Сказания Трофоры
Шрифт:
Солнце выкатывалось из-за горизонта мучительно долго. Мои глаза слипались, голова тяжелела, и я чувствовал себя, как китайский болванчик: сидел на краю лодки и качал головой взад и вперёд, то и дело засыпая, но тут же просыпаясь, вспоминая о важности моей миссии. Меня привёл в чувства шорох, раздавшийся снизу. Девушка, в очередной раз перевернувшись, вдруг с шумом поднялась на локте, осмотрелась, потирая глаза рукавом, повернула голову ко мне.
– Утро, – пробормотал я, стараясь не выдавать сонливости.
– Ты не спал? – зевая, спросила девушка, непрозрачно намекая на то, что мне ничего скрыть не удалось.
– Не мог. Пороги, видишь ли, могли застать нас в любую минуту, надо было проследить, чтобы не нарваться на них, – объяснил я, стараясь говорить понятно и членораздельно.
– Дурак, – буркнула девушка, ополоснув лицо речной водой, – Мы доберёмся до них только к полудню,
– Вот как, – мне не сразу довелось осознать бессмысленность своих действий.
– Ложись, – она улыбнулась, уступая мне место, где недавно лежала сама, – Я разбужу тебя, если что.
Лодка покачивалась, пока мы, стараясь не кренить её собственным весом, медленно уступали друг другу прежние места. Софита, прихватив с собой свою сумку, уселась на край, где до этого сидел я, достала из сумки какую-то книгу, открыла её практически на середине, и начала читать, подставив страницы солнечным лучам. Я же, укладываясь под её плащ, впервые за долгую и весьма холодную ночь почувствовав что-то тёплое и даже горячее, уснул, умиротворённо улыбаясь.
***
В одном ритме с шумом прибоя и гулом ветра, на высоких мачтах развевались красные флаги с силуэтом пылающего феникса – символом огненной страны Маренсии. Их корабли всегда славились прочностью, красотой, изяществом, величием. Такой корабль очень выделялся на фоне прочих в порту Альканта. Да что там, мелким торговым судёнышкам до такой мощи было слишком далеко. Корабль прибыл недавно. С него вот-вот должны были опустить трап, по которому, по слухам, сойдёт на прогнившие помосты наследный принц сильнейшей державы. На пристани толпились зеваки. Гул толпы, казалось, заглушал неспокойный ветер. Любой, кто находился в толпе, мог услышать сотни версий того, почему принц решил явиться сюда, как он выглядит и кто будет его сопровождать. Но шум стих, как только на палубе раздался еле слышный цокот каблуков дорогих сапог. Неспешно на трап ступили люди: Двое рослых мужчин и один статный паренёк. Мужчины имели весьма угрожающий вид. Одетые в грубые кожаные плащи тёмно-бордового цвета, на спинах которых пылающий феникс был выведен уже чёрной кожей, они выглядели так, словно прибыли сюда совсем не с дружелюбными намерениями. Трудно было назвать их магами, коими являлись в какой-то степени оба из сопровождающих принца. Сам же наследник был куда более похож на мастера огненной стихии. Крепкий, жилистый, ростом чуть меньше своих телохранителей. Он держался гордо, как истинный принц. В роскошных одеждах, расшитых традиционными узорами страны, в алом плаще с силуэтом феникса, как и на флаге. Рыжеволосый, голубоглазый, он презрительно оглядывал толпу зевак, со всех сторон обступивших тропу, усыпанную лепестками Огненной розы, которыми усыпали дорогу всем почётным представителям Маренсии.
Спустившись на пристань, принц, не скрывая презрения, оглядел толпу, будто пытаясь найти среди этих людей хоть одного достойного лицезреть его величество. Так и не удовлетворённый поисками, наследник легко поплыл по брусчатке пристани, смотря только перед собой, изредка обмениваясь короткими фразами с сопровождающими. Шум, создаваемый ликующей толпой, мешал расслышать их разговор, но можно было догадаться, что темой его было место, где предстоит остановиться принцу. Хоть для него это было крайне важно, принц совсем не думал о том, где будет ночевать, оставляя подобные размышления слугам. Такая безответственность казалась недопустимой для человека благородных кровей, ведь любой оборванец на улицах Альканта знал, где сегодня остановится марийский принц, а он сам – нет. Но наследника это не заботило.
Проследовав по тропе до самого лучшего трактира в городе, принц и его сопровождающие скрылись за дверьми. В трактир никого не пускали, а возмущённых постояльцев, находившихся там до приезда принца, ещё вчера переселили в соседнюю таверну. Наследник престола сильнейшей державы арендовал трактир на несколько дней своего пребывания в Акире. А целью сего визита была помолвка с наследницей престола единственной страны, способной противостоять мощи Маренсии.
