Шоко Лад и Я
Шрифт:
«Девушка…» не слишком процветает, иногда даже не удается раздать все экземпляры. Льюис стал главным редактором всего несколько недель назад. Его считают той самой новой метлой, что выметет весь сор и изменит положение к лучшему. Или же без сожаления уволит всех, если ситуация окажется совсем безнадежной. В любом случае Льюис выглядит в меру жестким и строгим, а на такой должности подобные качества просто необходимы. Что еще можно о нем сказать? Не слишком многословен и относится к тем мужчинам, которым стоит лишь прищурить глаза, и взгляд их скажет больше, чем тысяча слов.
Хотя, признаюсь, Льюис невероятно сексуален. Если закрыть глаза, он покажется просто копией Джорджа Клуни (из «Скорой помощи» или ремикса «Одиннадцать друзей Оушена» — не на простофилю из фильма, на который ни один из моих знакомых так и не пошел). Если же зажмуриться сильно-сильно, можно обнаружить небольшое сходство и с Брэдом Питтом.
Стоп, проклятые гормоны! Один раз я уже была увлечена ужасным и неподходящим мужчиной, именно из-за него на меня и навалились все мои проблемы.
Однако поскольку Льюис не сказал мне ни слова за все время работы здесь — наверное, он даже не знает до сих пор моего имени, — полагаю, я в полной безопасности. Хотя бы в этом отношении.
— На кого ты так шипела, Эми?
— Что, простите? — Я была просто поражена тем, что Льюис заговорил со мной. Да еще и мое имя произнес. А много ли он успел услышать из того злосчастного разговора, когда появился несколько минут назад?
— Я спросил, на кого ты так шипела, — повторил он, все еще не поднимая глаз.
— Хм… да так, ни на кого. На сестру, — солгала я. Ведь не могу же я рассказать ему правду? Что Мэри на самом деле — мой агент. С какой стати у самого незначительного в офисе человека есть собственный агент?
— Мэри — приятное, немного старомодное имя, — сказал он без малейшей теплоты в голосе. — Надеюсь, ты повесила трубку не из-за меня?
Черт, как много из разговора он все-таки услышал?
— Нет-нет, — выпалила я, — мы… э-э-э… уже закончили. Да, именно… закончили.
— Хорошо, поскольку я как раз хотел с тобой поговорить.
Интересно — о чем? Я огляделась вокруг, чтобы убедиться — Льюис обращается именно ко мне и здесь нет другой Эми, о существовании которой я раньше не подозревала.
Он свалил письма обратно в ящик и быстрым шагом преодолел небольшое расстояние до моего рабочего места. А затем присел на край стола, небрежно свесив ногу. Я уставилась на дырокол — наверняка он оставит отпечаток на его упругих ягодицах. Представляю, как…
Господи, прекрати, Эми! Сейчас не время и не место для фантазий.
Взгляд карих глаз скользнул по мне. Удивительно, какие у Льюиса огромные и влажные глаза, когда он не прищуривает их в своей обычной манере.
— Итак, полагаешь, мы можем спасти его? — поинтересовался он.
— Спасти кого? — тупо переспросила я.
— Наш журнал «Девушка на работе».
Проклятие! Вопрос действительно непростой. «Девушка на работе» — ерундовая вещь. Даже хуже, чем все бесплатные издания такого рода, вместе взятые. Учитывая все вышесказанное, единственным возможным ответом было: «По правде сказать, Льюис, думаю, у нас больше шансов спасти дурацкого рядового Райана».
Но почему-то
я этого не произнесла, а выдавила следующее:— Хм… э-э-э… Я не… хм… не уверена. — Мои слова походили на идиотское бормотание.
— Очень жаль, — сказал он, — а я-то думал, ты идеально подходишь. И уже собирался попросить тебя кое о чем.
Я снова огляделась по сторонам, ведь не может же Льюис действительно говорить обо мне.
— Ты секретарша, верно? — пояснил он. — То есть девушка, для которой подобный журнал может представлять определенный интерес. Я правильно понимаю или нет?
Льюис выжидательно посмотрел на меня, и его карие глаза казались еще более огромными и влажными. Черт, что же делать? Он ожидал ответа, и необходимо было как можно скорее сказать что-нибудь. И лучше нечто более осмысленное, чем предыдущее «находчивое» замечание.
— Хм… ну… думаю… что… хм… — Да, блестяще удалось, ничего не скажешь. — Думаю, будет… хм…
— Да-да? — Он попытался ободрить меня, хотя в его голосе прозвучали нетерпеливые нотки. Ему, вероятно, предстояло заняться более полезными вещами — например, поухаживать за цветком, стоявшим в его кабинете.
— Ну… полагаю, неплохо, если бы в журнале были вещи… Хм… ну, знаете… которые можно почитать.
Он непонимающе уставился на меня — скорее всего уже успел забыть свой вопрос. Нужно срочно придумать что-нибудь, только бы не выглядеть полной идиоткой.
— Статьи, Льюис, — затараторила я, — они немного… понимаете… идиотские. Просто чушь.
Ну и зачем я это сказала? Мое лицо горело, как раскаленная газовая плитка, когда я поняла, какую глупость сморозила. Ведь Льюис работает главным редактором, то есть именно он отвечает за… Ну да, за содержание статей. Начальник пристально посмотрел на меня, его глаза сузились, и он медленно произнес:
— Крайне любопытное замечание.
— Э-э-э… правда? — спросила я тупо, мысленно ругая себя за то, что умудрилась начать предложение с «э-э-э».
— Да, конечно. Чего нам как раз не хватает, так это непредвзятой и небанальной точки зрения. Послушай, я уже давно хотел попросить тебя кое о чем.
Льюис вертел в руках степлер и совсем не смотрел на меня. Чувствуя себя немного не в своей тарелке, он принялся неловко ерзать на моем столе, что, должна сказать, показалось мне необычайно сексуальным.
— Я не слишком искушен в подобных вещах, — продолжил он, — поэтому обойдусь без лишних слов. Не могла бы ты пойти… — Он сделал паузу.
Пойти куда? На ленч? На ужин? К черту? Куда именно? Я действительно хотела узнать, ведь умоляющее выражение в глазах Льюиса давало основание надеяться — к черту меня не пошлют. Но он не закончил фразы — раздался звонок дурацкого мобильного телефона.
Льюис полез в карман пиджака и вынул аппарат:
— Привет… да… Привет, Роз.
Кто такая Роз?
Соскользнув со стола и отвернувшись от меня, он продолжил разговор приглушенным голосом. Сразу же дав понять тем самым, кем именно ему приходится мерзкая Роз. Как мне вообще могло прийти в голову, будто он собирается пригласить меня куда-нибудь? Мечтай больше, Эми.