Сломанная игрушка
Шрифт:
— Ла-адно, — протянула единорожка, — показывай, что там у тебя.
Помимо стандартного набора, Виктор прикупил несколько комплектов другой понячьей одежды на случай, если Лире захочется разнообразия. А ей захочется. Она же девушка, в конце концов.
Свой выбор единорожка остановила на темно-сером брючном костюме. И даже повязала изящный женский галстук, пользуясь все тем же телекинезом. Похоже, ей нравилось быть одетой, хотя Виктор и не представлял, как может быть удобно с тканью поверх шерсти.
— Как я выгляжу? — спросила пони, глядя на человека снизу вверх.
Стоя на четырех ногах, она едва доставала
— Просто отлично, — улыбнулся Вик, — хоть прямо сейчас на прием. Жакет, кстати, можно дома не носить.
На щеках Лиры снова проступил легкий румянец. Жакетик окутался бледным свечением и сам собой наделся на спинку стула.
— Ты обещал показать, откуда меня знаешь, — напомнила она, решив сменить тему.
— Конечно. Идем.
В гостиной Виктор включил визор, и в воздухе повис огромный прямоугольник двумерного экрана.
— Мы посмотрим несколько серий, чтобы ты имела представление, откуда люди знают про Эквестрию, — сказал он, — но сначала давай вот что сделаем…
Виктор решил показать Лире квартиру и научить пользоваться удобствами и бытовой техникой, чтобы потом не пришлось все объяснять в спешке. Невеликая наука заняла не больше получаса. Пони с легкостью компенсировала отсутствие рук либо телекинетическим полем, либо удивительно цепкими копытцами передних ног.
«Интересно, как справляются земные пони и пегасы», — подумалось Виктору, когда в сиянии «магии» порхал пульт управления бытовой автоматикой.
Когда же парень объяснил, что в мире людей нигде не используют магию, единорожка забросала его вопросами о технической составляющей. Но чего-то Вик не знал, а остальное не смог объяснить. В конце концов, любопытная пони успокоилась, когда ей было обещано показать фильм, посвященный техническим достижениям людей.
Вскоре оба устроились на большом диване прямо перед голографическим экраном.
Следующие несколько часов они с Лирой смотрели сериал, восставший из более чем столетнего забвения. Эквестрия, Элементы Гармонии, принцессы. Все герои оживали, говорили, пели…
Виктор несколько раз ходил на кухню за закусками и лимонадом.
Встречаясь каждый раз с взглядом золотистых глаз, он чувствовал, как будто за спиной вырастают крылья. От каждого слова маленькой пони, что совсем по-человечески сидела на диване и с удовольствием уплетала орешки и печенье. Смешно хлюпала лимонадом через соломинку, когда пустел очередной удерживаемый телекинезом стакан.
— Смотри, Вик, я помню тот момент! А вон снова я! — то и дело восклицала Лира, усматривая себя на экране, — Какие все смешные, нарисованные!..
Вскоре прилетел робот-курьер и принес заказанную пиццу из ресторанчика сотней уровней ниже. Парящий дрон снова привел единорожку просто в щенячий восторг, едва Виктор объяснил, что ничего волшебного в курьерской машине тоже нет.
…Когда дневной свет за окном приобрел алые цвета заката, Виктор сказал:
— Нам необязательно смотреть все прямо сейчас.
Здесь, на верхних уровнях Белого города, солнце было видно почти всегда. Грубый бетон и кирпич, многоуровневые транспортные развязки, коммуникации — все это осталось там, внизу. А здесь сияла зеркальная
стеклосталь зданий-игл, между которыми парили не нуждающиеся в дорогах флаеры и дроны. Иглы высотных домов, ленты дорог маглева, потоки флаеров и зелень парков. Сияние голограмм и бесчисленных огней. И все — залитое светом заходящего солнца. Зрелище и впрямь величественное, архитекторы и планировщики постарались на славу, воплощая в жизнь образ города будущего — Шпилей.Будущее сегодня.
Огромные глаза Лиры Хартстрингс блестели, когда она смотрела на все это великолепие.
За окном в закатных лучах солнца сиял Белый город.
Мир людей, ее мечта. Здесь и сейчас.
Виктор краем глаза заметил, как золотистые глаза пони заблестели в полном восторге.
— Виктор… — тихо проговорила Лира, не отрываясь от окна, — Это… это просто… невероятно!.. Сколько же тут живет людей?
— Здесь, в Европейском Гигаполисе, где-то полтора миллиарда, — ответил парень, — А если ты имеешь в виду нашу планету, Землю, то примерно двенадцать миллиардов в пяти подобных городах.
— Двенадцать… миллиардов… — пискнула пони, пораженная подобными цифрами.
Действительно, для нее самым большим городом являлся Мэйнхеттен, в котором обитало даже меньше миллиона пони.
— Но для чего нужно было строить такой огромный город? — спросила Лира, немного совладав с эмоциями.
Виктор вспомнил школьный курс по истории и начал рассказ:
— Когда закончилась Третья… Кхм, в общем, когда остро встал вопрос организации неимоверно разросшегося человеческого общества, был предложен проект Гигаполисов. Огромных городов с развитой системой коммуникаций, призванных сократить экономические потери от удаленности районов, сконцентрировать промышленность, население и ресурсы так, чтобы оптимизировать экономику. Быть расточительными люди больше не могли себе позволить, а их различия по множеству признаков делали невозможным объединение естественным путем. Не в подробностях суть, но главы Мировых корпораций и Организация Объединенных наций тогда утвердили этот проект. На базе ООН была сформирована Глобальная Ассамблея, единый орган управления миром, а мировые корпорации взялись воплотить проект Гигаполисов. И, как видишь, у них даже получилось.
Виктор не стал заострять внимание на том, что б?льшая часть любого Гигаполиса — это вовсе не Шпили, что сияющим дворцом возвышались над серым морем бетона и асфальта. Лишь самые обеспеченные граждане могли себе позволить жизнь в Белом городе. И чем дальше от его высоких стен, тем мрачнее и опаснее становились районы. По крайней мере, Виктор слышал об этом в СМИ, но рассказывать Лире все сейчас не собирался.
Лира же, разглядывая мир людей, даже не думала о подобных вещах.
Для нее новый мир предстал со светлой, прекрасной стороны, и в ее сердце только утвердилось мнение о величии и мудрости людей.
И ей хотелось познать его целиком, поэтому вторую часть программ Виктор подобрал из научно-популярных каналов.
Пейзажи национальных заповедников и исторические экскурсы. Наука и искусства. История возникновения Гигаполисов. Все, чем только могло гордиться человечество. Любимая тема Лиры: история технического прогресса, позволяющая людям обходиться без магии и крыльев. Три кита современной цивилизации: термоядерная энергия, нанотехнологии и универсальные полимеры. Робототехника. Космонавтика…