Сила закона
Шрифт:
Я попробовал эту «губку» кончиком ножа на прочность.
Она поддавалась, но очень уж неохотно. То ли нож оказался тупой, то ли материал «матраса» обладал какой-то феноменальной ножеусточивостью. Тогда я решил вырезать небольшой кусочек клинообразной формы, сделав несколько глубоких надрезов.
Хер там плавал!
В итоге мне пришлось приложить массу усилий, пилить, надавливать второй рукой сверху, плевать и материться. И все это ради того, чтобы за десять минут отковырять кусочек размером едва ли больше ногтя на моем мизинце.
Только вспотел, да жрать
Внимательное изучение кровати показало, что мне достался явно бэ-ушный экземпляр: местами эта «губка» была покрыта царапинами, неглубокими надрезами и даже следами зубов (!). Кое-где недоставало небольших фрагментов, вроде того, что удалось вырезать мне. В самую большую канавку я даже ухитрился почти целиком засунуть большой палец. Не знаю, кто и как сумел выскоблить или вырезать такой кусок, но респект ему и уважуха — тут явно не на один час работы!
Я забрался на кровать. Попробовал подпрыгнуть и дотянуться до края стены, но безуспешно: «губка» едва-едва пружинила, и амортизировала тоже так себе. Да и стена, похоже, оказалась несколько выше, чем мне думалось изначально.
Ладно, у меня в запасе имеется другой план-банан.
Я ухватился за край кровати и попробовал ее приподнять.
Не поддается.
Взялся поудобнее, расставил ноги пошире и рванул…
Суставы в плечах хрустнули, и левую руку пронзила острая боль. Слезы непроизвольно брызнули из глаз, и я опустился на колени, пытаясь отдышаться.
— Уборщик, ты дебил!
Теперь, когда я оказался внизу, то прекрасно видел, что металлические ножки кровати уходят прямо в бетон, которым был залит весь пол. Чтобы вырвать их оттуда, нужно что-то посильнее чем простое желание и не особо упитанный недосупергерой.
А еще я нашел валяющуюся под кроватью подушку.
Точнее то, что от нее осталось — это был фрагмент площадью примерно в две моих ладони, приставленных друг к другу, и толщиной в два пальца. Похоже, кто-то основательно над ней поработал, причем ножом — об этом явно говорили многочисленные царапины и следы надрезов.
Сделана она оказалась из того же материала, что и «матрас» кровати.
Это кому же настолько нечем было заняться, чтобы долгими часами нудно и бесцельно кромсать несчастную подушку? Зачем?!
Я лег на пол и посмотрел на кровать снизу.
«Дно» оказалось металлическим. И чем-то острым на нем была нацарапана корявая надпись: «БЕГИПОЛ».
Ну, хоть не «Поспи на мне», как на других предметах. Хотя, тогда в надписи был бы хоть какой-то смысл, а не это вот нагромождение букв.
Шифровка? Или просто кто-то не успел ее закончить? Тогда, это могло бы означать, например, «Беги Пол». Или «Беги через пол»?
«Бег и Пол»?
Понапишут тут всякие, а я потом голову ломай.
На этом кровать кончилась. Точнее, я изучил каждый ее квадратный сантиметр, и получил всю информацию, который мог дать этот бесхитростный предмет мебели.
Наступила очередь стола.
Точнее, «стола», потому что это был никакой даже и не стол, а просто бетонный куб примерно метр на метр и на метр, который выступал из
пола и был его частью.— Эй! У вас что, нормальной мебели не нашлось для важного гостя? Хоть бы скатерку какую постелили! — крикнул я в камеру.
Разумеется, мне никто не ответил.
Внимательно изучил этот «куб». У самого пола обнаружил выцарапанную на нем надпись. Крошечные корявые буковки, которые я даже и не заметил бы, если бы специально не искал что-то похожее: «КОЗ…». Остальные символы были тщательно затерты, так что разобрать их не было никакой возможности.
Хм. И к чему все эти сложности? Я знаю хорошее трехбуквенное слово, которое содержит в себе ту же самую информацию. И царапается оно при этом куда проще — там же все символы из одних прямых линий, без всяких кружочков и завитков.
Предметы, стоявшие на этой имитации стола, я решил оставить напоследок, и перешел к последнему предмету интерьера или к тому, что таковым казалось — к странному выступу у восточной стены. При самом первом рассмотрении, эта штуковина показалась мне совершенно непонятной херней, но раз уж я взялся за тщательное изучение комнаты, то придется заняться и ей.
Я подошел и присел рядом. Присмотрелся.
Внимательно изучил странный объект со всех сторон.
Потрогал. Постучал. Попробовал поскрести сперва кончиком ножа, потом ногтем.
В результате тщательного обследования ранее совершенно непонятная херня превратилась в херню очень даже понятную — это были ступеньки, сложенные из кубиков конструктора «Лего». Кубики эти оказались одинакового размера и твердости, и отличались лишь цветами. В основном это был темно-коричневый. Нашлось также несколько элементов желтого и серо-зеленого цвета, пара — грязно-белого и даже один совершенно прозрачный!
В этой странной «лесенке» оказалось три ступеньки высотой в две моих ладони каждая. Длина каждой ступени была примерно в ладонь, а ширина — вдвое больше.
Я попытался отодвинуть странную конструкцию от стены, но та никак не поддавалась, словно была к ней приклеена или вделана. Сами кубики худо-бедно, но можно было снять, поддев кончиком ножа прямо по стыку. Правда, разбирать лестницу я не стал — этот процесс оказался бы тоже весьма не быстрый и достаточно трудоемкий, потому что подогнаны фрагменты друг к другу были очень плотно.
Лестница, значит? Тогда где моя большая-пребольшая коробка с «Лего», чтобы я мог ее достроить под пристальными взорами моих тюремщиков-наблюдателей, что-то записывающих в толстые блокноты и деловито поправляющих очки на переносице?
Я хочу честно заслужить свой банан, или кусок сахара, или чем там у вас поощряют подопытных!
Стоп!
Кубики, бананы, видеокамера, странные предметы, большая кнопка и даже отсутствие хоть какой-нибудь одежды — все это напоминает лабораторию по изучению интеллекта всякого рода приматов. Только в роли подопытной обезьянки выступаю я, собственной персоной.
И это наталкивает меня на пятую версию творящегося вокруг бреда, которая с легкостью объяснила бы любые странности, что происходили со мной в последнее время.