Чтение онлайн

День стал настоящим парадом: дворяне и землевладельцы в праздничных одеждах покидали город, торжественная процессия, на которую с терпением взирала леди Эйслинн. Хотя, если Молли не ошибалась, наследница наблюдала, как все покидают ее замок, с немалым удовольствием на лице.

В одном из своих новых платьев, темно-фиолетовом с прожилками сиреневых и розовых нитей, Молли держалась за руку Аллариона, спускаясь по каменным ступеням замка. Было удивительно подумать, что всего несколько дней назад она поднималась по этим же ступеням, неуверенная в своем месте рядом со своим фэйри. Она не могла сказать, что

сейчас ей стало легче выносить внимание других землевладельцев, и не была увереннее в том, что ей место рядом с выдающейся фигурой Аллариона, но эти прошедшие дни доказали ей, по крайней мере, что она смела — а это уже что-то значило.

Белларанд буквально гарцевал на месте во дворе, нетерпеливо готовый покинуть город. Он весь утро подкалывал их насчет того, когда же они будут готовы отправиться в путь. Увидев их, выходящих из замка, он направился к лестнице, не обращая внимания на пажей, конюхов или чиновников, вставших у него на пути.

К сожалению для него — и для нее с Алларионом — на нижней ступени их встретили брат и сестра Фиона и Дугал Брейтуэйт. Они повернулись, чтобы взглянуть на них, приподняв брови, замечая Молли и ее фэйри.

— Мы с нетерпением ждем встречи с вами в следующем сезоне, — полусердечно улыбнулся лорд Дугал.

— В самом деле. По крайней мере в следующий раз мы уже будем представлены, — сказал Алларион, даже не глядя на них.

Молли скрыла свой смешок за рукой.

Звук привлек внимание леди Фионы, и она вытянула шею, чтобы взглянуть за Алларионом на Молли.

— Было очень приятно с вами познакомиться, — сказала она. — Наша новая дружба сделала скучное путешествие в Дундуран по-настоящему стоящим.

Молли почувствовала, как ум Аллариона мгновенно уловил ее мысль о том, что между ними могла возникнуть дружба, но тут благородная дама ахнула:

— Господи, — захихикала леди Фиона, — что это у вас на лице? Вы… что, участвовали в драке в таверне?

Невольно вырвался звонкий смех из Молли. Она усмехнулась с вызовом, и леди Фиона отступила на шаг, смущенная и настороженная.

Но как только ее веселье угасло, рука Аллариона обвила талию Молли, и он ловко повернулся, усадив ее на спину Белларанда.

— Прекрасного дня, миледи, — сказал Алларион, сделав минимальный поклон, и вскочил рядом с Молли, оставив позади моргающую и озадаченную леди Фиону.

— Давай покинем город с хорошим впечатлением о нас, верно? — предложил он.

— Ха! — фыркнула Молли. — Я бы ее уложила!

— О, да, в этом я нисколько не сомневаюсь.

Я говорю, пусть дерутся, прокричал Белларанд у них в голове.

Ведите себя прилично, вы оба, строго произнес Алларион своим самым серьезным тоном, по крайней мере, пока мы не покинем город.

?

Разумеется, ни один из них не собирался вести себя прилично. Алларион пытался сохранять строгость, но это было почти невозможно, когда его бесконечно забавляли перепалки между его спутницей и его скакуном. Они могли спорить о самых пустяковых, нелепых вещах. Лишь недавно он понял — им это нравилось. Поддевать друг друга

было для них формой дружбы и привязанности.

Хотя Алларион был достаточно мудр, чтобы не озвучивать этого ни одному из них.

Под палящим полуденным солнцем они обменивались то грубыми колкостями, то еще более грубыми шутками. И лишь когда они миновали пасторальную деревушку Гранах, Молли огляделась и вдруг заметила:

— Это не дорога в Скарборо.

— Дорога окольная, признаю, — сказал Алларион. — Я хочу переговорить с Баларом и еще кое с кем, чтобы передать это новое требование короля Мариуса.

Молли кивнула, и в ее глазах сверкнул зловещий огонек.

— Выходит, ты теперь почтовый пони, — торжествующе объявила она Беллараанду.

Единорог фыркнул и засопел, и новая волна взаимных оскорблений сопровождала их до самых окраин деревни иных.

Ее основали неподалеку от поместья Бредэй, куда Алларион и многие другие иные переселились, услышав о Дарроуленде.

По мере приближения Алларион без труда отмечал, сколько всего изменилось с его последнего визита. Выросли аккуратные ряды деревянных домов, а на центральной площади, обозначенной камнями и бревнами, кипела жизнь. Несколько человек, в том числе и люди, сновали по площади и меж домами.

Картина была идиллической, и Алларион с гордостью смотрел на то, как далеко продвинулись иные. Из разрозненного лагеря существ, отличавшихся друг от друга не меньше, чем от людей, они создали сообщество, способное поддерживать себя и свои мечты о мирной жизни в Дарроуленде.

Леди Эйслинн и ее отец не скупились на похвалы деревне, и Аллариону было приятно слышать, что Гранах и несколько других поселений вокруг Дундурана приняли мантикор, полукровок-орков, гарпий и драконов в свои трактиры, на рынки и даже на праздничные гуляния. Уже ходили слухи о том, что собираются открыть новую школу под руководством полу-драконихи Брисеи.

Глаза Молли округлились от изумления. Несколько жителей заметили их приближение: одни поспешили навстречу, другие разнесли весть по деревне.

Первым к ним подошел грозный мантикора Балар — старший в своей гордой стае братьев, своего рода деревенский староста. Алларион знал его как сурового, хоть и рассудительного по сравнению с остальными, но сейчас Балар сиял улыбкой, его золотистая грива сверкала на солнце, а хвост нетерпеливо хлестал по воздуху. Львиные глаза уставились на Молли.

— Ну что ж, — прогремел мантикора, — наконец-то ты представишь нам свою невесту!

Балар протянул лапу — пять пальцев, как у человека или фэйри, но с мягкими подушечками на стороне ладони и втянутыми когтями на концах. Его кошачий нос сморщился в широкой улыбке, и в ней блеснули длинные верхние клыки и острые передние зубы.

Алларион чувствовал, как сердце Молли гулко колотилось в груди, но она все же протянула руку, позволив Балару коснуться тыльной стороны ладони рассеченными губами. Алларион мрачно поморщился, когда мантикора щекотнул ее усами, вызвав у нее звонкий смех — и совсем скривился, вспомнив, что мантикоры метят запахом именно губами и языком.

— А ты кто такая, котенок? — пророкотал Балар.

— Молли Данн. А ты кто, котяра? — парировала она.

Золотые глаза Балара сверкнули, и он, глядя на них снизу вверх, произнес: