Чтение онлайн

— Танис! — крикнула она и в следующее мгновение до боли прикусила губу, даже не пытаясь понять, почему ее подбородок выбрал именно это мгновение, чтобы задрожать.

— Ида! — мужчина обернулся, улыбаясь ей, широко и радостно — то ли оттого, что успел вовремя, то ли просто не смог сдержаться при виде дочери императора, с ног до головы залитой демонской кровью.

Этот внутренний двор, узкий и глубокий, словно колодец, Ида узнала еще сверху — несколько дней назад во время своих скитаний по герцогскому замку она проходила через него. Впрочем, может быть, это был не именно этот, а соседний с ним двор — со спины демона девушка увидела четыре почти одинаковых круглых площадки, окруженных высокими глухими стенами, расположенных друг рядом с другом.

Танис, сидевший на спине

демона перед Идой, что-то гортанно крикнул, и чудовище, которого девушка мысленно продолжала звать китом, стало плавно снижаться. Он был настолько огромным, что на какое-то мгновение дочь императора испугалась: он не впишется, заденет боками или по-змеиному узким хвостом стены двора, но демон ловко развернулся, опустив их в самом центре пустой площадки. Танис соскользнул вниз с крутого гладкого бока, помог спуститься Иде и шлепком по тупому круглому носу отправил чудище назад в воздух. «Кит» поднялся до уровня верхнего края стены, зависнув там. Девушка проводила его взглядом, успев подумать, что он ужасно напоминает сторожевой дирижабль со старинных гравюр. Впрочем, долго размышлять об этом ей не дали — со всех сторон к вновь прибывшим уже спешили люди. Их было около двух дюжин, и Ида с изумлением поняла, что многие ей знакомы — она встречала их на архипелаге святого Ливида: кого-то она могла назвать по имени, кого-то просто узнавала в лицо… А впереди всех шла Рафана.

В последний раз, когда дочь императора видела женщину, их демоны в схватке едва не растерзали друг друга и их самих. Но сейчас Рафана вела себя так, будто ничего этого не было. Она подошла к дочери императора и коротко поклонилась ей:

— Рада видеть тебя, Ида!

Девушка еще раз взглянула на главу Гильдии, замечая ее, как всегда, безупречную осанку, заставлявшую женщину казаться выше, чем она была в действительности, льдисто-светлые глаза и иссиня-черные волосы, заплетенные в тугую косу, с единственной высеребренной сединой прядью надо лбом — все то, что, казалось, не могло измениться, даже если мир вокруг рухнет в пропасть! Ида вдруг поняла, что готова сказать женщине то же самое. И даже вполне искренне!

— Я тоже рада тебя видеть, Рафана! — Ида оглядела людей, окруживших их. Ощущение было такое, будто здесь собрались едва ли не все поводыри Эспенансо. Только одного человека она по-прежнему не видела.

— А где?.. — Ида машинально начала задавать вопрос, но, не закончив, оборвала саму себя.

— Кто? — уточнил Танис, решив не оставлять без внимания последнюю фразу наследной принцессы.

— Аза, — произнесла Ида, лишь в это мгновение поняв, что не заметила также и жены самого Лэнга. Танис улыбнулся так, будто без труда догадался, кем в действительности интересовалась дочь императора, но ответил все же именно на заданный вопрос:

— Осталась на архипелаге: поводырь она слабый, зато в системах связи лучше нее никто не разбирается.

Ида кивнула, решив оставить опасную тему, и вновь обернулась к Рафане:

— Как получилось, что вы так быстро оказались здесь? Да еще, — она головой указала вверх, на парящее (если, конечно, так можно сказать о массивной туше) над двором чудовище, — вызвать демонов?

Рафана проследила за взглядом дочери императора прежде, чем ответить:

— Мы узнали, что открывается Загрань еще до того, как тапа-ары начали свою атаку.

Ида хотела спросить, как им это удалось, но ответ она получила еще раньше, чем задала вопрос.

— Это сложно было не заметить, принцесса, — подходя к девушке сквозь расступавшихся перед ним поводырей, произнес Сулим. — Ощущение было такое, будто у меня из тела все кости по одной вынимают! — мужчина остановился перед Идой, опираясь на короткий посох. Дочь императора подумала, что не замечала такого у него раньше, а еще о том, что, в отличие от Рафаны, ее муж за прошедшие дни изменился, и не в лучшую сторону. Второй глава Гильдии словно еще больше состарился, и выглядел он бесконечно усталым. Может быть, впрочем, именно открытие Заграни так сильно ударило по нему. Но с другой стороны, Сулим сам рассказывал ей, что чувствует лишь момент открытия границы между мирами, а последующее соседство с демонами ему никаких неприятных ощущений уже не доставляет. Или его внешний вид как раз и говорит о том, насколько мощной была атака? Девушка не успела закончить логическую цепочку, когда ее размышления прервала

Рафана:

— Ты ведь по-прежнему чувствуешь это? — обратилась она к своему мужу, но стоя по-прежнему лицом к дочери императора. — Расскажи ей, как ощущается порванная плоть мира!

