Скульптор
Шрифт:
— Не хочу показаться невежливым… — Роланд на мгновение замолчал, пытаясь сформулировать мысль как можно корректнее. — Серёж, как, по-твоему, хоть одно вменяемое существо могло надеяться, что вот это вот чудище может являться на Земле шпионом? Да при одной встрече с ним у половины землян инфаркт случится, а вторая, извиняюсь за выражение, пропишет ему в дыню. Так, на всякий случай, чтобы народ не пугал.
— Рыцарь, дружище, это ты об этом знаешь. — Увидев, как синхронно вытянулись лица Кристины и Роланда, Сергей тяжко вздохнул. Постоянно напоминать товарищам, что они имеют дело с разумом, имеющим с человеческим общего меньше, чем человеческий с муравьиным, начинало надоедать. — Представь, что ты для восприятия пространства используешь несколько иную систему, не оптическую. Ну, например, что-то вроде рентгеновских
Роланд и Кристина молчали, видимо, детально представляя себе армию пустых скафандров, изучающих Землю.
— Если возражений и других идей у вас нет, то начинайте готовить управляемый зонд. Я сейчас свяжусь с Землёй, но больше чем уверен — нас отправят картографировать планету и искать на ней следы хозяев.
***
Планета, получившая временное имя «Стройка» оказалась относительно небольшой: всего-то полторы земных массы и чуть меньше одного радиуса. Судя по залежам алмазов и графита, найденным в чудом оставшихся свободными участках поверхности, она принадлежала к так называемым углеродным планетам и должна была существенно пополнить знания человечества о своих собратьях.
Распоряжения Земли относительно дальнейших действий прибыли в рекордно короткий срок: через три часа с момента получения. И содержали в себе про-видео файл, записанный лично Добронравовым.
Вячеслав Артемьевич в лёгком коричневом костюме стоял на фоне какой-то древней статуи: мраморная девушка в весьма скудном и красивом одеянии гладила по голове мраморного же оленёнка. И говорил медленно и весомо, словно роняя в пруд тяжёлые камни.
— Значит, вы их всё-таки нашли. Молодцы, герои. — Он сделал паузу, давая слушателям в полной мере прочувствовать похвалу, затем продолжил. — Здесь ещё идут споры о том, на какой из двух планет жизнь менее невозможна, но это, в сущности, не так уж и важно. Вы всё равно скоро найдёте единственный верный ответ на этот вопрос.
Доктор Демидов, пилот Иванов, ваша задача — начать облёт планеты, как только придёт подробный план работ. А произойдёт это… — он замолчал, видимо, слушая ответ, — в течение пары часов. В отличие от прошлой планеты, само существование которой представляет собой один большой вопрос, к этой алмазной мелочи, как выразился товарищ Зубов, есть вполне конкретные вопросы.
Теперь вы, товарищ Когтева. Вы остаётесь на «Дружбе» и прилагаете все усилия к тому, чтобы хотя бы примерно разгадать язык хозяев этого места. Без плана, но с пониманием того, что вам в любой момент может понадобиться объяснить неизвестной, но весьма могущественной расе, что вы делаете на их планете. — Добронравов прокашлялся и внезапно очень тепло улыбнулся. — И помните: Земля ждёт вас домой.
***
План исследований «Стройки» пришёл через полтора часа. И, судя по длине и разнообразию списка, вопросы к нему составлял десяток учёных самых разных специальностей.
— Поискать в поверхностном слое материальные остатки древних культур?! — Роланд, вслух прочитавший первую попавшуюся строчку из списка, картинно вскинул брови. — И как мы должны это сделать?!
— Там ниже есть описание. И правильный алгоритм действий. — Сергей ехидно усмехнулся, глядя, как брови Роланда печально опускаются с каждым новым прочитанным пунктом алгоритма. — Не переживай — я уверен, это только кажется таким
мудрёным.— Почему?
— Хоть я и не археолог, но наличие на этой планете поверхностного слоя с материальными остатками древних культур кажется мне очень и очень маловероятным.
