Скайдайвинг в 60+
Шрифт:
Вскоре нам выдали «круглые» парашюты Д-6 с запаской спереди. Была проведена подгонка подвесной системы, проверена готовность к прыжку и вот мы уже на линии стартового осмотра. Я должен был прыгать первым. Видимо, как имевший опыт, должен был показать свою решимость другим перворазам. Посадка в самолет АН-2, рев мотора, короткий разбег и взлет. Самолет слегка покачивало, и, глядя на других перворазов, видел на лицах вымученные улыбки, испуг, какое-то внутреннее напряжение, которое определяется одним словом – страх. Сердце громко стучало, все было как будто в первый раз, вот они те, казалось, уже давно забытые ощущения. Как всегда неожиданно, раздался звук сирены, означающий приготовиться. Встав, приготовился к прыжку, испытывая бурю эмоций. Выпускающий открыл дверцу и, похлопав меня по плечу, дал команду: «Пошел». Как когда-то давным-давно – кажется, в той, прошлой жизни – я, сгруппировавшись, бросился вниз, в бездну, навстречу земле. Динамический рывок, качнуло так, что успел увидеть хвост самолета, и вот уже круглый купол серого цвета бутоном расцвел над головой. Обычное штатное отделение, с принудительным раскрытием парашюта и равномерным наполнением купола. Как будто и не было этих 40 лет! Все тот же восторг, все то же ощущения счастья полета под куполом, когда под тобою зеленый ковер, квадраты полей и нити дорог. Ощущения под куполом иные, чем в самолете, в котором ты отделен от неба обшивкой фюзеляжа, тусклым маленьким иллюминатором и рокотом мотора. Страх обычно накатывает перед покиданием борта самолета, в момент, когда нужно сделать шаг за борт… Когда же купол открывается, все страхи улетучиваются
В течение последующего года я не раз вспоминал этот прыжок, мне он даже несколько раз приснился.
Весной 2015 году, прочитав в Интернете про прыжки с парашютом в тандеме с высоты 4000 метров, я приехал на аэродром в Гатчину. Аэродром сильно отличался от сосновоборского. Перед въездом на территорию стоял маленький самолет «Вильга-35», словно приглашая всех в небо. Развитая инфраструктура аэродрома удивила. Манифест (место сбора и регистрации парашютистов), парашютные классы с видеомониторами, инструкторские, ангары для укладки парашютов, тренажеры, даже небольшой магазин парашютного снаряжения и уютное кафе. Но главное, два двухмоторных самолета Л-410, способных за считаные минуты взлететь на 4000 метров, на высоту, с которой я до этого никогда не прыгал. Поражала воображение и площадка приземления, прежде всего большими размерами, ровная, с аккуратно подстриженным газоном. Народу было много. Здесь были спортсмены, пассажиры тандемов, приехавшие, как и я, для получения острых ощущений, перворазы для совершения прыжков с 800 метров с круглым куполом и просто их друзья и зрители. Меня несколько покоробило, что меня, парашютиста-десантника, отнесли в разряд пассажиров тандема. Так не хотелось быть пассажиром, хотелось стать полноправным участником этого парашютного сообщества.
Я зарегистрировался на манифесте, заполнив заявление и анкету, согласно которой все риски, связанные с прыжком, брал на себя. Справедливости ради следует отметить, что требования в клубе к безопасности прыжков были достаточно жесткие, и мастера тандемов, были действительно мастера своего дела. Не побоюсь этого сравнения, но думаю, что прыжок в тандеме более безопасен, чем приезд на автомобиле на аэродром, при той интенсивности движения и бесшабашности некоторых водителей.
После оплаты прыжка пассажирам тандемов были выданы комбинезоны, шлемы, очки, перчатки, проведен инструктаж о порядке отделения, поведении в свободном падении, о необходимости перед приземлением поднять ноги, чтобы не мешать мастеру тандема совершить мягкую посадку. Ранее, в аэроклубе, а затем и в армии, я прыгал на принудительное раскрытие парашюта либо на раскрытие с задержкой в 5 секунд с введением в действие стабилизирующего купола. Стабилизирующий парашют представлял из себя небольшой купол площадью около 2 метров, целью которого было упорядочить (стабилизировать) положение парашютиста в воздухе во избежание кувырков, закручивания в воздухе, то есть для обеспечения стабильного положения тела в момент раскрытия парашюта. Такие прыжки не требуют техники владения телом во время свободного падения. Да и высоты были небольшие, как правило от 800 до 1200 метров.