Распивая крепкие спиртные напитки в главном зале трактира, принц принимал гонца. Юноша лет пятнадцати на вид прибыл к принцу с рядом новостей. Судя по его бледнеющему лицу, трясущимся рукам и дрожащим голосом – не очень хороших.
– Как тебя зовут, малец? – спросил принц юношу певучим голосом, заслышав который трудно было бы не усомниться в наличии у него мужского достоинства.
– Праст, ваше величество, – заикнувшись, выпалил гонец.
– Ты
принёс мне вести от правителя этой замечательной страны, верно? – наследник улыбнулся, как бы намекая, что уже можно огласить принесённые гонцом вести.– Да, ваше величество, – ответил парнишка.
– И что это за новости? – уже в открытой форме спросил принц, слегка нервничая.
– Глава клана Зеилли сообщает, – начал юноша, будто придя в себя. – Что его дочь, к величайшему сожалению, – мальчик громко сглотнул. – Сбежала.
Принц нахмурился. Рука, что ранее подпирала голову, с грохотом опустилась на деревянный стол. Пламя свечей на люстре, что освещала зал, игриво танцуя, разрасталось.
– Надеюсь, у тебя есть хорошие новости? – его голос в гневе звучал ещё смешнее, чем когда принц говорил спокойно.
Трудно было не рассмеяться, и малец прыснул, но тут же сдержал подступающий поток хохота, притворившись, что закашлялся.
– Да, ваше величество, – его голос уже не дрожал так сильно, но страх перед таким сильным магом никуда не ушёл. – Она направляется в Алькант.
Гнев принца утих, свечи успокоились, рука, сжатая в кулак, расслабленно опустилась на лакированное дерево обеденного стола. Лёгким жестом он дал юноше понять, что тому следует убираться. Таким же образом подозвав к себе одного из своих телохранителей, прошептал ему что-то на ухо. Последний, кивнув, двинулся к выходу из трактира.
– Что ж, меня предупреждали, что принцесса своенравна и свободолюбива. Видимо, придётся погасить в ней подобное рвение.
Сказав это, принц рассмеялся, понимая абсурдность слов, вышедших из уст мастера огненной стихии.
***
Долина вулканов и гейзеров на западном побережье Маренсии в последнее время была неспокойна. Последние несколько десятилетий барьер, возведённый вокруг долины ещё после битвы Хаоса с Истиной, не мог сдерживать такой активности. Для поддержания прочности барьера каждый год призывали сильнейших магов огня. Придворный чародей сам выбирал их на ежегодных соревнованиях в Центральной Магической Академии Трофоры. Так же Краст занимался исследованиями причин повышенной активности вулканов. Пока что все его доводы сходились в одном: причиной являлось подземелье в Долине вулканов. Последний раз его удалось усмирить Гильдии Проходчиков, но после её падения пройденные подземелья вновь пробудились. Никто не мог выявить причины, так как после них никому ещё не удавалось не то, что пройти, даже добраться до какого-либо подземелья. Монстры, что скрывались в недрах подземных лабиринтов, начали выходить наружу, но оставались близ подземелий. Так же было и в Долине вулканов. Чудовища не выходили за её пределы, но, в качестве мер предосторожности, к восточным границам долины была призвана довольно большая часть военных сил Маренсии. Верховный главнокомандующий Адель тоже прибыл сюда и руководил военными действиями.
Сейчас главнокомандующий находился в своём шатре в центре лагеря и с остервенением завсегдатая Голливудских казино резался в Корин со своим заместителем. Они сидели друг напротив друга, а между ними, на выдернутом из земли на скорую руку пне, стояла круглая деревянная доска, разделённая на сегменты. На ней в разных местах в кучку были сбиты разноцветные фигурки, каждая из которых обозначала какой-либо из четырёх родов войск: Конницу, Пехоту, Разведку и Отряды снабжения. Корин представлял из себя тактическую стратегию, максимально приближенную к реальности, в которой фигурки разного размера и одного цвета обозначали количественное соотношение войск, на определённое количество солдат пехоты, конницы и разведки нужно было определённое количество людей в Снабжении. Главной целью игры было, очевидно, выиграть: взять в плен или убит вражеского командира, который неподвижно стоял на противоположной стороне круглой доски.
– Смотри, как бы опять не оставить в моём кармане всё своё жалование, Адель, – язвил Бартель.
– Лучше бы за свою получку беспокойся, жена ведь тебя со свету сживёт, – улыбнулся главнокомандующий, делая ход.
– Эво как… – Бартель задумался. – Как думаешь, долго мы ещё будем тут торчать?
– Понятия не имею, – Адель откинулся на спинку стула. – Внутри барьера всё так же неспокойно. Хоть с момента нашего сюда прибытия ничего и не произошло, покидать границы Долины вулканов опасно.