***
Загрузив вместе с Сергеем и Роландом на дрон всё, что могло помочь найти ответы на поставленные Землёй вопросы, и полюбовавшись тем, как приплюснутый серебристый овал исчезает в тёмном небе, Кристина принялась за работу.
Сначала задача казалась нереальной: не имея никаких примеров письменной или устной речи неизвестной цивилизации предположить, как они разговаривают.
Весь первый день Кристина чертила схемы, рисовала бестолковые закорючки и вспоминала все известные ей земные системы общения, примеряя их к загадочным обитателям этой системы. Примерялось плохо. Девушка даже подключила на некоторое время систему жизнеобеспечения, надеясь, что виной всему ставшая уже привычной нехватка питательных веществ. Увы, никаких разумных мыслей так и не появилось — очевидно, в их отсутствии виноват был не голод.
***
Картографировать «Стройку» было легко: под дроном хаотично сменяли друг друга серые прямоугольные здания разной высоты и покрытые сплошным тёмным материалом пустые пространства. Дважды попалось что-то вроде карьеров: приличных размеров воронки, окружённые высокими отвалами серо-красных пород. В одной из них трудились какие-то мелкие механизмы, не похожие ни на змеев, ни на скафандры, ни на их возможных создателей.
Эту воронку решили не трогать, вторую же, окружённую более высокими отвалами спрессованной между собой породы, и — кажется — уже заброшенную, решили изучить повнимательнее.
Роланд остался наверху — сортировать куски породы, откладывая все, кажущиеся ему более-менее неодинаковыми. Сергей же отправился вниз, ко дну карьера — фиксировать следы, оставленные техникой и, возможно, обитателями планеты.
— Серёга, тут два сплющившихся камня, похожие на меч. Они могут являться теми самыми остатками материальной культуры? — Роланд, вскинул вверх кусок камня, одна часть которого была серо-зелёной, гладкой и имела форму вытянутого конуса, а вторая, молочно-белая и шероховатая, — половинки морской звезды. Всё вместе действительно походило на какой-то странный, фантастический, меч.
Не дожидаясь ответа, Роланд отложил камень в кучу того, что следовало забрать с собой для анализа. В конце концов, таких ему действительно ещё не попадалось.
***
Новый день начался с озарения: Кристина вспомнила, что между земными кораблями и объектами, принадлежащими инопланетянам, как минимум два раза возникали какие-то стоячие волны. И о том, что миссия Ульянова сумела открыть корабли и здания венерианской базы, используя случайно подобранную последовательность электромагнитных волн. И о змее на Безымянной, который активно среагировал на эти же колебания. И, хоть из всех знаний, касающихся волн, у неё в голове остались лишь смутные изображения волнистых линий, да некоторые названия, перекликающиеся с музыкой, это был шанс.
Затребовав графические отображения всех сигналов, упоминавшихся в связи со змеями и Безымянной, она исполнила несколько абсолютно диких па: схожие элементы были. Способ, которым общаются инопланетяне, нашёлся. Дело оставалось за малым: составить хотя бы словарь.
***
Сергей и Роланд обследовали третий квадрат из пятидесяти, на которые была поделена Стройка, когда увидели подозрительно знакомый профиль электрической активности: несколько тороидов кружились в паре метров под ними, иногда выделяя в пространство близкую к графиту модификацию углерода температурой 100С?.
— О, а вот и Мухина находка. — Сергей улыбнулся, рассматривая аппараты. — Даже странно, что мы наткнулись не на них, а на тех единственных двух «платочков», которые ухитрились добраться до космоса.
Роланд поёжился, вспоминая, как «Дружба» летела сквозь атмосферу Безымянной, сжатая в смертельных объятиях двух инопланетян.
— Как вы думаете, почему тогда у нас пропал сигнал?
— Возможно, они питаются любой информацией, не только сведениями о составе всяких неизвестных им до того веществ. — Сергей пожал плечами. — Возьми повыше: попробуем взять на анализ графит, который они выбрасывают в атмосферу. Может Земля поймёт, для чего они предназначены.