Чтение онлайн

Я хотела вырваться, скрыться. Я чувствовала, как слабеют тиски, удерживающие меня. Я была рада уйти. Я хотела уйти, но последние слова: 'Аврора, пожалуйста...'. В них было столько тоски, столько боли. Я почувствовала, что скрывалось за ними: меня выбрали, ждали очень долго. Меня боялись потерять и скорбели обо мне. В этом я не сомневалась. По-настоящему. Меня никогда и никто так не желал видеть, как обладатель этого голоса. Он умолял меня так, словно от этого зависела чья-то жизнь. Меня никогда никто не умолял. Я никогда и ни для кого не значила и сотой доли того, что значила сейчас для этого просящего.

И эта не была ложь, не была иллюзия,

потому что я хотела быть нужной. Нет! Здесь, в этом месте лгать невозможно. Здесь ничего нельзя подделать. Здесь сохраняется истинность помыслов. Я просто знала это. Как и то, что хочу прийти на зов. Пусть это станет моей самой большой ошибкой, но сейчас я хотела уйти и быть рядом с тем, кто так долго искал меня.

Я рванулась, было, но голоса больше не было. Я осталась одна в этой пустоте. Он больше не мог меня звать. Я испугалась, заметалась. Испугалась за него, что его голос сейчас страдает, когда я прохлаждаюсь здесь. Я должна быть рядом с ним всегда. Я просто должна и все!

Внутренняя уверенность, как чувство чужого взгляда на затылке, указала путь. Я знала, что голос, а точнее его обладатель, что-то сделал, дал мне что-то свое, и пусть сейчас я ничего не понимала, но мысленно велела этому чему-то идти к хозяину. А сама пошла следом. Нарастающий холод, ощущение ветра на коже, когда кожи на самом деле нет, говорили мне, что я иду в верном направлении.

Хотя, по сути, я никуда не шла. У меня ничего не было. Просто в какой-то момент пустота вокруг пропала. Зато появилось ощущение сна, будто я выныриваю из него, как из воды. Тот, кто звал, был совсем рядом, и еще я знала, что ему больно, очень больно. Его сердце плакало, его душа лишилась части себя. Его разум сломлен.

Еще один мысленный приказ неведомой силе вокруг меня и внутри меня. Я велела части его существа, его подарку возвращаться домой. Выброс энергии, затем еще и еще. Я посылала силу к тому, кто сейчас страдал по моей вине. Отдавала все, что было отдано, но лишь часть из этого проходила какую-то неведомую преграду и попадала к прежнему хозяину, ничтожная часть. Остальное возвращалось ко мне. Проникало в меня.

Наконец, я почувствовала внутри приятный трепет. И поняла, что обладатель мольбы получил мое лекарство. Ему стало легче, боль отступила.

А я продолжала спешить. К нему, теперь только к нему. Чтобы быть всегда рядом, чтобы больше не допустить его боли.

Не знаю, сколько я так брела в пустоте, ориентируясь на слабый внутренний голос, ощущение его приближения. Но, в конце концов, я словно налетела на мягкую стену. Невидимая, зато хорошо ощутимая преграда сдавалась под моей волей с большим трудом. Но я рвалась к нему, хотя он уже и не ждал меня. Что-то говорило мне, что меня уже никто не ждет, что я уже не имею права вернуться. Что я упустила возможность или время на возращение. Но... его боль, я чувствовала его страдания лучше собственных мучений. А потому мое желание было сильнее правил и законов.

Я должна быть рядом с ним всегда!

И снова забвение. Я перестала мыслить. А значит, перестала и существовать.

Тяжесть собственных костей, собственной плоти, вязкой крови. Как же они мне мешали. Пропало чувство легкости и полета во мгле. Теперь я лежала на дне этой мглы, придавленная собственным телом.

С трудом удалось повернуть голову, совсем немного, чтобы понять, что вокруг меня было что-то тяжелое, рыхлое, теплое и влажное одновременно. Подвигала пальцами и поняла, что и под ними нечто мягкое и влажное. Что-то

мне это напомнило, но что именно?

Попыталась поднять руку. С трудом, но получилось. Рука вырвалась на свободу. Еще несколько рывков, ноющих от усталости мышц. Хруст суставов и позвоночника, но мне удалось... сесть.

Я сидела в небольшом бассейне. Уверена, что когда-то это был именно бассейн. Только сейчас он был до краев заполнен влажной рыхлой землей. Я была полностью закопана в чернозем. Не слишком глубоко - хватило поднять руку, чтобы выбраться. Но сам факт в том, что я была закопана полностью.

Деревянная дверь в темном углу большого зала приоткрылась, тихо скрипнув. В проеме показался Амадей. Он был в тонких льняных брюках и такой же тонкой простой футболке. Волосы растрепаны и колтунами спадали на ссутуленные плечи. Он очень устал. Это первое и главное, что я поняла.

Он внимательно всмотрелся в мои глаза. Его лицо ничего не выражало. Он сделал ко мне пару широких шагов и замер, словно чего-то ожидая или опасаясь. Я медленно поднялась. Ноги, да и тело в целом, слушались плохо. Забралась на бортик бассейна. Амадей молча выставил руку. Не протянул мне, чтобы помочь, а именно выставил, прижав локоть к своему корпусу, ладонью вверх. Словно бы просто предложил саму возможность на нее опереться. Я спрыгнула с бортика, едва не упала и подошла к нему.

Заглянула в потухшие зеленые омуты и решительно вложила свою руку в его застывшие пальцы. Он моментально притянул к себе, поддержал за талию и я почувствовала, что больше не опираюсь на свои ноги. Большая часть моего веса удерживается вампиром. И тогда же я поняла, что в земле я была обнаженной. Он прижимал меня к своей светлой одежде, а на ней оставались серые следы от моей грязной кожи. Но отстраниться я даже не думала. Зачем?

Амадей молча повернулся к бассейну с землей. Вытянул вперед левую руку. Земля заискрилась. Пара секунд ожидания, и вампир с силой сжал кулак. Повинуясь его воле, земля из плодородной, полноценной земли превратилась в тонкий слой праха на самом дне бассейна. Я не удивилась. Этот вампир может все!

Он перевел на меня усталый взгляд. Я внимательно следила за ним. По его лицу я не могла понять, чего он хочет, рад ли меня видеть, что мне нужно сделать? Поэтому просто смотрела на него.

– Здравствуй, моя бесценная Рокто! Соболезную твоей смерти. И с днем возрождения! А еще спасибо тебе!

Я улыбнулась.

– Вам не за что благодарить, я не могла не прийти! Просто не могла!

Он устало и как-то печально кивнул.

– Вы сказали, 'пожалуйста'...
– тихо заметила я.

Он только крепче прижал меня к себе и пристальнее всмотрелся в глаза, будто что-то в них искал... И не нашел... загоревшийся было огонек в глубине его зеленых глаз быстро потух. Они снова стали безжизненными, опустошенными.

Он глубоко вздохнул, словно бы решаясь на что-то. Прикрыл тонкие веки и выдохнул:

– Кто я для тебя?

Я задумалась. Кто он?

– Амадей. Вампир. И...
– я не знала, какое слово подобрать, чтобы определить то, что он сделал.
– Я не знаю, как это называется, - тихо призналась я наконец.

Он открыл глаза. В них не было ничего.

– Может быть, ты хочешь сказать «Создатель»?
– предложил он.
– Ведь я сделал из тебя вампира.

Я задумалась. Это было не совсем то, что я хотела сказать. Не то, что хотела описать. Но раз он так говорит.

– Да, вы мой Создатель, - подтвердила я.