Скрипка. Будь моей
Шрифт:
Жанр приелся и завязка уж больно банальная…
– Энн, я могу оправдать свои поступки, а ты - свои. И мы это обязательно сделаем, но не сейчас. Сейчас мы просто должны принять тот факт, что, несмотря ни на что, мы любим друг друга и должны быть вместе.
– Какого черта, Пантера? Три месяца ты избавлялся от меня. А теперь просишь меня быть вместе? Зачем?
– Потому что люблю…
Люблю…
Это слово как кнутом лупило меня.
Раз - и старые раны снова в кровь от точного хлесткого удара.
Два - и сотрясение мозга от
Три - и тело в кашу, потому что я снова у ног этого парня и он гоняет по мне с пробуксовкой.
– Дан, ты повторяешься.
– Потому что ты не веришь… - выкрикнул надсадно, шагнув ко мне.
Прикоснулся к руке, а у меня от этого касания кожа слезла.
Потянул на себя, а у меня надрыв сухожилия.
Приобнял, и кости в труху.
Не живой человек, а холодец, в котором в качестве связующего компонента остатки здравого смысла. К счастью, я надёжно проверила сердце Чернова, и только поэтому не лишилась рассудка от его признания.
Выстояла, но колени заметно дрогнули.
– А должна?
– обронила на эмоциях, но тут же прикусила нижнюю губу, пытаясь скрыть, как задрожал подбородок.
Нельзя плакать…
– Дан, я не вижу смысла в нашем разговоре…
– Смысл в том, что мы любим друг друга, - перебил меня Чернов.
– Ок, не хочешь верить в мои чувства, не верь. Оставим этот момент на потом. Но ты… Ты меня любишь, Скрипка. Любишь до безумия. Любишь так, что готова пожертвовать собой ради меня. Энн, я все знаю. И про отмененный концерт, и про замужество, и даже про пожар. Знаю, что ради меня ты все это сделала…
– Не знаю кто… Но зря он рассказал это тебе.
– Не зря, - ещё сильнее притянул меня к себе Чернов, заискивающе заглядывая в глаза.
– Я люблю тебя, Энн. Только услышь меня. Только останься со мной. И я смогу тебе все доказать. Я смогу тебе отплатить за боль. Я смогу все исправить.
Сердце болезненно дернулось в груди. Оно, как и я, больше не верило, что можно любить после такой жгучей ненависти, даже узнав правду.
– Это не любовь, Дан, - рванула я из объятий Чернова.
Он все узнал и поэтому запутался, а я еще немного и позорно для себя самой сдамся. Только вот вскоре Пантера придет в себе, и мне снова будет адски больно. Поэтому лучше закончить все сейчас. Поэтому лучше не позволять энергетике этого парня опьянять мой мозг.
– Это всего лишь жалость и чувство вины. Что-то подобное ты уже проживал только не со мной, а с Лолой. Ты же знаешь, что эти чувства не приведут ни к чему хорошему, поэтому давай не будем на них попусту тратить время.
– Ты ошибаешься, Энн...
– Возможно, но лучше я ошибусь и останусь жива, чем еще раз рискну своей жизнью ради любви. Еще один раунд этих жестоких игр я не продержусь. Я и так не понимаю, как справилась. До сих пор удивляюсь тому, что все еще дышу.
– Энн, я тебе обещаю, что все будет иначе…
– Я не передумаю. Потому
что проверила на себе, как ты можешь ненавидеть…Тело до сих пор болит после того, как ты его изнасиловал.
Мозг до сих пор помнит, как ты легко, непринужденно, играючи издевался и унижал меня.
А сердце просто вконец убито и любить больше не планирует ни тебя, ни кого-то другого.
– Дан, я не хочу быть послушной, не хочу слепо подчиняться, не хочу бояться совершить ошибку. Я хочу быть самой собой. А еще хочу быть уверена, что меня простят, если это потребуется, и сделают это до того, как сломают.
– Ты не сможешь… Не сможешь без меня… Не выдержишь… - с надрывом шептал парень, снова пытая меня своими объятиями.
– Объявляется посадка на рейс Москва- Лондон. Просьба пассажиров пройти…
– Мне пора идти. Это мой рейс, - облегченно выдохнула я, схватилась в очередной раз за дорожную сумку, но выбраться из рук Чернова не смогла.
– Лондон?
– переспросил парень, не отводя от меня взгляда, а потом выдал то, что окончательно убедило меня в своей правоте.
– Ты летишь к нему… К мужу…
– Ты так ничего и не понял, Пантера, - отбила я и уже без сомнений двинула в новую жизнь. Жизнь без любви и ненависти… Жизнь без Дана Чернова…
Глава 39
Дан
Ух ты!
Неутешительный прогноз…
Отказ даже без испытательного срока!
А я то надеялся хотя бы уговорить Скрипку остаться в Москве, сыграв на её чувствах ко мне, а потом уже затяжно просить прощение и клясться в вечной любви.
Самоуверенный придурок…
Я облажался.
Руки зудели от желания, купить билет на следующий же рейс, но я заставил себя сидеть на жопе ровно, потому что во мне одна за одной детонировали гранаты.
Я мог отжечь слишком жёстко, ведь Белова вернулась к Дементьеву.
А с моей Энн так больше нельзя. Никогда было нельзя, но…
В груди болезненно заискрило от такого уточнения. Уже несколько часов меня зверски ломало и гнуло, а сейчас вообще парализовало от мегакомбо чувств и эмоций, с которыми я не понимал, как справиться без Скрипки.
От ненависти до любви - нехилый скачок за сутки.
От миллиметра до двух тысяч километров - грандиозный разрыв между нами.
Ещё вчера я целовал эту девочку, а сейчас даже увидеть не могу.
Полный эмоциональный ушат.
Но я не собирался бездействовать, так как в корне был не согласен с ее решением. Скрипка нужна мне.
Да, я организатор её уход из “Опасных ” и в какой-то степени даже отъезда из Москвы. Не скажу, что хотел конкретного этого, но точно добивался.
Но сейчас все изменилось.
Я знаю правду. Знаю, через что прошла Энн ради меня. И меньшее, чем я могу отплатить, - это забота о ней.
Хотел бы я еще добавить:
– Быть с ней рядом.
Но понимаю, что это пока невозможно.