Скорость побега. Чародей поневоле
Шрифт:
— О, на сей счет не переживайте. Не вы первый, не вы последний, — сочувственно проговорил Строганов. — Не было еще в истории такого мифа, который бы в итоге не развенчали. — Он развернулся к Дару. — А этот молодой человек, Тод?
— Перри Тетик, для узкого круга — Па. Он как раз из тех, кто развенчивает мифы. — Вайти, похоже, вошел во вкус. — Наш коммерческий директор. Ему удается самые абстрактные идеи изложить настолько просто, что его поймет самый непробиваемый тупица.
— Вот как! — Строганов пожал руку Дара с осторожным интересом. — Надеюсь, у нас будет время потолковать по душам, Перри. Меня такие вещи очень интересуют.
— Так
— …немного поотстали в плане слежения за развитием искусства, — расслышал Дар конец фразы, произнесенной Лоной. — Можно было бы взглянуть на вашу издательскую технику?
— Конечно, конечно! Я вам организую экскурсию, все покажу. Давайте начнем с десятой студии. Я сам только что оттуда, и мне нужно туда поскорее вернуться, дабы убедиться, что там все в порядке. Пойдемте, сюда!
Строганов размашисто зашагал, Вайти пристроился к нему, остальные поспешили следом. Оказавшись в широком коридоре за приемной, Строганов и Вайти удвоили скорость беседы.
— Так, значит, ты все-таки обзавелся собственной командой, Тод? Рад видеть, что ты прислушался к моим советам. Я ведь тебе сколько твердил, что броня должна быть крепка, помнишь? Но чтобы ты все-таки сподобился собрать народ — это ты меня удивил, братец! Молодчина!
— При единственном условии с моей стороны, — покачал головой Вайти. — Все крутится под моим личным контролем. Кстати, ты заметил, что у нас недостает продюсера?
— В общем, это от меня не укрылось, — согласился Строганов и одарил Вайти акульей ухмылкой. — Это предложение, Тод?
— А ты бы что предпочел — пыточные тиски?
— Ты, как всегда, изысканно дипломатичен. Знаешь, я просто не в силах устоять перед таким заманчивым предложением, да и поддержка тебе бы не помешала. Не думаю, чтобы ты настолько потерял голову, что взялся бы финансировать такой проект из собственного кармана.
— Ну… деньги на ветер швырять я всегда был мастак, — ухмыльнулся Вайти. — Но это и для меня было бы слишком легкомысленно.
— Ну, если вы деньги на ветер швыряете, то моя тетя — астероид, — хмыкнула Лона. — Да у него в терранском банке лежит сумма, которой хватит на покупку небольшой планеты, и притом, заметьте, — освоенной!
Дар решил воспользоваться шансом и подобрался ближе к Лоне.
— Они же друзья, — прошептал он. — Почему же Строганов зовет его Тодом?
— Потому, что прозвище «Вайти» ему неизвестно, — шепнула в ответ Лона. — О нем вообще никто не знает, кроме посетителей питейных заведений.
Так… Теперь стало ясно, что волноваться в вестибюле ОПИ не стоило. Дар-то решил, что, назвав свое настоящее имя, Вайти навлекает на их бедные головы настоящую катастрофу. Но ведь скажи кто-нибудь на Фальстафе Канису Дестинусу, что Дару Мандре помог бежать Вайти-«Вино», тот бы и не догадался, что этот человек — Тод Тамбурин. Вот и получалось, что сейчас настоящее имя Вайти послужило наилучшим прикрытием.
— Прошу, входите. — Строганов распахнул дверь, напоминавшую крышку огромного люка. — Десятая студия. — Когда мимо него проходила Сэм,
он проговорил: — Боюсь, я не расслышал вашего имени, гражданка.— Ее зовут Ори Снайп, — бросил через плечо Вайти. Сэм деланно улыбнулась, пожала руку Строганова и прошмыгнула мимо него.
А потом они попали в сущий бедлам. Первое впечатление у Дара было такое, будто не меньше тысячи человек лихорадочно снуют во все стороны, совершают какие-то бессмысленные действия и вопят друг на дружку на одном только им понятном жаргоне. Однако через несколько минут он начал улавливать в происходящем какой-то смысл. Народу в студии оказалось гораздо меньше тысячи — всего десятка три человек. Да и передвигались они не то чтобы так уж стремительно — просто они ходили туда-сюда, от этого и создавалось впечатление хаотичности. Дар задержал взгляд на одной из женщин. Она разъезжала по студии на платформе, установленной на тонкой выдвижной колонне, которая, в свою очередь, покоилась на трехколесной тележке. Занималась женщина тем, что настраивала осветительные приборы, развешанные на большой высоте. Движения ее были методичными, монотонными, почти завораживающими, и в них точно не было никакой хаотичности. Дар опустил глаза, проследил за работой одного сотрудника, другого…
— Поначалу может показаться настоящим хаосом, — проговорил Строганов, оказавшийся рядом с ним, — но тут каждый знает свое дело и делает его.
Дар посмотрел на него и заметил, что тот нахмурился.
— Что-нибудь не так?
Строганов покачал головой:
— Нет, все идет как по маслу. На самом деле даже с некоторым опережением.
— Так в чем же дело?
— Да нет, ничего такого… — натянуто улыбнулся Строганов. — Просто порой меня выводит из себя вся эта показуха.
Дар сдвинул брови.
— Но ведь вы тут создаете истории. Они должны быть созданы, и к реальной жизни отношение по определению имеют весьма приблизительное.
— Могут иметь и более близкое отношение, еще как могут. — Строганов поджал губы. — В учебниках по истории превеликое множество поистине великих историй.
Утверждение это показалось Дару знакомым — он словно бы вернулся в кабачок Чолли. Горло его сжалось от волнения, и он прокашлялся.
— Послушать вас — так это просто-таки образовательный проект.
— Ш-ш-ш! — Строганов прижал палец к губам, опасливо оглянулся и испустил вздох облегчения. — Слава богу, никто вас не услышал!
— А что такого? — изумился Дар. — Что не так с образованием?
— Тише, прошу вас! — Строганов снова затравленно огляделся по сторонам. — Ни в коем случае не произносите здесь этого слова!
— Но почему? Что такого с обра… ну, вы меня понимаете?
— Да, с этим самым, что оно набирает крайне низкие рейтинги, — негромко отозвался Строганов. — Такие программы смотрят жалкие горстки зрителей.
— Да, но жалкие горстки в масштабах всей Терранской Сферы — это все же довольно много людей! Любая горстка — это триллиона полтора человек!
— То, что в данном случае «горстка» приблизительно равняется миллиарду человек, — это я понимаю, — кивнул Строганов. — Но зато это не желают понимать владельцы этой корпорации. Им нужно единственное: содрать как можно больше денег за самое популярное шоу.
— Вот как… — нахмурился Дар. — Стало быть, вы не осмеливаетесь снимать ничего обра… ничего по-настоящему глубокого. В противном случае зарубят на корню сценарий.