Сладкий дикий рай
Шрифт:
Но прошла неделя, и Роберт Максвелл прислал ей цветы, и Джесси воспрянула духом, позабыв про кошмар.
Она как раз была в конюшне, когда ее отыскал молоденький парнишка в шерстяной шапке, надвинутой по самые глаза. Он сжимал в руке букет роз и вел себя так испуганно, будто опасался, что их застанут вдвоем.
– Джасмин Дюпре?
– Да, это я.
– Вам привет от Роберта Максвелла с наилучшими пожеланиями, – выпалил мальчишка, всучив Джесси розы.
Вот и все. Посланец поспешно развернулся и удрал, оставив ошарашенную Джесси с цветами.
Она бережно отнесла розы в свою комнату и положила на подушку. Джесси вдыхала и не могла надышаться сладким ароматом, время от времени лениво думая, что зиме пришел конец и наступила настоящая весна.
Позднее Джесси осторожно поместила драгоценные цветы среди страниц единственного стоящего подарка, полученного от брата, – королевской Библии в последнем издании.
Дни шли своим чередом, и вот уже миновали и Великий четверг, и Страстная пятница. В честь светлого Христова Воскресенья отслужили праздничную мессу, а когда настал вечер, Все с радостью занялись подготовкой к Майскому дню.
Даже Элизабет не находила себе места от возбуждения, хотя и не собиралась танцевать. Слуги устанавливали во дворе Майский шест, увешанный яркими лентами. Для них этот праздник был самым любимым, ибо щедрые хозяева оделят всех до единого добрым ромом, серебряными монетами и отрезами ткани. Кого-то из деревенских девушек выберут Майской принцессой, тогда как титул королевы непременно должен был достаться Ленор.
Семейство герцога, а также приглашенные на праздник благородные господа сядут за стол в большой столовой, а для слуг и крестьян подадут угощение на просторном внутреннем дворе, между домом и конюшнями. По традиции все подданные герцога поднесут ему свои подарки, так же как он им – свои. Церемонию приходилось устраивать под открытым небом, поскольку добрые крестьяне чаще всего дарили своему господину молочных поросят.
– И вовсе не стоит обижаться, что тебе не придется участвовать в танце, – утешала Джесси Элизабет. – Вот увидишь, будет весело и так! В этот день никому не приходится скучать. Генри уже нанял дрессировщика с ручным медведем и целую толпу музыкантов! Ну и конечно, кукольники.
– Да, я уверена, что все будет чудесно, – вяло отвечала Джесси.
Ленор заявила, что нарядится во все белое и станет похожа на белую голубку. Причем проследила при этом, чтобы оба молодых джентльмена услышали ее слова и были поставлены в известность, под какой маской следует искать предмет их любви.
В один прекрасный день Ленор призвала Джесси к себе в комнату и томно пожаловалась:
– У меня так ужасно болит голова. Я слышала от Джейн, что ты можешь снимать головную боль.
– Я не настолько талантлива, – пожала плечами Джесси. Меньше всего ей хотелось снимать головные боли у Ленор.
– Ну пожалуйста, попытайся, ладно? Я умираю от мучений!
Растирая сестре виски минеральной водой, Джесси хранила гробовое молчание. Ленор блаженно откинулась на спинку кресла и вздохнула:
– Ох, Джесси, какая ты хорошая! Подчас я даже жалею, что ты мне не родная сестра, – мы бы прекрасно веселились вдвоем. Не то что с Элизабет – она такая трусиха, ни за что не посмеет ослушаться Генри! Но с другой стороны, я рада, что ты незаконнорожденная: не хотелось бы иметь такую соперницу. – Она откровенно рассмеялась и повернулась к Джесси лицом: – Если жизнь у Генри покажется тебе несносной, можешь перебраться ко мне, когда я выйду замуж. Клянусь, я стану держать тебя в доме хотя бы для того, чтобы ты снимала мне головные боли!
– Несомненно, это чрезвычайно мило с вашей стороны-
– Джесси, ты напрасно притворяешься скромницей, Что бы ты ни говорила, глаза тебя все равно выдают.
– А за кого вы собираетесь замуж? – поинтересовалась Джесси.
– Ну, – задумчиво вздохнула Ленор, – Джейми Камерон предупредил, что танцевать не будет: дескать, эти дикие скачки его не привлекают. Впрочем, до сих пор его не привлекала и женитьба. Ума не приложу, что заставило его так измениться в этот год. – Ленор на миг умолкла, прислушиваясь к собственным ощущениям, и чуть не с благоговением прошептала: – Я без ума от Джейми!