Самолет Л-410 – это многоцелевой гражданский самолет для перевозки грузов и пассажиров на небольшие расстояния. Довольно удачная модель чехословацкого (чешского) производства. Самолет двухмоторный, с прекрасными летными характеристиками, очень удобный для выброски парашютистов из-за приемлемой скорости, довольно быстрого набора высоты и достаточно широкой и удобной для десантирования двери. Самолет берет на борт 20 человек. Первыми всегда прыгают спортсмены, и только за ними уже идут тандемы.
Последняя проверка на линии стартового осмотра, и вот уже все направляются для посадки в самолет.
Ранее мне не только прыгать, но и летать на Л-410 не приходилось, поэтому было любопытно, что же это за летательный аппарат. Довольно короткий разбег, и самолет резко стал набирать высоту. Сидевшие в нем спортсмены либо дремали, либо обменивались между собой короткими репликами. В салоне было всего три тандема. У меня, как и у других пассажиров тандема, было какое-то внутреннее напряжение. На высоте свыше 2 тысяч пассажиров тандемов посадили на колени, пристегнули, затянув в подвесной системе, проверив, застегнуты ли шлемофоны и надеты очки. Ревун, означающий «приготовиться», прозвучал, как всегда, неожиданно. В голове пронеслось: «Зачем я это делаю?», но дверь уже открыта, рев двигателей и свист ветра ворвался в салон самолета, подвергая пассажиров тандема в ступор. Тандем-мастером у меня был Артем Кореннов, настоящий ас… Прыжок выполнялся с оператором Ириной, которая снимала все на фото и видео. Перед дверью самолета вновь промелькнула мысль, зачем я это делаю, но в этот момент мы с тандем-мастером провалились вниз… Артем стабилизировал падение, и 2500 метров мы летели в свободном падении. Мне оставалось только что-то кричать, делать пальцы веером, позировать перед оператором, потому как восторг от падения переполнял меня. Шлем у меня был открыт, и по тому, что ветер делал с лицом, было понятно, на какой огромной скорости мы летим к земле. Длится свободное падение с такой высоты около 60 секунд, но это время вмещает в себя так многое, и человек при этом испытывает ярчайшие эмоции и впечатления. Неожиданно падение прекратилось, нас сильно качнуло, и я увидел над головой купол парашюта в виде прямоугольного «матраца» с соплами разноцветной окраски. В руках Кореннова парашют был послушен и управляем. Артем, к моему удовольствию, стал выписывать такие пируэты, что дух захватывало. Я был просто поражен не только мастерством пилота, но и управляемостью купола, который не опускался вертикально вниз, как десантный (круглый) купол, а летел по горизонту, напоминая полет самолета. Земля быстро набегала, я поднял ноги, и в этот момент, благодаря сделанной «подушке», произошло почти полное замедление, и мы плавно приземлились на поле аэродрома.
После приземления понимаю, вот то, что мне нужно! Отбросив сомнения, иду записываться на курсы AFF. На меня смотрят с нескрываемым удивлением, в глазах так и читается: «Куда ты, дедуля?» Понимаю, преодолеть предубеждение относительно возраста нужно не только мне, но и окружающим. Главное, я уверен в себе, уверен в том, что у меня все получится. Тем более здоровья, сил и, главное, желания более чем предостаточно. Мне была выдана анкета, предложено пройти медкомиссию и приезжать на аэродром.
Студент АФФ (AFF)!
(год 2015-й)
Основным видом начальной подготовки парашютистов (на мой взгляд, на сегодня наиболее эффективной), в том числе и в Российской Федерации, стала разработанная в США в 70-х годах методика AFF (Accelevated Free Fall) – ускоренное обучение свободному падению.
