Сквозь время
Шрифт:
Да что же я такого натворила, что он рвет и мечет? Присяду я лучше в креслице, пока он окончательно не озверел. И аккуратно примостилась на краешек.
– Это что?!
– передо мной хлопнулись несколько скрепленных степлером листов бумаги.
– Что ты себе позволяешь?!
Я притянула к себе листы и с непониманием уставилась в текст. Строчки тут же запрыгали перед глазами, а в голове билась только одна мысль: "Убью!"
– Я не знаю, как такое могло произойти.
– постаралась взять себя в руки я.
– Данный человек ко мне не подходил, консультацию я ему не проводила, и уж тем более
– То есть, ты хочешь сказать, что вышеозначенный Орлов Тимофей Викторович просто так пришел ко мне и закатил скандал с требованием твоего немедленного увольнения?!
– он все-таки сорвался и перешел на крик.
– А жалоба на два листа - это так, Филькина грамота?!
– Это какая-то ошибка. Я не первый год у вас работаю, и вы прекрасно знаете, что никаких жалоб на меня никогда не поступало. Я всегда уважительно отношусь ко всем клиентам и уж тем более не скажу, что у него, как там написано, "не хватит средств, чтобы оплачивать самый маленький кредит и по самым низким процентам".
– я очень старалась не сорваться сама, иначе увольнения точно не избежать.
– Вы можете спросить у Максима, он все подтвердит.
– Ну конечно, он подтвердит! Еще бы не подтвердил! Слышал я, что весь банк о вас судачит! А сейчас иди на свое рабочее место! Позже тебя вызовут.
Твою мать! Да что он себе позволяет?! Так меня подставлять! Он что, надеется, что я вот так вот просто соглашусь со всеми обвинениями?! Ага, сейчас прям! Ну, я тебе устрою! Попадись мне только!
В кабинет я влетела как разъяренная гарпия и сшибла Макса, который как раз собирался выйти. Даже не извинившись, я села на свое место и яростно принялась перебирать бумаги, имитируя бурную деятельность.
– Вик, что-то случилось?
– Ничего! Все нормально!
– я была не просто зла, а очень зла. Максу лучше не лезть, а то накричу.
– Ну я же вижу, что не нормально.
– он сел на стул напротив.
– Может, объяснишь, что стряслось?
– Что стряслось?!
– все-таки перешла на крик я.
– Уволят меня сейчас! Вот что стряслось! Жалоба на меня за неуважение к клиентам!
– Какая жалоба? Кто написал?
– встревожился Макс.
– Обыкновенная такая жалоба! На бумаге! Урод один написал!
– уже просто орала я.
– Какая разница?! Все равно уволят!
– Я сейчас.
– он выскочил из кабинета.
Я не хотела говорить Максу про то, что жалобу написал Тим. Меня не оставляло какое-то смутное беспокойство, когда я вспоминала про стычку на пляже. К тому же, я привыкла сама разбираться со своими проблемами. Да и что я ему скажу? "Помнишь того козла, которого ты прижал на парковке у озера? Так это он настрочил жалобу. И да, я тебе соврала, мы с ним знакомы". А потом еще и обстоятельства нашего знакомства в подробностях расписать? И как это будет выглядеть? Ищи его, Максик, по всему городу и бей лицо за то что он обидел девушку? Неплохо было бы, но нет. Сама разберусь...
Минут через пятнадцать вернулся Макс. Сосредоточенный и задумчивый.
– Где ты был?
– У Николая.
– И? Что ты там делал?
– я в тайне надеялась, что ситуация разрешится и я сохраню работу.
– Жалобу смотрел.
– Макс посмотрел мне в глаза.
– Не показал.
– А... Ясно...
– Вик, успокойся. Я попробую все утрясти. Или, может быть, он сам успокоится и все будет хорошо.
– Да ладно, не стоит. Будь что будет.
Дальнейший разговор не сложился. Народ повалил как за халявной колбасой в "совковые" времена. Мы не то что поговорить, вздохнуть свободно не могли.
В конце дня Николай Александрович пригласил меня к себе. В кабинет я шла как на смертную казнь. Морально я уже настроилась на увольнение и была спокойна как удав.
– Вот - протянул он мне бумагу и ручку.
– Увольнять по статье я тебя не хочу, так что, пиши по собственному.
У меня внутри все оборвалось, и с таким трудом, надетая маска спокойствия дала трещину.
– Николай Александрович, я...
– Вика, давай не будем. При трудоустройстве с тобой все обговаривалось. Один крупный косяк и увольнение. Ты знала об этом. А тут такая жалоба. Так что не обессудь.
Трясущимися руками я кое-как написала заявление и чуть ли не плача выбежала из кабинета.
– Завтра заберешь расчет и трудовую.
– донеслось мне вслед.
Даже две недели отработать не потребовал.
На все попытки Максима хоть как-то меня успокоить я не реагировала. Мне было плохо и очень обидно. Вот так и паши, как ломовая лошадь. Оставайся до ночи и помогай всем подряд. А в итоге получишь пинок под зад и никакого спасибо.
– Если хочешь, мы с тобой сейчас куда-нибудь съездим, посидим, развеемся?
– заглядывал мне в глаза Макс.
– Не хочу. Прости, но сейчас мне нужно побыть одной. Провожать меня не надо. Я сама дойду до дома.
– с этими словами я покинула офис и уныло поплелась в сторону дома, периодически всхлипывая и размазывая слезы вперемежку с косметикой по щекам.
У подъезда меня ждал очередной сюрприз. И, как все сюрпризы сегодня, он был препоганнейший.
– Мразь!
– я отвесила Тиму пощечину.
– Скотина! Тварь! Я тебя ненавижу!
– Успокойся!
– Тим перехватил уже занесенную для новой пощечины руку.
– Пусти меня, урод!
– я пыталась вырваться из стального захвата.
– Как у тебя еще совести хватило сюда прийти?!
– Я поговорить пришел... И извиниться.
– Ах, поговори-и-ить! Ах, извини-и-иться! Да ты мне всю жизнь сломал! Я из-за тебя с работы вылетела! С какого хрена я еще с тобой разговаривать должна?! Я видеть тебя не хочу!
– я все-таки смогла вырваться и залепила ему еще одну пощечину.
– Пусти меня!
– Только после того, как мы поговорим.
– он оставался спокойным.
– А может, тебя еще и домой к себе пригласить?!
– моя же истерика, напротив, набирала обороты.
– И ужином накормить, для полного счастья?
– Не плохо было бы.
– эта сволочь еще и улыбается здесь!
– Позволь, я тебе все объясню.
– Объясняй. Здесь. Домой я тебя не пущу.
– я просто мечтала испепелить его взглядом.
– Тогда обещай выслушать. Обещаешь?
– он прислонился спиной к подъездной двери, так что выхода у меня не осталось.
– Слушаю.
– прорычала я.
– У тебя ровно минута. Время пошло.