Когда он близко, я вся горю, мне даже дышать становится трудно. Он такой неукротимый, настоящий дьявол: высокий, мрачный, откровенный во всем! От его взгляда, от его шепота у меня подгибаются колени. Но он слишком часто меня пугает. Джейми никогда не станет слушать, о чем его просит жена. Он вообще не способен склониться перед чужой волей. И к тому же Камерон ужасно требовательный. Просто диву даюсь, как ему удалось завоевать дружбу короля Якова. – Ленор захихикала. – Король и сам бывает упрямым как черт! Однако что есть, то есть; наш Джейми очень сильный, пожалуй даже чересчур. По-моему, с Робертом ужиться будет намного проще. Он такой милый, готов смеяться и флиртовать с кем угодно, и все же… и все же мне кажется, что из него получится вполне приличный супруг, ведь его запросы ясны, их легко удовлетворить. А вот Джейми – тому подавай и душу, и тело. А какой он красивый, особенно глаза – ни у кого таких нет! Стоит ему посмотреть на женщину, и та… ну вот, я опять про то же. А тебе ни к чему дуться, не волнуйся, Генри пристроит замуж и тебя! – Я не желаю быть пристроенной.– Правильно, – легко согласилась Ленор. – И тебе нужно попасть на праздник.
Джесси вздрогнула, словно пойманная с поличным. А Ленор уже вскочила, не в силах усидеть на месте.
– Я тебе помогу!
– Что? С какой это стати? – подозрительно осведомилась Джесси.
– Ох, ну хватит, я вовсе не так плоха, как ты воображаешь. В конце концов мы – дочери одного отца, пусть даже твоя мамаша была потаскухой…
– Моя мать никогда не была…
– Но так или иначе, ты родилась вне брака, верно? Вот и не возражай. Мы обе пойдем танцевать, и обе нарядимся в белое. Генри ни за что не догадается, что это ты, ведь мы так похожи. И если заметит среди гостей тебя, то примет за меня – и все!
– Между прочим, он посулил мне страшную кару за ослушание.
– Фу-ты ну-ты. Но ведь Генри не такое уж чудовище. Не бойся, все устроится само собой. Нам нужно только как следует все продумать и держать наш план в тайне. Кто знает, если мы разыграем паши карты правильно, не удастся ли тебе поймать в свои сети какого-нибудь юного прекрасного рыцаря?
Джесси торопливо потупилась. Не признаваться же Ленор, что она спит в обнимку с Библией, нашпигованной сушеными розами из подаренного Робертом букета.
– Давайте попробуем!
Когда наступил Майский день, казалось, сам воздух был насыщен таким предвкушением праздника, что у Джесси вылетели из головы последние опасения. Она слышала, как прибывают все новые экипажи и как весело болтают слуги во дворе. Ласковый ветерок приносил эти звуки в распахнутое окно, и когда Джесси выглянула во двор, то увидела, что веселье уже началось. Юноши и девушки из простонародья вовсю отплясывали вокруг Майского шеста. Дрессировщик заставлял своего медведя крутиться на кривых лапах, и кукольники давали представления в разных концах двора. Звонко пели флейты, и даже волынщики исполняли замысловатый шотландский мотив в честь короля Якова. Шум и неразбериха нарастали с каждой минутой. Погода как на заказ: ни ветерка, на синем небе ни облачка щедро дарила людям свое ласковое тепло.
Джесси поспешила по коридору к дверям Ленор. Стоило постучать, и сестра, возбужденно хихикая, втащила ее внутрь.
Не прошло и часа, как обе были одеты совершенно одинаково. Джесси не уставала восторгаться. На ногах у девушек были белые шелковые чулки и кожаные туфельки, «крашенные перьями и бисером. Поверх мягкой шелковой сорочки был туго затянут корсет, а на нем – три пышные накрахмаленные нижние юбки. Сами платья были сшиты из роскошной белой парчи, с поясами из плотного бархата, низкими декольте и рукавами до локтя и украшены целым ворохом кружев. Маски для лица также украшали белоснежные перья. Чтобы девушек нельзя было отличить по фигуре, Джесси слегка нарастили каблучки, а пышную грудь постарались замаскировать под чрезвычайно тугим корсетом. В прекрасные золотистые локоны тщательно вплели белые атласные ленты.