Силмирал. Измерение
Шрифт:
…Глаза не желали разлепляться. Но когда я их всё-таки продрала, то первое, или точнее, первая, на ком сфокусировался мой взор, была… мама. Что?!
Я аж подпрыгнула на кровати, но она силой уложила меня обратно.
– Тихо, тихо! Не дёргайся! Ты упала в глубокий обморок, уж не знаю из-за чего…
Рядом с её встревоженным лицом появилась бабушка.
– Слава богу, с тобой всё в порядке! Услышала шум, а когда увидела тебя распростёртую, так испугалась… уложила тебя и поскорее позвонила на мобильный маме.
–
Москва, двадцать первый век. Похоже, именно тот день, когда я ушла…
Нет! А как же Эсприт? Дарвэл?! Что сними?! Что случилось?!
Меня стала бить дрожь. Похоже, у меня истерика… Мама с бабушкой бросились меня утешать. Их руки, обнимающие меня, становились всё тяжелее, становились холодными, как металл…
Я закричала и… проснулась. Теперь уже по-настоящему. И тотчас же надо мной склонился обеспокоенный Ворлок.
Но в ту же минуту его лицо просветлело. Он на мгновение отвернулся в сторону.
– Очнулась! Она очнулась!
Потом он пропал, а вместо него надо мной навис бледный, встревоженный Дар.
– Нейра! Ты…
Послышалась возня и приглушённая ругань, и он тоже исчез из моего поля зрения, а на сцене появился почти белый Эсприт.
– С-сиурбланка?! Как… - его реплика была не длиннее Дарвэловской, потому что его не очень любезно отпихнули в сторону, и ему на смену пришла… Лента.
– Нейра! Тигра! Кошка рыжая! Ты как себя чувствуешь? С тобой всё в порядке?!
– А… э… у… - я пыталась как-то вклиниться между вопросами, но не преуспела.
Потом серая ладонь уверенно зажала ей рот и оттащила в сторону, и я имела счастье вновь лицезреть волка.
– Сколько я была в обмороке? – хрипло проговорила я, предотвращая новые вопросы.
– В обмороке? – он нервно усмехнулся. – Скорее, в коме! И тебе ещё крупно повезло. А так… без сознания ты была аж три дня.
– Сколько-о?! – вскинулась я, но четыре пары рук силой уложили меня обратно. – Но как же… портал?!
– Да ничего с ним не сделается! – встряхнулась рысь. – Насчёт него я ещё поговорю с тобой отдельно!
– Она агрессивно встопорщила усы, но при виде испуга на моём лице, сменила гнев на милость и заговорила спокойнее.
– Как ты себя чувствуешь-то?
Все задержали дыхание. Я поёрзала, потрогала под одеялом повязку, перебинтовывающую весь торс…
– Вроде достаточно живо, - в конце концов проговорила я.
Дружный вздох облегчения пронёсся по шатру. Я не удержалась, закуталась в одеяло.
– Прекратите мне тут сквозняк создавать! Вы хоть понимаете, как мне будет больно чихать?!
– Ну, всё, она поправляется. – Довольно сощурившись, улыбнулся мастер. – Кстати, клинок в каком-то ничтожном миллиметре прошёл рядом с левым лёгким. Твои друзья могли натворить гораздо больше плохого, пока извлекали лезвие. Потом тебя привезли сюда… увы, ни один правитель изо всех трёх народов не взял с собой высококвалифицированных
докторов, ограничившись знахарями и магами. Тогда мы и послали, сперва за специалистами Церески, а потом и за Лентой.Я глубоко вздохнула, отчего чуть закружилась голова. Легла обратно… Друзья тихонько переговаривались, я не особо вслушивалась в их беседу. Просто лежала, закрыв глаза, и заново переваривала последние события. Интересно, Грейс схватили? Наверное… не знаю. Она ловкая и отчаянная, могла и сбежать когда запахло палёным.
Рядом плюхнулась Лента, провела ладонью по моему лбу и потрепала чёлку.
Я приоткрыла глаза. Все ушли, видимо, по её настоятельной просьбе.
– Эх, Нейра… кошка полосатая… Что ж ты так небрежно относишься?..
– К чему или к кому? – переспросила я.
Она покачала головой.
– Да ко всему и ко всем. К себе и к нам…
– Ну, предположим, к себе я так отношусь уже по привычке. А вот вас я каким боком тронула? Я ведь даже в Дорганаке…
– Слушай, я не пойму, ты дурочка или только прикидываешься?! – взорвалась она. – Ты хоть понимаешь, что всё, что с тобой происходит, заставляет нас дико волноваться о тебе?!
– А… ну… Да не надо обо мне волноваться! – Возмутилась я.
В ответ Лента… залепила мне звучную затрещину. Аж перед глазами помутилось…
Я обомлела, от возмущения и удивления лишившись дара речи. Как…
Рысь тоже на мгновение замерла, потом судорожно вздохнула и прижала меня к себе… Прямо как мама, когда мне было совсем плохо…
– Ней, извини… Но… ты правда злоупотребляешь нашим терпением. Ты же вправду стала нам дорога, поэтому очень тебя прошу, пожалей нас и перестань лезть головой в капкан.
Я молчала, но уже не от обиды. Жалко их… я уйду, они останутся… Но хоть перестанут волноваться обо мне понапрасну.
Неожиданно для самой себя, я проговорила, как смогла бы признаться только маме, сейчас далёкой и недосягаемой. Сейчас для меня мамой была дикая серая кошка…
– Лен, знаешь… А я, кажется, по-настоящему влюбилась…
Я не видела её лица, но, по-моему, она улыбнулась.
– А я даже догадываюсь в кого. Ты представить себе не можешь, как Мрадразз волновался пока ты была без сознания. Ночами не спал, сторожил возле тебя…
Я чуть повернула голову, чтобы увидеть палату. Причём палату в прямом смысле этого слова. Крепкие стены… оборудование…
– Лента, а где мы?
– Где? – похоже, она не сразу сообразила, о чём я, погрузившись в свои мысли. – Мы в Дорганаке. Твои ранения оказались гораздо серьёзней тех, что могли бы быть излечены в том лагере. Тебя ухитрились доставить сюда максимально быстро – за полдня. И то от тряски ты почти отдала концы…
– Что, серьёзно? – я впервые в полной мере оценила реальную возможность того, что могла покинуть и этот, и все остальные миры, и содрогнулась.
– Да. Уж не знаю, какой магией или припарками вытягивали тебя Эсприт, Аличка и ещё чёрт знает кто, но… ты дотянула. И вытянулась!