Сингулярность
Шрифт:
Участи стать путешественником во времени.
— В этой реальности есть место только для одной принцессы, и только лишь для одного путешественника во времени. — Вдруг послышался искаженный голос принцессы, принадлежавшей ни одной из них, но самой Сингулярности.
Тело обоих принцесс намертво парализовало, из-за чего они так и остались висеть в воздухе с протянутой рукой. Внезапно, расстояние между ними резко изменилось, и каждую из них в один момент унесло так далеко, словно их переместили заклинанием пустоты. Скорее всего, это сделала сама Сингулярность. Или, по крайней мере, то что от нее осталось.
Оставшаяся
— Элли! — Послышался знакомый принцессе голос, прорывающейся сквозь саму пустоту. — Элеонора!
Вне всякий сомнений, это был голос Винтера. Собравшись с силами, Элли вырвалась вперед, будто цепляясь за саму пустоту, попутно пытаясь поймать в ней руку Винтера. И, как ни странно, у нее это получилось, ибо прямо перед ней появился еле заметный силуэт Винтера, протягивающей ей руку. Громко шлепнув его по ладони, она заставила его материализоваться перед ней.
— Сколько раз я говорила тебе не называть меня так, тупой Винтер! — крепко сжав руку Винтера, Элли притянула его к себе и встала с ним лицом к лицу. — Наконец-то я нашла тебя. На момент мне показалось, что я тебя больше никогда не увижу, и от осознания этого мне стало невыносимо горько.
Стоило ей увидеть Винтера, как вся печаль от истории с Сингулярность хоть и слегка, но притупилось, позволяя ей вернуться в нормальное состояние — состояние безжалостной Кровавой Принцессы, а не плаксивой размазни, коей она была всего несколько мгновений назад. На момент ей даже стало стыдно, что у нее в голове проскочила мысль о том, что ей придется навсегда остаться в одиночестве посреди пустоты, где нет никого, кроме нее самой.
— Я ничего не понимаю, Элли… — отстраненно от мира всего проговорил Винтер. — Не могу вспомнить ничего конкретного. Ничего, что могло бы помочь нам выбраться отсюда. Из этой… тьмы. Пустоты. Не уверен, как это стоит называть.
— Ты не помнишь? — удивленно спросила Элли. — Совсем ничего? Даже того, как мы здесь оказались?
— Нет… — помотав головой, ответил Винтер. — А ты помнишь?
— Ох… — напряженно вздохнув, Элли продолжила: — Тогда, думаю, нам стоит начать с самого начала…
* * *
Винтер вновь оказался на краю обрыва самой пустоты, только на этот раз он держал за руку Элли, которая стояла рядом с ним. Все, что их окружало — это лишь звезды. Те самые звезды, которые можно увидеть по ночам. Только здесь, будто бы специально для них, они казались немного ближе: раскинулись по бесконечному пространству вокруг, будто бы окружая королеву и принцессу. Будто бы желая поглотить их. И как раз кстати, перед ними оказалась самая большая и могущественная звезда — солнце.
Огромное, раскаленное, но на удивление не ослепляющее солнце, окруженное бесконечно большим количеством других звезд, которые будто спешат к нему на помощь. На помощь, чтобы спасти его от них, словно они какие-то злодеи, представшим перед ним во всем своем величии. Но это было совсем не то солнце, что отложилось в их памяти — оно менялось. Лишь общая концепция шарообразного светила оставалась неизменной. Солнце становилось красным, испуская из себя раскаленные лучи, черным, знаменуя собой темноту, или даже темно-синим, будто бы задавая оттенок ночи. И так каждый
раз.Но теперь уже Винтер и Элли знали, что перед ними на самом деле не солнце вовсе — это была черная дыра, огромный сгусток магической энергии. Она принимала различные формы, в том числе и форму солнца, потакая желанию Винтера и Элли увидеть нечто прекрасное, невероятное, чтобы в последний раз насладиться видом, который не увидишь в настоящем мире. Вместе.
Стоит им ступить шаг вперед, и все — они, скорее всего, канут в пустоту. В объятия бесконечных звезд, бесконечного космоса. Сейчас, держась за руку, рассказывая при этом о минувших днях… этот момент стал для них по-настоящему кульминационным. Они потеряли весь мир, позволив ему умереть, но в конце концов, несмотря на все трудности, которые приготовила им Сингулярность, они остались рядом друг с другом, так или иначе.
Они потерпели крах, но этот момент, в целом, стал для них маленькой победой.
— Ясно… — проговорил Винтер, не отрывая взгляда от звезд. — Теперь я понимаю, как мы здесь оказались. Значит, все эти попытки остановить Конец Времен, все эти жертвы, которые мы совершили… они изначально были напрасны? Мы могли лишь отсрочить неизбежное на неопределенный срок?
— Да. Даже если бы ты никогда не появился на свет, черная дыра все равно рано или поздно вернулась бы за своим на Землю — за Сингулярностью. Мы никак не можем предотвратить ее падение, как бы это печально ни было.
— Кажется, я уже встречался с тем, что ты назвала «Сингулярностью». — Винтер невольно сжал руку Элли, вспоминая того «призрака» из тронного зала и их радушную встречу в целом. — И ты перехитрила ее? Ты… смогла стать путешественников во времени, полностью приняв в себя ядро черной дыры?
— Я не «приняла» ее в себя — я лишь воспользовалась моментом и ее желанием могущества, которое она получила от нас с тобой. Сингулярность подразумевала, что я не смогу отказаться от столь щедрого предложения, но я поняла, что она замышляет. И ей не удалось затмить мое здравомыслие.
— Сингулярность знала, что твоего магического потенциала хватит, чтобы целиком поглотить ее, но она и предположить не могла, что ты пойдешь против нее, и из-за этого ее план полностью провалился! — восторженно заявил Винтер. — Тебе удалось обмануть, возможно, одно из самых могущественных существ во вселенной, Элли! Это просто невероятно.
— Возможно, это был один из самых могущественных сгустков энергии, да, но как существо… — Элли задумалась о моменте, когда она назвала Сингулярность лишь «подобием человека». — Как существу ей было далеко до «самого могущественного». В этом плане она была ничем не лучше обычного человека, и даже хуже. Она была воплощением… всего самого плохого от человека.
— Но потом появилась другая Элли, и вы оказалась в неловком положении перед друг другом, верно? Только одна из вас могла взять Сингулярность, и пока кто-то из вас не сделал бы этого… вы бы не избавились от плена пустоты.
— Да. В тот момент я повисла в воздухе, словно меня сковали магией, заставив воспарить в воздухе и лишив возможности делать какие-либо движения. Все, что я могла — это смотреть на другую себя и тянуться вперед.
— И другая ты… схватила Сингулярность первой, правильно?