Сказочные ночи
Шрифт:
Вражда между королевскими семействами Джудара и Серайи длилась очень давно, и прежде Мохаб видел брата Джалы лишь издали.
Никто не завлек Мохаба в этот дворец уловками или обманом. Джала была единственной причиной того, что он явился сюда. Но разве у него есть надежда увидеть ее, если она не присутствовала даже на свадьбе собственного брата?
Мохаб допустил очередной просчет.
Он также не подумал о том, что будет испытывать, когда встретится с Камалом лицом к лицу. Тот был слишком похож на свою сестру, и от этого Мохаб испытывал почти ощутимую боль в груди. Словно кто-то превратил
К сорока годам Камалу удалось стать одной из самых влиятельных персон в мире, причем произошло это задолго до того, как двое его братьев отказались от престола. Королевство Джудар еще не вполне оправилось от череды скандалов, интриг и драм, потрясших общество и навеки изменивших ход истории в стране…
В глазах Камала мелькнула хищная настороженность.
— Аль-Ганем, что именно вы находите смешным?
— Ваши слова напомнили мне о том, что было в прошлом… Другой человек также говорил при мне о смерти. — Улыбка Мохаба стала шире. — Неужели вы решили, что я нахожу смешным то, что меня привели сюда под конвоем, как преступника?
Сказать по правде, прибыв в Джудар, он ожидал худшего. Напряжение между Серайей и Джударом достигло небывалых масштабов. Лишь недавно на саммите ООН Камал говорил о возможной войне. Для Мохаба, принца Серайи, оказаться на территории Джудара в такое время — большой риск. Особенно если этот принц в свое время занимал пост главы разведки. Мохаб ждал, что его выдворят из страны первым же рейсом, причем дожидаться самолета он будет за решеткой.
— Вы находите разговоры о смерти забавными? — поинтересовался Камал. — Вы действительно человек отчаянный. Но не следует ли вам быть расчетливым и мудрым? Разве вы не поняли, что в Джударе вам не рады? Эта земля не для таких, как вы…
Для всех из рода аль-Ганем. Они были и останутся врагами аль-Масудов.
— Итак, вам захотелось умереть? Вы лучше меня должны знать, что любой представитель вашей страны будет преследоваться в Джударе.
Мохаб приложил ладонь к сердцу:
— Я глубоко тронут тем, что вы тревожитесь за меня. Смею вас уверить, я вел себя безупречно для того, чтобы не навлечь на себя гнев вашего народа.
— Зато у меня гнев вы вызвали. Прилетели, не известив никого… Из-за вас я был вынужден бросить дела. Это что же, попытка вашего короля хоть как-то поправить свое положение? Неужели он принял всерьез угрозу того, что я свергну его, и вытащил последний козырь из рукава, чтобы решить проблему на корню?
— Вы думаете, я приехал сюда, чтобы совершить покушение? — Мохаб не верил своим ушам. — Возможно, я и принимал участие в некоторых миссиях, но я не камикадзе. Умолчим о том, что меня подвергли унизительному обыску. Удивительно, что я еще в одежде.
Глаза Камала, казалось, пронзали его.
— Из докладов, подготовленных департаментом безопасности, мне хорошо известно, что вы способны уложить целый отряд с руками, скованными за спиной.
— Король Камал, вы мне
льстите. Чтобы справиться с отрядом, мне потребуется хотя бы одна рука.Мохаб посмотрел на короля, и его взгляд подсказал Камалу, что он действительно на это способен.
— У меня имеются сведения об операциях, которые вы проводили. Если кому-то под силу взорвать дворец и выбраться из эпицентра без единой царапины, то только вам.
Губы Мохаба чуть дернулись.
— Если вы уверены, что я представляю для вас опасность, почему встретились со мной лично?
— Я заинтригован.
— Настолько, что готовы подвергнуть себя риску? Вам, вероятно, скучно быть королем.
Камал вздохнул:
— Вы и представить себе не можете… Вы — принц, которому не грозит коронация. Человек, который волен выбирать работу. Мне хотелось бы подчеркнуть слово «волен».
— А вы всего лишь правитель страны, которая после вашего восшествия на престол увеличилась в три раза и обрела вес в мире, лидер, с чьим мнением считаются повсюду… И ваша семья…
— Я готов поменяться с вами всем, кроме моей супруги и детей, которых я люблю больше жизни.
Мохаб расхохотался:
— Не могу поверить! Мы завидуем друг другу.
— При иных обстоятельствах я приложил бы все усилия, чтобы вы работали на меня. К несчастью, мы находимся по разные стороны баррикад.
Мохаб решил, что настало подходящее время.
— Именно поэтому я прибыл сюда. Я готов предложить способ уничтожить эти баррикады.
Камал нахмурился:
— Боюсь, это невозможно… Но неужели вас направили сюда с предложением политического характера?
— Я приехал по собственной инициативе, потому что именно я являюсь предложением.
Король откровенно заскучал. Он щелкнул пальцами:
— Что ж, жаль. Вы показались мне серьезным человеком, но, знаете ли, у меня совершенно нет времени. Если вам удастся доказать, что вы стоите моего внимания, я приглашу вас провести несколько дней во дворце в качестве почетного гостя.
— Вы видите перед собой человека, который готов отдать вам Йарир.
— Достаточно! — Камал недовольно хлопнул в ладоши. — С меня довольно двусмысленностей. Быстро и ясно объясните, что вы предлагаете.
— Забудьте об угрозах. Я здесь для того, чтобы восстановить нормальные отношения между нашими королевствами, и я, как никто другой, хочу сделать это быстро.
— В вашем распоряжении десять минут.
— Двадцать. — Прежде чем Камал смог возразить, Мохаб добавил: — И не говорите «пятнадцать».
Камал внимательно посмотрел на него:
— Сразу видно, что вы — единственный ребенок у родителей. Старшие братья всегда могут преподать урок пронырливому сорванцу. Я уже близок к тому, чтобы восполнить этот пробел.
— Король, вы собираетесь побить меня?
— Определенно.
Мохаб поверил ему. Камалу в детстве не довелось насладиться всеми прелестями жизни наследника престола. Этот человек был воином. И конечно, он мог постоять за себя в драке.
Король развернулся и безмолвно прошествовал к диванам. Судя по всему, он сделал это намеренно, дабы скрыть улыбку, появившуюся на лице. Камал и Мохаб симпатизировали друг другу. Как только Мохаб опустился на свое место, король возобновил разговор: