Чтение онлайн

— Сложно. Слишком сложно. Для адекватной подмены вам придется каждый день считывать воспоминания для резервного копирования.

— Умница, — кивнул Оуэнс, — Так все и происходит.

— Не понимаю, как это возможно, и вообще, для чего.

— Все это просто, но в то же время весьма непросто, и я не хочу тратить свое время на объяснения.

— Могли бы и рассказать напоследок, — буркнула Лира.

Неожиданно погас свет. Мир погрузился во тьму: окон в помещении не было, а изображающие их экраны потухли.

На мгновение повисла тишина, зачем голос Ричарда

Оуэнса осведомился:

— Ну и что это значит? Где резервное питание?

Темноту прорезали лучи наплечных фонарей боевиков БРТО.

— Сейчас выясним, шеф, — отозвался Меченый и повернулся к подчиненным, — Ты и ты. Давайте в сервисную, все узнать. Связь на дежурной частоте.

— Есть, сэр.

— И уведите, наконец, наших гостей, — сказал мистер Оэунс, — Лестер, прошу. Ты знаешь. Как обычно.

— Конечно, сэр.

Виктор почувствовал, как его чувствительно толкнули стволом бластерной винтовки в спину.

— У меня есть только одно объяснение происходящему, — сказал он.

— Ну и держи его при себе, — сказал Джерри.

Его тоже посетила пара догадок, но делиться ими с БРТОшниками он не собирался.

Им быстро сковали руки браслетами-фиксаторами. У Лиры на роге осталась стальная гайка, через которую изредка вырывались искорки неконтролируемой энергии. Пони при этом болезненно морщилась: разряды вызывали неприятное покалывание в роге.

Джерри же просто посадили в снятую перчатку спецназовца так, что наружу торчала только голова, и слегка стянули застежку.

Лифт тоже не работал, и все были вынуждены идти по лестнице. Вскоре начали встречаться люди. Кто-то организованно и спокойно, подсвечивая коммуникаторами дорогу, шел к лестницам с зелеными фосфоресцирующими табличками «Выход». Кто-то оставался на рабочем месте.

Лестница казалась бесконечной. Лира пыталась считать этажи, но вскоре сбилась со счета. Хорошо еще, что шли вниз, а не наверх. Но ноги все равно устали, да и человеческие лестницы были не слишком удобны для маленьких четвероногих существ вроде пони.

Когда их обгоняли группы клерков, те не рисковали завязывать разговор, хотя и провожали боевиков взглядом. Первое, чему учат в корпорации — не спрашивать о том, что тебя не касается.

Джерри обратил внимание, что коммуникаторы тех, кто оказывался на расстоянии нескольких метров, начинали гаснуть. Очевидно, работал генератор помех. Тайное подразделение должно было оставаться тайным.

— Лестер, что значит «как обычно»? — подала вдруг голос Элен Флаис.

Меченый отозвался со злорадной ухмылкой:

— Как ты знаешь, — сказал он, — биолабораторные боксы во избежание распространения опасных форм жизни могут быть очищены плазмой. Полная стерилизация, температура несколько тысяч градусов… Но это уже после ментоскопии, когда вы все равно ничего не будете понимать.

Лира повернулась к нему, и желтые глаза расширились от ужаса:

— Что? Вы… вы собираетесь нас убить?!

Джерри, сидящий в перчатке, протянул:

— Как будто были какие-то сомнения…

Меченый рассмеялся:

— Ты

только сейчас поняла, лошадка? О, силы небесные, святая простота!

Очередные двери открылись. Белые коридоры научного блока встретили людей и синтетов запахом озона и медикаментов, гудением каких-то агрегатов.

Лабораторный комплекс, как и система внешней охраны, имел резервные источники питания: слишком серьезными могли быть последствия системных сбоев.

Лира, которую до глубины души потрясло, с какой легкостью их всех приговорили к смерти, пошла вперед только когда в круп больно ткнули винтовкой. Единорожка от страха и безысходности впала в какой-то ступор. И сейчас она совершенно не представляла, что делать.

— Могу я надеяться, что нас по крайней мере пристрелят до того, как сожгут? — угрюмо спросил тем временем Виктор.

— В состоянии овоща погоды это не сделает, — фыркнул Меченый, — Шевелись давай.

Лира после этих слов впала в состояние тихой паники. Когда-то она помогала Бон-Бон с приготовлением леденцов, и случайно пролила расплавленный сахар на ногу. Боль была ужасной, а шерстка на ноге еще долго не росла.

Представив нечто подобное на все тело, пони почувствовала, как от ужаса подкашиваются ноги.

Джерри же думал, что подобная глупая затея — вступить в борьбу с корпорацией БРТО — и не могла закончиться никак иначе. С одинаковым безразличием повелители жизней подписали приговор и синтетам, и людям Шпилей. Последних просто заменят копиями, и все. И никто ничего не узнает. Потому что не будет искать.

Когда процессия оказалась в рекреации лабораторного комплекса, Лестер вдруг остановился и поднял руку со сжатым кулаком.

Несколько заставленных непонятным оборудованием боксов виднелись за стеной с большими голографическими панелями, заменявшими окна. Какие-то пустовали, и Виктор решил, что один из них и станет последним пристанищем пленников. По крайней мере, пока немногочисленные останки не уберет специальный дроид.

— Здесь разве не должен быть персонал, сэр? — спросил какой-то из спецназовцев.

И словно в ответ на эти слова раздался крик, а из бокового коридора вылетело несколько тонких лазерных лучей, опалив стену.

Из рации Лестера донесся статический треск, в котором послышался надсадный голос:

— Лестер!.. Синтет…

— Да-да, — раздраженно ответил Меченый, — я помню, что я синтет. Не стоит меня каждый раз тыкать в это носом. Зануда.

— …вторжение!.. — сквозь помехи выдала рация.

— А вот это уже куда интересней. Я скоро вернусь, а пока держите их на мушке. Стрелять только по ногам, кто повредит головы — отправится следом, — Меченый вплотную приблизился к Элен и спросил: — Ты ведь будешь послушной девочкой?

— Конечно, — иронично отозвалась та, — Нас ведь ведут на смерть и нам, безусловно, есть что терять.

— Как же я обожаю это сердитое личико! — проговорил Лестер и наклонился еще ближе, явно намереваясь поцеловать девушку.

— Еще шаг, и тебе снова понадобятся услуги пластического хирурга, — сказала та, глядя синтету в глаза.