Чтение онлайн

За её плечом стоял Алекс, опираясь на трость. Он обошел мою мать и поспешил ко мне.

— Лира, как ты?

— Нормально. Альтавиан уже уходит.

— Уже. Уходит, — повторил фейри, прищурившись. Он не привык, чтобы с ним так обращались. Первый сын Алмазного Холма, владелец собственного Холма.

— Я против того, чтобы этот… человек находился под одной крышей с моей невестой.

Алекс почти не изменился в лице. Он внимательно отслеживал движения Альтавиана. Напряжение между мужчинам ощущалось физически.

Алекс был, как натянутая струна, готовая вот-вот

порваться. Альтавиан же убивал его своим пренебрежением.

Но вмешалась моя мать.

Она взмахнула руками, и её лёгкое платье с широкими рукавами оголило тонкие, изящные запястья. По мановению рук стены комнаты преобразились. Вначале появился широкий проход, затем коридор, который превратился в просторную, хорошо освещённую комнату.

В помещение вбежали слуги — девушки в простых платьях и мужчины в просторных рубашках и широких штанах. Они поклонились матери. Я знала многих из них, ещё с детства.

— Приведите в порядок новые покои этого человека и разместите его там, — приказала Элилаэль.

— Я не это имел в виду, — процедил Альтавиан, его голос наполнился раздражением.

Моя мать не обратила внимания на недовольство Альтавиана. Её взгляд, холодный и властный, был устремлён на слуг, ожидающих дальнейших указаний.

— Всё необходимое для его пребывания предоставить немедленно.

Слуги тут же кивнули и бросились выполнять приказы своей королевы.

Альтавиан, видимо, не ожидал такого приёма. Его лицо оставалось надменно спокойным, но я заметила, как в уголках его глаз промелькнуло раздражение. Пожалуй, только это и было доступно фейри.

О простых человеческих чувствах, как любовь, радость, счастье, Альтавиан, казалось, даже не имел никакого представления. Эти эмоции были для него чем-то чуждым, почти нереальным. Его взгляд, холодный и отстранённый, говорил о чём угодно, но только не о способности чувствовать положительные эмоции.

Всё, что двигало им, казалось, заключалось в стремлении к контролю, власти, доминированию. Любое проявление тепла или нежности в его действиях выглядело бы так же неестественно, как снег посреди лета.

С ним нельзя было говорить о простых вещах, нельзя было смеяться, делиться радостью. В его мире не было места таким мелочам. Всё измерялось только силой, статусом, подчинением.

И это пугало.

— Вы слишком гостеприимны, королева, — с сарказмом бросил Альтавиан, подходя ближе.

— Здесь моя земля, — перебила его Элилаэль, её голос звенел, как остро натянутая струна. — И пока ты под моей крышей, ты будешь подчиняться моим правилам. Иначе я заберу дарованное тебе разрешение.

Альтавиан прищурился, но спорить не стал. Вместо этого его взгляд снова упал на меня.

— Мы не закончили, Лираэль, — сказал он тихо, но в его голосе звучала угроза.

— Закончили, — твёрдо ответила я.

Алекс сделал шаг вперёд, встав между нами. Его трость чуть дрогнула в руке, но взгляд оставался спокойным и уверенным.

А в следующее мгновение фейри грубо схватил Алекса за плечо и… мигнул. Всё произошло так быстро: одно движение, один шаг — и они исчезли.

Я замерла, пытаясь осознать,

что только что произошло. Но не успела до конца это понять, как через пару вдохов Альтавиан уже стоял вплотную ко мне.

Снова пришлось задрать голову, чтобы встретить его взгляд.

— Где он? — резко спросила я.

— Ты даже этого не знаешь, — с издёвкой произнёс он.

— Он в той комнате, Лираэль. Всё в порядке, — раздался уверенный голос матери. — И, Альтавиан, разве тебя не ждёт Аллиэль?

— Кто это? — спросила я, глядя то на мать, то на Альтавиана.

— Она состоит в союзе с Альтавианом, — пояснила Элилаэль. Её голос звучал ровно, но я почувствовала лёгкий намёк на сарказм.

Альтавиан бросил на неё предупреждающий взгляд.

— Элилаэль, разве это сейчас столь важно?

— Альтавиан, послушай. Раз у тебя уже есть спутница, может, оставишь меня в покое? — предприняла я еще одну попытку отвязаться от фейри.

— По-твоему, я должен был пятнадцать лет хранить тебе верность? Разумеется, у меня есть женщина, и, в отличие от тебя, она понимает все плюсы нашего союза. — Альтавиан цедил слова. — А ты сама осталась невинной, м?

Я раздражённо покачала головой. Не фейри, а упрямый баран!

— Отвечай! — повелительно приказал он.

Я заметила, как мать хотела вмешаться, но я знаком руки дала понять, что это только наш разговор.

— Ты прав. Я была с мужчиной, — ответила я спокойно.

На меня обрушилась волна презрения.

— Если ты такой приверженец чистоты, ты вправе отказаться от меня, — добавила я.

Но, видимо, сокровища моей матери и статус в обществе интересовали его гораздо больше, чем чистота будущей супруги.

Он промолчал, но грудь его заметно вздымалась. Ему явно не нравилось все происходящее.

— Возможно, ты всё ещё испытываешь что-то к Аллиэль, ведь столько лет вместе не могут пройти бесследно, — сказала я, пытаясь нащупать его слабые стороны.

— Чувства? Ты о них? — Альтавиан рассмеялся, но смех был холодным и циничным. — И это тоже придётся из тебя выбить.

Поняла, что разговаривать с ним бесполезно.

— Я разорву союз сразу, как ты станешь моей супругой, со всеми вытекающими отсюда последствиями, — заявил фейри.

— Ты имеешь в виду, как только я лягу с тобой в постель? А до тех пор ты будешь спать с Аллиэль? Удобно устроился, — процедила я сквозь зубы. —

«Что ж ты так вцепился в меня? Есть ли хоть малейший шанс избавиться от навязанного брака?»

Он оценивающе посмотрел на меня, но ничего не ответил.

— Приведи себя в порядок. Завтра я приду за тобой, — бросил он, а затем кивнул мне и матери, исчезнув в мгновение ока.

Я выдохнула, даже не замечая, насколько сильно была напряжена в его присутствии. Разговор с ним будто вынул из меня стержень.

Мы с матерью переглянулись. Между нами всё ещё лежала пропасть в более чем пятнадцать лет. Она помнила меня ещё ребёнком — шумной, любознательной, чересчур эмоциональной, выделяющейся среди фейри.