Чтение онлайн

– Начинай, – скомандовал Бунин.

Я покосилась на Володю. Почему Роман здесь распоряжается? Бунин начальник техотдела, он должен был принести отчет об исследовании записи голоса, дать объяснения и уйти, а не вести допрос.

– Уже говорю, – засуетился горе-актер.

В день, когда случилось ДТП, Шнапси выступил в спектакле на сцене театра и побежал в «Ликси». Снимать парик с длинными седыми волосами, отцеплять бороду и переодеваться парень не стал. Зачем заморачиваться, если в клубе ему предстоит исполнить ту же роль, что и в театре? Артемьев, придумывая выступление для женщин, сильно не напрягался, он просто повторял роль в спектакле. Сначала появлялся в образе старика, охал,

ахал, хватался за поясницу, потом срывал с себя одежду и начинал петь и плясать. Зачем ему понадобился большой крест на толстой цепи? Костюм придумал режиссер и владелец театра, стриптизер с ним не спорил. Игорь был неверующим, он не считал кощунством кривляние перед публикой в таком виде. И потом, это же театр и клуб, насильно в зал никого не затаскивают, если вам неприятно, не посещайте подобные заведения. Таково мнение Шнапси, и, похоже, те, кто наслаждался выступлениями стриптизера, его разделяли.

Пару раз Артемьев, устав от акробатических па, ехал домой в сценической одежде и понял: кое-кто из пассажиров метро принимает его за церковнослужителя. Игорю уступали место, его не пинали в спину, видели крест на черной одежде и почтительно пропускали вперед. Шнапси сообразил, что длинная борода и парик усиливают эффект, но даже без них он вызывает у людей уважение. После того, как продавщица в супермаркете, обхамившая на глазах у Игоря несколько человек, тихо сказала ему: «Батюшка, не берите колбасу, у нее срок годности вышел», он понял, что грех не воспользоваться наивностью простого народа, полагавшего, что большой крест, надетый на длинный черный свитер, равен большому благочестию, и Игорь стал везде появляться в этом образе. Священником он себя не называл, да оно и не требовалось, люди сами принимали Шнапси за служителя церкви. И в тот день, когда Обжорин застрелился, танцовщик шел в «Ликси» с бородой и в седом парике.

Рабочий день давно закончился, прохожих не было, только по другой стороне улицы шагал какой-то мужик. Вскоре он решил перейти дорогу. И тут старые «Жигули», мирно припаркованные вдали, вдруг резко стартанули с места и понеслись вперед на огромной скорости. «Во дает металлолом, – подумал Шнапси, – ничего себе чешет, а на вид рухлядь».

Незнакомец как раз пересекал дорогу, он остановился. Проезжая часть широкая, никакого транспорта не было, развалюха легко могла объехать человека, который не метался туда-сюда, а мирно ждал, когда автомобиль проедет, но «девятка» врезалась прямо в пешехода.

Артемьев давно работает санитаром в морге, трупов он не боится, не раз видел жертв ДТП, но, согласитесь, одно дело, когда тело привозят к тебе на каталке, и совсем другое – самому наблюдать момент смерти. Шнапси стало дурно, но он быстро пришел в себя и приблизился к месту происшествия. Почему он не ушел? Несмотря на то что Игорь мог прибрать к рукам чужую собственность, давно стал циником и не испытывал ни малейшего неудобства от того, что пляшет голым с крестом на шее, он сохранил в душе немного доброты. Игорь подумал, что жертва может быть жива, ей, вероятно, нужна помощь. А еще тихий внутренний голос, которому он очень доверял, шепнул: «Погляди, чего там да как, сдается мне, тебе сегодня выпала козырная карта». Шнапси наклонился над жертвой. Опытному санитару хватило секунды, чтобы понять: перед ним мертвец.

«Теперь загляни в раздолбайку, – посоветовал все тот же голос. – Почему водитель не выходит? Он остановился, значит, удирать не собирается».

Шнапси постучал пальцем в стекло дверцы шофера.

– Эй! Ты как? Жив?

Ответа не последовало. Игорь открыл автомобиль и замер, он увидел мужика в окровавленной рубашке, пистолет, а рядом мобильный телефон… Виновник ДТП был жив. Шнапси обежал «девятку», распахнул пассажирскую дверцу, схватил трубку водителя, вызвал «Скорую» и хотел уйти. Игорь не собирался дожидаться докторов и рассказывать им о наезде. Времени до начала представления в «Ликси» было предостаточно, но Артемьев не имел ни малейшего желания тратить его на общение с полицейскими, которых непременно вызовут врачи. Но тут он услышал шепот:

– Батюшка,

отпустите грехи.

Шнапси понял, что водитель очнулся, принял его за священника, и поспешил успокоить мужика:

– Помощь уже едет, вас спасут.

– Нет, не надо, – тихо заговорил незнакомец. – Батюшка, отпустите мне грехи. Господь добр, раз вас сюда послал. Я очень виноват, я…

Шнапси замер. Ему не хотелось слушать чужую исповедь, он собирался уйти, но как покинуть того, кто посчитал тебя священником и сейчас кается? Игорь подлый человек, но у него не хватило окаянства на такой поступок, правда, он собрался объяснить водителю, что является актером, но тут убийца пешехода произнес: «Мне заплатили сто пятьдесят тысяч долларов…», и Шнапси превратился в слух.

Раненый говорил тихо, но внятно. Он рассказал, что сбил человека за деньги, а потом покончил с собой, так как смертельно болен, ужасный поступок он совершил не из корысти, а ради жены Лауры: та не должна жить в нищете. Рассказал про бандероль и ключ.

– Батюшка, отпустите мне грехи, – повторял шофер, – зайдите к моей жене, скажите, что я только ради нее… пусть ключ бережет… его бандеролью доставят. Банк называется «ОКНАМ», номер ячейки семь, паспорт… в сумке… адрес… мой…

Водитель всхлипнул и замолк, Шнапси понял: кающийся грешник скончался.

Ремонтная улица по-прежнему оставалась пустой, клиенты «Ликси» входят в клуб с заднего хода, а он выходит в Соснин переулок. «Скорой» не было ни видно, ни слышно. Игорь открыл сумку, лежащую на переднем сиденье, вынул из нее паспорт, быстро сфотографировал своим телефоном страницу с пропиской и ушел.

Артемьев умолк.

– Для вызова помощи вы воспользовались трубкой водителя? – уточнил Бунин. – Почему?

Игорь сдвинул брови.

– Мой сотовый отключили, деньги на счету закончились.

– Экстренные вызовы можно делать с нулевым балансом, – напомнила я.

– Ну… ну зачем со своего номера звонить? – признался Шнапси. – Еще вычислят его, пристанут с вопросами. Когда я уходить собрался, вспомнил, что трубку держал, подумал, полиция приедет, начнет все осматривать, забрал сотовый и выбросил его в отбросы на кухне клуба. На всякий случай перестраховался, не хотел неприятностей. Я решил съездить к жене мужика.

– Понятно, – глубокомысленно произнес Роман.

– Нет, нет, нет, – испугался Шнапси, – вы неверно думаете. Я не убийца. Народ считает, что санитарами в морге психи работают, некрофилы, маньяки, но это не так. Мы нормальные люди, просто там деньги платят, родственники покойных чаевые дают, и с мертвыми дело лучше иметь, чем с живыми. Я одно время в больнице служил, вот где нахлебался от пациентов, ни от кого хорошего слова не слышал, одну брань…

– Давайте вернемся к вашему посещению квартиры Кривоносовой, – остановила я причитания Шнапси.

– Сейчас все выложу, одну правду, ничего не скрою, – явно волнуясь, произнес стриптизер. – Водички не дадите? Во рту пересохло.

Костин протянул ему пластиковую бутылку.

Игорь сделал несколько глотков, вытер рот тыльной стороной ладони и продолжил каяться.

На тот вечер у Шнапси имелись большие планы. В своей квартире Артемьев очутился под утро, свалился в кровать, проспал до обеда, проснулся с жутким похмельем и промаялся до вечера, пытаясь прийти в себя с помощью испытанных народных средств. Ко вдове он отправился на следующий день около полудня.

Номера ее телефона Шнапси не знал, но подумал, что тетка, у которой позавчера погиб муж, должна лежать в кровати и рыдать. Но он ошибся, Лауры дома не оказалось. Игорь постоял на лестнице, потом решил заявиться завтра. На следующий день в районе одиннадцати утра Игорь опять очутился в подъезде, хотел позвонить в дверь и увидел, что она не заперта.

Артемьев тихо вошел внутрь и спросил:

– Ау, хозяйка! Вы тут?

Никто не ответил, Шнапси заглянул в комнату. Он не собирался убивать Лауру, у него был вполне мирный план. Он предполагал сказать хозяйке: «Я в курсе, что ваш муж совершил наезд за деньги, давайте мне сто тысяч, и никто правду не узнает».