Чтение онлайн

– И наш комитет считает, – заключил он, – что мы должны не заткнуться, а принять эти условия.

Заявление было встречено аплодисментами.

– Предлагаю голосовать за принятие предложения Большого Джима! – выкрикнул Билли Дарби громко, как мог.

Со всех сторон зазвучали крики «Поддерживаю!». Но мистер Сэнфорд помедлил с объявлением голосования.

– Мальчики, – сказал он, – это серьезное дело. Да, мы хотим эту хижину, однако цена, которую запросил мистер Донеган, высоковата. Не уверен, что мы можем ее заплатить. Тем двоим, кто пошел бы на это задание, придется провести долгое время в холоде и голоде. Может быть, разумнее будет отказаться, чем попробовать – и не справиться.

Эти слова осторожной мудрости, однако, действия не возымели, и предложение было принято единогласно. Теперь предстояло выбрать тех двоих, кто целый месяц будет держать в своих руках честь корнуоллских скаутов.

– Господин

председатель, – сказал, вставая, Бак Уиттлси, – я предлагаю кандидатуру Уилла Брайта как одного из двоих представителей «Корнуоллских скаутов» в назначенном мистером Донеганом испытании. Уилл – единственный среди нас игл-скаут. Он заслужил двадцать один значок – в том числе за умение обращаться с удочкой, стрельбу из лука, устройство бивуака, знание леса, следопытское дело, знание птиц, ориентирование, знание узлов и пиониринг [6] . Все это ему пригодится. Он хорошо закален и сможет долго выносить холод и голод, прежде чем согласится сдаться. И наконец – он «Волк», член лучшего в штате патруля!

Речь Бака была встречена громкими аплодисментами «Волков» и не менее громким шипением «Сов» и «Лисов». Впрочем, несмотря на это шипение, кандидатура Уилла была поддержана единогласно.

Затем посыпались кандидатуры спутника Уилла. «Волки» сразу же выдвинули Фреда Перкинса. «Совы» – Тэда Бэкона, а «Лисы» – Бака Уиттлси. Начались бурные дебаты.

– Так вы скольких хотите от «Волков» выставить, а? – спросил Билли Дарби.

– А что, двое – уже много? – ответил ему Бутс Локвуд. – И ведь надо выбрать лучших!

– Так Бак Уиттлси – всего лишь скаут первого класса, – ядовито возразил Билли. – Все, что он умеет в походе, – готовить еду. А что-то не похоже, чтобы этим двоим пришлось много стряпать!

Мистер Сэнфорд с некоторым трудом утихомирил собрание, и началось новое голосование. Увы, оно завело в тупик: каждый из патрулей голосовал за собственного кандидата, голоса разделились натрое. Решающий голос оставался за мистером Сэнфордом. Он поднялся; мальчики смотрели на него с большим волнением.

– Скауты, – сказал он, – я обязан проголосовать, приняв таким образом решение. Однако до этого я бы хотел внести свое предложение. Может быть, мы предоставим Уиллу самому назвать своего напарника? Так он сможет выбрать того, на кого может положиться.

Настала тишина. Потом вскочил Бак Уиттлси.

– Господин председатель, – сказал он, – это будет справедливо! Я снимаю свою кандидатуру.

Другие два кандидата последовали его примеру, и все проголосовали за предложение дать Уиллу самому выбрать спутника. Уилл не колебался ни минуты.

– Мне, – сказал он, поднимаясь с места, – по душе все ребята, каких вы называли. Однако если вы предоставляете выбор мне – я бы взял Джо Куто.

С минуту все молчали. Потом посыпались возражения, которые Джо Куто, крепко сложенный пятнадцатилетний парнишка, выслушал, не меняясь в лице.

– Да он ведь почти что совсем еще новичок, – проворчал Джонни Морган.

– Он у нас едва месяц живет, – присоединился Фред Перкинс.