И вот, спустя более 35 лет, я вновь студент! В данном случае студент – это официальный статус обучающихся прыжкам с парашютом по программе AFF. Концепцию программы составляют изучение материальной части парашютной системы, теоретические основы прыжка с парашютом, в которую входят отделение от летательного аппарата, свободное падение, открытие парашюта,
управление куполом и заход на посадку. Изучаются подаваемые инструктором руками сигналы во время свободного падения, обозначающие совершение тех или иных действий, выполнение которых для студента обязательно. Большое внимание уделяется мерам по безопасности при выполнении прыжков. В частности, порядок действия парашютистов в особых случаях, как в свободном падении, так и при раскрытии парашюта. К чести инструкторского состава, обучение проходило не формально, а достаточно серьезно и ответственно. Главное при сдаче зачета было не блеснуть красноречием, а в случае возникновения нештатной ситуации рассказать о принятии правильного и осознанного решения. Инструктор должен просто понимать, что ты осознанно говоришь, как нужно действовать в случае возникновения той или иной нештатной (экстремальной) ситуации.Я был зачислен в группу Епифанцева Николая Яковлевича (мастера спорта СССР), опытнейшего парашютиста, в возрасте лет 55. Он тоже удивился, что у него такой возрастной студент, сказав, что думал, что старше его уже и не прыгают. Я же подумал, что не учатся прыгать – это точно. Через некоторое время ко мне привыкли, и уже особо никто не обращал внимание на мой возраст. В группе у Епифанцева нас было несколько человек, все разного возраста. Самым молодым был Миша Левин, молодой студент одного из питерских вузов, в возрасте 19 лет. Миша оказался не только самым молодым, но и самым способным студентом в нашей группе. Очень обаятельный, общительный, веселый парень, который все делал с легкостью и удовольствием. Стас, специалист в области JT технологий, в возрасте слегка за 30 лет, тоже достаточно общительный и веселый, но с определенными пижонскими замашками. Николай в возрасте 45 лет, в отличие о первых двух, не очень общительный, я бы сказал, несколько зажатый парень и, по моему мнению, уступающий в обучении даже мне. Ну и я, самый старший (именно так – не старый, а старший, что соответствует моей жизненной философии и психологическому состоянию) не только в нашей группе, но и среди всех обучающихся.
Обучение по программе AFF состоит из 9 уровней и практически включает в себя 10 прыжков. Первый прыжок выполняется в «Тандеме» и не является уровнем. В отличие от простого прыжка в тандеме, здесь ты должен в свободном падении проконтролировать по альтиметру высоту, выполнить три имитации открытия парашюта, постараться проконтролировать направление, высоту, положение тела. После раскрытия парашюта под контролем инструктора, самостоятельно управляя куполом, выполнить заход на посадку. Не буду пересказывать свои ощущения, они были такие же, что и при первом прыжке в тандеме.
Начиная с первого уровня, опишу свои впечатления, свое психоэмоциональное состояние, которое, судя по моим наблюдениям, из общения с другими студентами, очень у всех схожее. Принцип обучения заключается в том, что перед выполнением каждого уровня студенту дается задание, которое ему необходимо выполнить в воздухе. В случае ошибки либо невозможности выполнить задание ставится незачет и назначается пере-прыжка уровня до тех пор, пока обучающийся не добьется выполнения установленных требований. Ведь цена ошибки очень высока – жизнь парашютиста. К сожалению, получалось далеко не все и не сразу. Полагаю, что правильному выполнению задания мешал страх, который ведь у всех присутствует, ну, и конечно определенное психологическое напряжение. Страх, как известно, имеет животное происхождение, его можно назвать и по другому – инстинктом самосохранения. В своей эволюции он появился раньше мышления, поэтому имеет более крепкие корни. Думаю, именно страх помог сохранению вида, который в настоящее время называют не иначе как «гомосапиенс». Именно страх блокирует наши способности действовать, адекватно реагировать на нештатные или незнакомые нам обстоятельства. Боятся все, что опять же естественно. Однако, осознанно преодолевая страх путем приобретения новых навыков, тренировок, опыта, мы раздвигаем его границы и со временем побеждаем его. Известный итальянский журналист и путешественник Вальтер Бонатти утверждал: «Бывает два рода страха – контролируемый и бесконтрольный. Ты контролируешь свой страх, значит, осознаешь опасности, которые могут встретиться тебе, и попытаешься избежать их. В этом случае всегда найдешь выход. А бесконтрольный страх – это просто паника». Именно для этого и нужен опыт, чтобы при возникновении нештатной ситуации принять правильное, своевременное и осознанное решение. Про себя отметил, когда на земле объясняют, что необходимо делать, кажется, все так просто и понятно. На тренажере тоже все получается. Но как только открывается дверь самолета, складывается ощущение, что из головы вылетает все, чему тебя учили. Действия становятся судорожными, и порой все делаешь с точностью до наоборот. Например, нам в армии во время прыжков «вбили» в голову, что при отделении от самолета парашютист должен сгруппироваться, прижав руки к груди и поджав ноги. Это, конечно, правильно, но для прыжков с десантным куполом. При прыжках в свободном падении алгоритм действий противоположен. Нужно, прогнувшись назад, расслабиться и просто лечь на поток. Сказать легко, а как это сделать, если в момент отделения мозги не работают?
Уровень первый. Он состоит в отделении из самолета в «жесткой» сцепке с двумя инструкторами, основным и резервным. Инструкторы становятся по бокам, берут студента за «колбаски» (захваты) на рукавах и бедрах комбинезона. По команде основного инструктора, которая отдается кивком головы, происходит отделение от летательного аппарата. При отделении необходимо прогнуться и лечь на поток.
Помню, что первый, как тогда казалось, почти самостоятельный прыжок был очень волнителен. Страх мешал соображать, взгляд был поглощен высотой, ревом моторов и свистом ветра. Внезапно вновь возникло нежелание покидать борт такого уютного и по домашнему надежного самолета. Мысль перед покиданием борта самолета, зачем я это делаю, впоследствии еще не раз преследовала меня. Конечно, я сделал все неправильно. Вместо того чтобы прогнуться назад, непроизвольно сгруппировался, вывалившись мешком за борт самолета. Отметил про себя, что страх словно «парализует» все тело. Думаю, происходит это оттого, что мышцы под воздействием страха, переполняющих эмоций инстинктивно (независимо от нашего сознания) напрягаются, что мешает студенту выполнить задание, которое в общем-то не отличается особой сложностью. Еще раз повторюсь, чтобы делать все как следует, не напрягаясь, нужен опыт, который приходит только с прыжками. Благо что меня крепко держали инструктора, сразу принял стабильное положение, выполнив команду инструктора, прогнулся, проконтролировал линию горизонта, посмотрел на высотомер, убедившись, что высоты еще много. После чего выполнил три имитации раскрытия парашюта, не забывая контролировать по прибору высоту. На заданной высоте 1600 метров выполнил «отмашку» и выдернув бобышку медузы, самостоятельно раскрыл парашют. Улетая вверх, проводил взглядом проваливающихся вниз инструкторов. Конечно, вверх никто не улетает (гравитацию ведь никто не отменял), просто в момент открытия парашюта происходит резкое снижение скорости падения по отношению к летящим в свободном падении инструкторам и происходит эффект стремительного взлета вверх. Это очень наглядно наблюдается при просмотре видео прыжков. Студенческий купол всегда большого размера, высота раскрытия тоже значительная, поэтому инструктор приземлившись на землю, по рации, с которой в обязательном порядке прыгают студенты, с земли корректирует заход на посадку. Нужно просто правильно построить «коробочку», зайти на высоте не менее 100 метров в створ против ветра и перед приземлением сделать своевременную подушку. Купол показался мне хорошо управляемым, я строил заход, как самолет, делая развороты и выходя на требуемую глиссаду. Под куполом мне всегда было очень комфортно, поляна внизу казалось бескрайней, но нужно было заходить по возможности ближе к огромной букве «А», обозначающей зону приземления. У меня с первого прыжка при построении захода на посадку особой сложности не возникало, тем более что Николай Яковлевич по рации корректировал заход на посадку. Получается, не ты заходишь на посадку, а тебя ведет «диспетчер» в лице инструктора. Итак, первый уровень мною был успешно сдан.