— Подождите! Я ничего не понимаю, — Ида тряхнула головой, не зная, на кого из двух глав Гильдии смотреть. — Если Сулим ощущает проход между мирами, значит тот по-прежнему открыт. Но вы же сами учили меня, что ни один поводырь не в состоянии удерживать дверь в Загрань распахнутой дольше нескольких мгновений!

— Мы не ощущаем в этих демонах воли других поводырей, — проговорила Рафана. Наверное, эта фраза должна была быть ответом, но Ида почувствовала, что окончательно запутывается:

— О чем вы, ко всем святым, говорите?!

Танис вдруг крепко сжал ее руку, то ли поняв, что дочь императора сейчас просто не в том состоянии, чтобы разгадывать загадки, то ли таким образом привлекая к себе ее внимание.

— Вначале мы тоже решили, что тапа-арам удалось развить у себя способности поводырей. Но то, что мы видим сегодня, слишком мало похоже на то, как призываем демонов мы, — Лэнг на мгновение замолчал, и вряд ли для того, чтобы дать Иде осознать свои слова. Скорее, чтобы самому собраться с мыслями. — Мы считаем, что тапа-ары каким-то образом разорвали ткань мира. Не как поводыри, являясь дверью и фактически пропуская демонов сквозь себя. Они сделали что-то, что оставило настоящую дыру в Грани, через которую сейчас демоны продолжают беспрепятственно и, что хуже, совершенно бесконтрольно течь в мир!

Танис внимательно смотрел на дочь императора, явно ожидая реакции на свои слова. Ида потерла лоб пальцами и, наткнувшись на начавшие засыхать кровавые разводы на своей коже, машинально поморщилась. Машинально — потому что мысли ее сейчас были совершенно в другом месте.

— Если демоны приходят в мир не через поводыря, значит, никто здесь и не контролирует их? — дочь императора посмотрела на Рафану, но та вдруг отвела взгляд. Ида стремительно шагнула вперед и сжала руку женщины, вынуждая посмотреть на себя. — Это так?! Тапа-ары выпустили демонов на Эспенансо. Те, фактически не получив никакого приказа, просто начали охотиться. Пока текондэрожцам ничего другого не надо, они вовсе не поймут, что ситуация даже близко не находится к понятию «под контролем»! Но как только они захватят планету и попытаются отозвать демонов назад…

— Вот тогда начнется кровавый хаос, по сравнению с которым то, что происходит сейчас, невинные игры! — закончила за нее Рафана. Глава Гильдии и дочь императора посмотрели друг на друга. Вряд ли когда-либо раньше между ними был момент полного понимания, но сейчас он, несомненно, наступил. Мысль, общую для них двоих, озвучила Ида:

— Демонов нужно остановить.

Никто и не подумал ей возражать, только Сулим спросил:

— Ты с нами, принцесса?

Дочь императора повернулась к мужчине, задавшему этот вопрос и теперь ожидавшему ответа. Кажется, настала ее очередь отводить взгляд. Ида вдруг поняла то, что просто не приходило ей в голову раньше: Рафана собрала поводырей на не архипелаге, а во дворце, потому что они ждали: дочь императора присоединится к ним, они рассчитывали на ее способности!

Но Осару точно также приняла ее дар в расчет. И не только оставила дочь императора беззащитной, как думала Ида раньше, она еще и ослабила одну из самых существенных сил на Эспенансо!

Поводыри молчали, и не нужно было читать мысли, чтобы понять: они ждут ее ответа. Ида заставила себя посмотреть на Сулима, Рафану и Таниса, на каждого из поводырей, кого она знала по имени, когда-то встречала на островах или сегодня увидела лишь впервые.

— Я не могу. Я… — вдруг вспомнилась та давняя история, что Кайрен рассказывал ей накануне. Как получилось, что для принцессы Рассономскй расставили ту же самую ловушку, в которую ее далекий предок поймал членов Гильдии? Как получилось, что и она в нее попалась?.. — Я еще несколько часов не смогу видеть Загрань, — наконец произнесла Ида. — Мне в воду подмешали рдин, и я… Я догадалась, но уже слишком поздно. Он теперь в моей крови, и я не вижу ничего, кроме этого мира, — дочь императора замолчала, ожидая реакции на свои слова. Она гадала, какой та будет, но вряд ли она предполагала, что после непродолжительного молчания Рафана негромко и как-то очень-очень осторожно поинтересуется: