Слепые чувства
Шрифт:
Не думая ни секунды Костя достал нож и с невероятной скоростью перерезал все верёвки. Затем он скинул с себя куртку, закутал в неё бедную девушку, подобрал лежащего рядом с ней кролика со старинными часами на цепочке и, взяв её на руки, со всех ног бросился к себе домой.
XX — Суд
В те ужасные моменты, когда тело испытывает невероятные страдания, мозг человека изо всех сил старается сделать всё, чтобы как можно сильнее заглушить эту физическую и душевную боль. В поисках спасения он начинает мешать обрывки реальных образов с эфемерными видениями и воспоминаниями из прошлого, превращая всё это в настоящий калейдоскоп из чувств, вращающийся просто с бешеной скоростью…
Пока оболочка Ани находилась во власти жестоких солдат, прошедших все ужасы пустыни и гражданской войны, её разум полностью улетел в свободный полёт. Он насылал на неё видения, походившие скорее на короткие вспышки, между которыми девушка вновь и вновь возвращалась к холодному костру…
Она с улыбкой на лице плетёт фенечки
Просто адская боль во всём теле не дала Ане спокойно отоспаться и восстановить потерянные силы. Неприятно гудел буквально каждый сантиметр её посиневшей от холода и ударов кожи. Особенно сильно пострадало лицо — девушка буквально чувствовала каждый синяк и каждую гематому, что усеяли его, а маленькая капелька крови из разбитой нижний губы неприятно щекотала её подбородок. Из последних сил превозмогая всю эту ужасную боль, Аня открыла свои налитые кровью глаза и огляделась или, скорее, просто посмотрела вперёд: она лежала на довольно старом диване под тремя слоями одеял без всякой одежды. Прямо перед её взглядом было совершенно обыкновенное окно с голым подоконником, в которое можно было разглядеть разве что вечернее зимнее небо. Рядом с диваном стоял небольшой журнальный столик, на котором в хаотичном порядке были разбросаны различные вещи. Какие именно Аня рассмотреть не могла — для этого ей бы понадобилось сделать невозможное — повернуть голову немного влево, но, судя по смутным силуэтам, это были какие-то медикаменты вперемешку с посудой. И уж совсем на периферийном зрении маячила знакомая широкоплечая фигура в толстовке — парень сидел спиной к ней и время от времени брал что-то со стола, буквально через пару секунд возвращая этот предмет на место. От его вида в голове Ани тут же пробудились ухмыляющиеся образы её мучителей, а вслед за ними проснулась и паника…. Всего за пару мгновений этот приступ полностью завладел девушкой, но бессилие никуда не делось, и та смогла лишь со слезами на глазах резко повернуть свою голову влево.
Услышав движение за своей спиной, парень, продолжая смотреть прямо, заговорил спокойным, но крайне подавленным голосом:
— Аня… Проснулась…
Она быстро узнала этот грубоватый тембр, и после этого паника отступила… по крайней мере на время.
— Костя… — Аня сама удивилась тому, с какой тяжестью и хрипом ей удалось произнести его имя, — я… — но на этом силы покинули её окончательно.
— Думаю для твоего же блага будет лучше помолчать какое-то время, — сказал он, беря со стола перевязанной рукой наполовину опустевшую бутылку пива, — я нашёл тебя в лесу и догадываюсь, что ублюдки сотворили с тобой ТАКОЕ. Но, боюсь, кто-то добрался до них раньше меня. Недалеко от тебя лежало это, — Костя через плечо показал своим большим пальцем на плюшевого кролика и часы Андрея, которые стояли рядом с его бутылкой, — думаю это какое-то послание от твоего спасителя.
— Кей… — прошептала Аня заметно окрепшим голосом.
— Аня, я же попросил тебя немного помолчать, чтобы твои силы побыстрее восстановились.
— Силы природы… помогают… мне — тут её голос снова дрогнул от бессилия.
— Тише, тише… Лучше просто слушай меня. К сожалению, Олега, скорее всего, не постигла судьба его дружков. Когда мы с тобой пробегали мимо моего гаража я слышал, как он пытал там Воробу. Чёрт, как же сильно резали по ушам крики моего лучшего друга… Но его смерть — это судьба, а вот твоя… Я бы никогда не смог простить себя за то, что бросил умирать хоть и бывшую, но всё-таки девушку в ТАКОМ состоянии, даже если бы и воскресил тебя потом вместе с моими корешами… Ты ведь в курсе про три ключа, которые открывают всемогущество?
— Да, — ответила Аня уже отвердевшим голосом. Хоть сила природы и помогла ей немного восстановиться, однако адская боль никуда не ушла и для её дальнейшего лечения требовался стабильный источник силы.
— Хорошо… В данный момент два ключа находятся у меня, а третий болтается на шее у Олега. Думаю ты согласишься со мной — этот парень заслужил своё наказание, хотя его злость в мою сторону вполне оправдана и заслужена — если ты не в курсе, то мы с пацанами устроили резню в его любимом пионерлагере. Признаюсь честно, мне до сих пор становится не по себе, когда я вспоминаю тот день… Тогда я просто горел от злости и обиды, да ещё этот Зверь многократно усилил всё это… Впрочем, кому я это рассказываю? Наверное ты до сих пор прекрасно помнишь меня на эмоциях и то, каким я становился, когда они отпускали… Знаешь, я ведь даже хотел восстановить этот
чёртов лагерь, как только получу всемогущество, только вот полегчает ли мне от этого? Тоже самое и с Олегом — станет ли ему лучше, когда он убьёт меня? Ведь в поиске своей мести он не останавливался ни перед чем. Я не знаю всей картины, но только один случай с тобой может сравниться с убийством невинных детишек. Ну вот победит он меня, а при его способностях это вполне возможно, и что дальше? Разумеется Олег откроет дверь и воскресит всех своих друзей, но сможет ли он после этого смотреть в их глаза?— И что ты предлагаешь? — приподнимая голову спросила Аня.
— Я ничего не предлагаю, просто размышляю вслух, чтобы ты не болтала лишнего. Да и что мы можем сделать? Рано или поздно он замучает Воробу до смерти и придет ко мне за ключами, и тогда в живых останется лишь один из нас… Выживший войдёт в эту грёбаную дверь и получит всемогущество, оставив остальных бултыхаться здесь… Да, собственно, они наверняка уже перебили друг друга — перед тем, как идти выкапывать ключи я решил немного прогуляться, чтобы привести мысли в порядок, и в итоге забрёл на север, к порталу в тот город будущего. Знаешь, он исчез! Портал закрылся, а это значит что все игроки, которые были там, мертвы. Похоже в живых остались лишь мы втроём, и по итогу будет как минимум ещё одна смерть… Но мне кажется, что тебя устроит любой исход — я с радостью возьму тебя на ту сторону, и Олег сделает тоже самое — жалкие остатки совести не позволят ему поступить иначе. Так что считай всемогущество и вечная жизнь уже в твоих руках…
— Ха-х, — усмехнулась она, откидывая одеяла и садясь на край дивана, — думаешь я смогу жить с ЭТИМ вечно?
Аня потянулась к столику и взяла своего кролика с часами Андрея. Открыв их, девушка увидела небольшой клочок бумаги, на котором знакомым курсивным почерком было выведено всего одно слово: «Борись». Глядя на него, она лишь улыбнулась горькой улыбкой.
— Ты встала? — не оборачиваясь спросил Костя, — Там сбоку дивана кое-какая одежда. Дома я не был уже давно, так что мне она маленькая, а тебе, думаю, будет в самый раз.
— Благодарю, — ответила Аня, протягивая свои испещренные синяками руки к голубой толстовке.
— Всё-таки я думаю, — допивая пиво сказал Костя, — что всемогущество пойдёт тебе на пользу. Ты сможешь вернуть всех, кого потеряла и любила и впереди вас будет ждать целая вечность вместе…
— Думаешь воспоминания об этом дне получится так просто заглушить? Их лица… стоит лишь мне закрыть глаза, и я вновь и вновь вижу эти гнусные рожи… Возможно я смогу исцелить раны на своём теле, но тебе самому прекрасно известно, как тяжело излечить даже крохотный порез на душе. А мне, — Аня больше не могла сдерживать свои слёзы, и, услышав её рыдание, Костя невольно вздрогнул, — мне буквально разорвали душу на мелкие кусочки! И это ещё не всё! Что, если после сегодняшнего дня я вдруг окажусь беременна? Даже со всемогуществом я ни за что не смогу избавиться от своего ребёнка, так же, как и не смогу родить его! И какой толк этого «всемогущества», если даже оно не может решить мою проблему? — плач превратился в истерику и Аня уронила голову себе на ладони, заливая их слезами.
— Анечка… — Костя наконец-то заставил себя повернуться. По его щеке медленно катилась одинокая слеза, — я готов сделать для тебя всё, что в моих силах!
— Извини, — ответила она, поднимая свою голову и смотря прямо ему в глаза, — но все, кто хоть как-то мог бы помочь, уже мертвы. Единственное, что ты можешь сделать — это позволить мне уйти.
— Я не могу пойти на это. Ты ещё слишком слаба.
В ответ Аня молча поднялась с дивана и, убрав часы и кролика в глубокие карманы белых спортивных штанов, медленным, хромающим шагом пошла к выходу из комнаты. Костя, задев коленом столик, вскочил со своего места, отчего кружка с горячим чаем, стоящая с краю, со звоном упала на пол, и бросился к Ане, пытаясь остановить её, но она резко вытянула свою руку вперёд и пустила в его сторону сильный порыв ветра, который сбил парня с ног. От внезапного расхода сил девушка вдруг упала на одно колено, но ей быстро удалось прийти в себя. Костя мог лишь заливаясь слезами слезами смотреть на то, как она медленно открывает входную дверь квартиры, бросив ему напоследок: «Спасибо за твоё гостеприимство».
Впервые за очень долгое время Женя наконец-то смогла позволить себе немного расслабиться. Первое, что она сделала в ожидании возвращения свои друзей — по быстрому вернулась к себе домой за нормальной одеждой, где с удивлением обнаружила две вещи. Первая: портал в ненавидимый ею Город Чести, находившийся неподалеку отсюда вдруг бесследно исчез. Данный факт вызвал у неё целую бурю эмоций, над которыми доминировали радость и облегчение. Вторая: их уютный частный домик был реквизирован для нужд недавно базировавшийся здесь армии. Внутри царил настоящий хаос и беспорядок: всё, что только могло лежать не на своём месте лежало не на своём месте или вообще пропало. Комната для настольных игр на первом этаже была завалена какими-то бумагами и картами, на кухне она не смогла найти ни одного столового или кухонного прибора, а в спальнях остались лишь голые кровати без матрасов и прочая мебель. С лёгким трепетом девушка открыла свой шкаф с одеждой и, к счастью, для солдат она оказалась бесполезной. Они свалили её в одну кучу, но не разобрали на тряпки, а это было самым главным. Немного покопавшись в ней, Женя нашла классические и очень удобные джинсы вместе со свободной белой рубашкой, которые позволили ей наконец-то избавиться от этой чёртовой формы. Из неё она оставила себе один пояс к которому можно было удобно крепить ножны с мечами.