Скорбный день
Шрифт:
Ева пропустила момент, когда Асмодей шагнул в другое измерение. Вот, казалось, он шел по улице. Такой же реальный, как деревья вдоль аллеи. А в следующее мгновение он исчез, словно и не было его никогда. Точно он всего лишь мираж, что привиделся Еве в сгущающихся сумерках.
С тяжелым сердцем она вернулась в квартиру. Ева редко лгала. Если и случалось нечто подобное, она долго мучилась от необходимости врать, а после так или иначе сознавалась. Сейчас ложь так прочно обосновалась в ее жизни, что уже было не отличить где правда, а где вымысел.
Сделав над собой усилие, она улыбалась
Ночью Ева ни на минуту не сомкнула глаз. Все думала о словах демона. Как отреагирует Алекс на известие о том, что она отдала книгу? Вряд ли он обрадуется. Она успела достаточно его узнать, чтобы предположить: он будет в ярости.
За окном забрезжил рассвет. Ева перебралась на кухонный подоконник. Отсюда были видны все подступы к дому. Она рассчитывала заметить Алекса на подходе к подъезду, выбежать на улицу и поговорить с ним без свидетелей. Разозленные обманом Макс и Вика, рассерженный из-за потери книги Алекс – все это разом ей не вынести. Лучше справляться с проблемами по очереди. Но ее планам не суждено было сбыться.
В квартиру позвонили. Глянув в дверной глазок, она увидела стоящего на лестничной площадке Алекса. Выглядел он плачевно. Парень ощутимо похудел с их последней встречи, запавшие щеки покрывала щетина, волосы напоминали воронье гнездо, а грязная одежда походила на прикид бомжа.
Как Алекс миновал ее наблюдательный пункт? Или Асмодей перенес его сразу в подъезд. Эту возможность Ева не учла. Делать было нечего, она впустила Алекса.
Алекс осмотрел ее с ног до головы и, ни слова не говоря, шагнул в квартиру. Ева посторонилась, пропуская его. По-прежнему молча он прошел на кухню. Из комнаты доносился храп Виталика, всадники еще спали.
Ева двигалась следом за Алексом. Она застала его с чашкой в руках. Он пил воду большими глотками и мрачно смотрел в окно.
– Неплохо устроились, - первое, что он сказал, по-прежнему глядя в другую сторону.
– В моем доме нельзя было оставаться. Там Самаэль искал нас в первую очередь, - она поежилась. Не так она представляла встречу.
– Отсюда придется съехать. Что знает один курфюрст, в любой момент станет известно его братьям.
– Ты общался с Асмодеем? – спросила Ева.
– О да, - усмехнулся Алекс. – Он рассказал мне много любопытного. С чего бы начать?
Он повернулся к ней. Взгляд оливковых глаз не предвещал теплой беседы. Подтверждая догадки Евы, он произнес:
– Может, с того, что ты умудрилась бездарно лишиться книги? Нашего единственного преимущества.
– Ты злишься, - она присела на табурет. – У тебя есть для этого причины. В свое оправдание могу сказать одно: я хотела тебе помочь.
– Огромное спасибо, - Алекс изобразил глубокий поклон, – за то, что сделала нас еще более беспомощными, чем мы были. В день своей смерти, а теперь она не за горами, я буду знать, кого за нее благодарить.
– Алекс? – на пороге кухне стояла заспанная Вика. – Ох, нет.
– Ох, да, - передразнил он. – Что ты за всадник такой, если даже за одной девчонкой уследить не в состоянии?
– Я думала…
–
Думать – не твой конек, - перебил ее Алекс. – Надо было действовать. Почему не заперла ее в квартире? Не привязала к батарее?– Она бы вырвала ее с корнем, - мрачно ответила Вика. – А то ты не в курсе какой настырной она бывает.
– Ты? – следующим на кухне показался Макс. – Вот, блин.
– Я тоже рад тебя видеть, братик, - кисло улыбнулся Алекс.
Макс с осуждением посмотрел на Еву. Она лишь развела руками. Оправдания были излишни. Между тем Вика поставила чайник на огонь и поинтересовалась:
– Означает ли твое возвращение, что у нас больше нет книги Судного дня?
– Именно это оно и означает, - кивнула Алекс. – Асмодей соловьем заливался, пока сопровождал меня. Никогда еще не видел его таким довольным.
– Он сдержал слово, - скорее для себя, чем для присутствующих отметила Ева.
– Почему бы и нет? – пожал плечами Алекс. – Ему плевать на наши терки с Самаэлем. Наоборот ему за радость лишний раз позлить братца.
– Но ведь это означает, что книгу он Самаэлю не отдаст, – с надеждой предположила Ева.
– Нам-то какая разница? С какой стороны не посмотри мы в глубокой заднице, и выбраться из нее будет не так-то просто.
Желая порадовать Алекса, Ева принесла из комнаты его амулет. При его виде он пришел в изумление и спросил:
– Откуда он у тебя?
– Макс выкрал амулеты перед тем, как мы сбежали.
– А мне ты сказала, что нашла их в рюкзаке с книгой, - насупилась Вика.
Ева сделала вид, что не расслышала Войну.
– Как ты это провернул? – Алекс с подозрением уставился на белокурого всадника.
– Что тут необычного? – Макс сделал вид, что вопрос ему безразличен. – Ты же как-то стащил книгу, а мне повезло с амулетами.
– Как-то, - хмыкнул Алекс. – Да я едва ноги унес из кабинета отца.
Макс гневно посмотрел на Еву. Она вздохнула. Просить ей прощения еще как минимум лет десять.
Виталик проснулся последним. Появление Алекса его не взволновало. Он лишь кивнул старшему брату в знак приветствия и устремился к холодильнику. Захватив несколько упаковок питьевого йогурта, Виталик попытался улизнуть из дома, но Ева его не пустила. Сегодня им предстоял переезд. Не хватало еще, чтобы он потерялся.
День выдался хлопотным. Вика обзванивала агентства в поисках жилья. Ева и Макс упаковывали вещи. Алекс приходил в себя после заточения в подземелье Дома. В курс реабилитации входили водные процедуры, плотная еда, послеобеденный сон и, конечно, чистая одежда. Виталик угрюмо смотрел телевизор и жевал.
– Перестань есть хотя бы на минуту, – не выдержала Ева и вырвала пакет с крекерами из рук Виталика. Она устала, и чужое безделие злило ее сильнее обычного.
– Если я не буду есть, то непременно сорвусь, - Виталик попробовал вырвать пакет из рук Евы, но она увернулась.
Он поднялся с дивана. Будучи на голову выше ее и в несколько раз толще он выглядел грозным противником. Ева быстро сообразила, что эту битву ей не выиграть.
– Держи, свои крекеры, - она бросила пакет на журнальный столик. – Когда-нибудь ты лопнешь от переедания.