плакала.
— Дэйв тебя бросил? — спросила Софи в последний момент перед тем, как лифт поднялся до их этажа.
Ласковые глаза Лайзы расширились от обиды.
— Я всего лишь попросила его познакомиться с моей мамой. Неужели это так уж навязчиво?
Софи вздохнула. Вообще, Лайзе следует знать, что, если бы она была какой-нибудь супергероиней, то, скорее всего, была бы известна под именем Девушки-Клейкой ленты, но сейчас был определенно неподходящий момент.
— Поговорим об этом позже, — ответила она. — Просто постарайся сейчас сосредоточиться и не забывай, для чего ты здесь находишься.
Двери лифта открылись.
Софи была очень довольна собой, когда они вместе с Лайзой вернулись со встречи. Все прошло исключительно хорошо, и Лайза направилась за свой стол, не получив никаких дополнительных поручений. Дела шли на поправку. У Софи даже остается немного
времени до ленча с Джейком, чтобы закончить всю бумажную работу. А может, стоит забежать в кабинет к Еве и рассказать ей про новый контракт, похвастаться новыми сапожками и вообще — попытаться ее отбрить.— Можешь даже не говорить, знаю: все прошло прекрасно, — сказал Кэл, глядя на нее поверх номера «О’кей!». — Достаточно только взглянуть на тебя и заметить победоносный вид Боудикки[1]: Софи Миллс, Королева-воин, организатор вечеринок.
Софи застыла у его стола, взяв у него из рук журнал.
— Тем более, займись делом, — сказала она. — У меня есть немного времени, так что я сейчас займусь…
— …сплетнями про знаменитостей? — спросил Кэл, огорченно глядя на свой журнал.
— Бумагами, — солгала Софи.
Только она приступила к просмотру раздела об эксклюзивных свадьбах знаменитостей, как ее прервал Кэл.
— Небольшая проблема с твоим расписанием, — сказал он, заглянув ей через плечо. И понизил голос. — Незапланированного свойства. Прорезиненный пояс. И косынка. — Софи заморгала. — Тебя ждет «леди»! — воскликнул он, как будто предыдущего описания было недостаточно. — Наверное, та, которой назначено на двенадцать — эта ТЭ? То есть Тесс Эндрю, насколько я понимаю.
Софи молча моргала, думая про Джейка, который, наверное, в этот самый момент уже собирается к ней «забежать», и испытала облегчение при виде вдруг возникшего препятствия.
— А нельзя назначить в другой раз? Скажи, что у меня в расписании накладка, ну, придумай что-нибудь. — В голосе Софи звучала вполне обоснованная убежденность в том, что Кэл в состоянии заставить каждого сделать что угодно.
Кэл шагнул в кабинет и закрыл за собой дверь, встав достаточно близко, чтобы Софи почувствовала запах «Chanel Allure». Она никак не могла определить, было ли это pour homme или pour femme[2].
Он протянул грязную визитку с загнутым уголком.
— Она дала мне это. Сказала, пожалуйста, верните, потому что она у меня одна. Сокращение бюджета или что-то вроде того.
Софи взяла карточку и прочитала:
— Тесс Эндрю, Социальное обслуживание Хайбери и Ислингтона.
— Но мы же занимаемся только частными компаниями, — в замешательстве сказала Софи.
Кэл пожал плечами.
— Я сказал ей об этом. Но она говорит, что по личному вопросу. Говорит, что должна немедленно с тобой увидеться. — Кэл сделал ритмическую паузу. — Слушай, Софи, мне очень жаль, но она не шутит, и, в конце концов, она есть в твоем расписании. Она сказала, что звонила сегодня утром, и ее записала милая молодая леди, добавив, что все в порядке. Она уверяла, что это очень срочно. — От привычного юмора и сарказма Кэла не осталось и следа.
— Срочно? — неуверенно спросила Софи. Что нужно от нее социальному работнику? О господи, простонала она про себя. Она надеялась, что это не в связи с очередной жалобой соседей ее матери на собак, хотя она лично и не стала бы винить соседей. Действительно, почему они должны были платить такую цену за дом, чтобы жить по соседству с псарней? В любом случае, Софи не обязана следить за своей матерью. Если ей хочется разводить собак, то как дочь может ее остановить? К тому же за ними ухаживают, и все они находятся под контролем Королевского общества защиты животных от жестокого обращения. Софи готова поручиться за это. Она выросла среди собачьего хаоса, и ей нередко казалось, что собаки важнее ее. После того, как шестнадцать лет назад умер ее отец, мама не только начала разводить собак, но и приводить в дом всяких бродячих животных. Если серьезно, ей нужна была ферма в Саррее, а не викторианская терраса в Хайбери. Софи не видела другой причины прихода социального работника и вполне могла бы обойтись без общения с ним, но, раз уж Кэлу не удалось спровадить Тесс Эндрю, значит, никому не удастся.