– Ребята, – обратился к товарищам Уилл, выслушав возражения, – я объясню вам, почему я хотел бы, чтобы Джо стал моим напарником в лесу. Да, он с нами недавно, но я его уже неплохо знаю. Джо знает про лес больше нас всех, вместе взятых. Понимаете, Джо по матери – атабасканский индеец [7] , а его отец был французским траппером. Они оба умерли, так что никто не станет возражать, если Джо куда-то пойдет… Так, Джо?

Мальчик кивнул, по-прежнему не произнося ни слова.

Когда собрание закончилось, скауты столпились вокруг юного индейца. На их лицах явно читалось новое уважение. Фред Перкинс пригласил Джо в гости с ночевкой. Билли Дарби – он увлекался индейцами, умел издавать боевой клич и хотел было носить ирокез [8] , правда, мама уговорила сына расстаться с этим украшением, – сейчас с открытым ртом почтительно взирал на

Джо. Вожак «Сов» Тед Бэкон чувствовал себя так, словно под видом деревенского мальчишки в его патруль записался сам Ункас [9] . Но Джо, несмотря на все внимание товарищей, по-прежнему сохранял молчание. Поэтому Уилл сам поведал скаутам о полной приключений жизни Джо на Севере, где великая река Маккензи [10] вливается в Северный Ледовитый океан: о том, как Джо зацепил когтями медведь, как за ним гнались волки, как он наблюдал растянувшиеся на многие мили стада мигрирующих карибу [11] , охотился на лесного бизона, рысь, ягуара, мускусного быка [12] и на других редких – и восхитительно опасных – зверей. Слушая рассказы Уилла, Тед с грустью думал об упущенных возможностях новой славы для «Сов» – с таким-то скаутом!..

Собрание закончилось, но за три дня, остававшихся до двадцатого августа, предстояло сделать еще немало. Для начала – получить согласие родителей Уилла и дядюшки Джо. Миссис Брайт поначалу пришла в ужас от мысли, что ее мальчик отправится в леса без пищи, одежды или снаряжения.

– Я не думаю, мистер Брайт, что ваш сын будет в опасности, – заверил мистер Сэнфорд. – И он, и Джо знают о лесе вполне достаточно, чтобы согреться и прокормиться. Ну, а если у них что-то пойдет не так, они всегда могут вернуться.

Решающий голос остался именно за мистером Брайтом. Он выслушал возражения супруги, просьбы Уилла и аргументы мистера Сэнфорда в молчании.

– Пусть идет, – сказал он наконец. – Это испытание пойдет ему на пользу. И у парня хватит ума вернуться, если он не справится. Думаю, дорогая, денька через три он будет дома и вряд ли станет впредь привередничать за столом.

Согласие дяди Джо Куто получить было гораздо легче. Это был маленький высохший француз, владелец небольшой фермы в Холлоу – так называли глубокую лощину между двух крутых холмов милях в трех от городка.

– Конечно, я его отпущу, – сказал он. – Мне придется его отпустить, потому что он все равно уйдет.

Двадцатого августа солнце встало как обычно, словно этот день не отличался от любого другого, хотя на самом деле это был самый важный день в истории скаутов Корнуолла. В девять утра они с самым решительным видом промаршировали по подъездной дороге имения Донеганов. Каждый вожак патруля нес вымпел с тотемом на своем скаутском посохе, что весьма позабавило мистера Донегана; тот стоял на веранде, наблюдая за прибытием гостей.

– Совы, волки и лисы, – прокомментировал он. – Что ж, ребятам, которые уйдут сегодня в леса, понадобятся качества каждого из них!

У входа стояла его большая машина для путешествий.

– А сейчас, – сказал он, – я отвезу этих двоих и ваших скаутмастеров – так ведь вы их зовете, да? – на двадцать пять миль к северу. В конце просеки будет сторожка; в нее проведен телефон. Когда ваши парни решат, что достаточно намерзлись и наголодались, они смогут вернуться к сторожке и позвонить мне оттуда. А я вышлю им машину с какой-никакой одеждой и едой… Жду звонка с завтрашнего рассвета, – добавил он, когда все грузились в машину.