Чтение онлайн

Может получиться красивая легенда.

Тут, неожиданно, снасти закончились, и он влез на марс.

Там уже стояла раскрасневшаяся девушка. На него она не смотрела, смотрела только на горизонт и водную гладь.

– Это. Просто. Восхитительно! – закричала София матросу, заметив, что тот уже поднялся.

Правда очень страшно! – добавила она про себя, стараясь не смотреть вниз.

С марса открывался вид на бесконечный океан. Солнечные лучи падали на воду, и она переливалась, становясь похожей на драгоценный камень.

Сейчас, стоя на возвышении, понимаешь, какой маленький ты и корабль по сравнению со всем

этим водным миром, раскинувшемся вдали. Тебя придавливает чувство величия и собственной никчемности, гордости и ничтожности. Это восхищает.

Томас наблюдал такую картину, сколько себя помнил, поэтому он разглядывал Софию, подмечая как блестят ее глаза, как судорожно сжимают руки крепления, чтобы не упасть, как приоткрыты ее губы в немом изумлении. Это восхищало его.

Красиво.

Время приближалось к двум, а это значило, что скоро будут выползать любопытные, незанятые ничем, кроме своего собственного безделья, матросы.

– Надо спускаться, пока не собрался народ, – тронул девушку Томас за плечо. Та поспешно кивнула, солнце пекло нещадно.

Со спуском из-за платья возникли куда большие проблемы, чем при подъеме, и хоть София, как выяснилось, почти не боялась высоты, она наотрез отказалась спускаться, рискуя запнуться об подол и быть расплющенной. Томас начал тихо закипать. Он никогда не выражал свою ярость открыто, мог позволить себе лишь несколько резких слов.

– Давай сделаем так… – сухо прервал восклицания девушки он и опустился на колени, не забывая придерживать себя одной рукой, доставая нож. Нож Томаса был маленький, размером с ладонь, и находился в ножнах, болтающихся на шнурке у него на шее. Этот нож парню подарила его мама, и он с ним никогда не расставался. Несколько простых махинаций, и платье Софии было укорочено до колен. Девушка ойкнула, округлив глаза – это нарушало все приличия.

– Нам лучше спуститься побыстрее, иначе это могут увидеть все. – начал спуск первым Томас.

В рекордно быстрые сроки они оказались на палубе, и Софию моментально сдуло с нее.

– А теперь куда? – снова поинтересовался мальчик, держа в руках какой-то клубок из веревок.

– Это…эээ…, – оторвался от своего узла Томас, разглядывая кракозябру Юстаса. – Так, сейчас, подожди, – забрал парень веревку мальчика, как-то хитро продевая один ее конец через какую-то петлю. Секунда, и вот уже в руках у молодого матроса точно такой же узел, какой и должен быть.

– Теперь просунь вот эту петельку в эту побольше, – отдал Томас мальчику его творение и продолжил объяснение, – а потом затяни. Получилось?… Вот, молодец! Настоящий моряк.

– Для чего же нужен такой хитрый узел? – подала голос, все это время наблюдавшая за ними девушка.

– Чтобы не упасть! – восторженно проголосил Юстас, направляясь к борту, а София перевела удивленный взгляд на Томаса.

– Покрытая водой часть корпуса со временем покрывается наростом из раковин, – пояснил тот. – Таким узлом крепится чистильщик к кораблю.

Подавшись вперед, девушка ухватила за руку Юстаса, собиравшегося было перелезть через борт.

– Вы что, собираетесь сейчас прыгать?!

– А почему нет? – равнодушно пожал плечами Томас, подходя к ней. – Погода хорошая, волн больших нет, длину веревки я рассчитал. – С этими словами парень легко перемахнул через перила, устремляясь вниз.

Юстас,

наконец-то освободившийся от хватки сестры и одаривший ее полным презрения взглядом, прыгнул вслед за молодым матросом, радостно взвизгнув. С губ девушки тоже сорвался негромкий крик, но то был крик не радости, а страха. Однако, перегнувшись через борт, София увидела их, радостно болтающих ногами над водной гладью.

Правда спустя секунду какая-то особенно высокая волна окатила и Томаса, и Юстаса с ног до головы, но это только прибавило энтузиазма мальчику.

– Видишь это? – тем временем, отплевываясь от соленой воды, указал парень Юстасу внизу на какую-то непонятную штучку, напоминающую нераскрывшийся бутон ландыша. – Это морская уточка.

– Уточка? – рассмеялся мальчик. – Хочешь сказать, что она живая?

– О да, – усмехнулся Томас в ответ. – Испанцы даже считают ее деликатесом.

Юстас неохотно поверил этому.

– Накупались? – раздался сверху голос Софии, и Томас, подняв голову, смог увидеть ее лицо, ее карие глаза, расширившиеся от страха за них.

– Поднимаемся, – решил парень и, не обращая внимания на канюченье Юстаса, забрался сначала сам, а потом вытянул и мальчика.

И вот спустя время они оба стояли рядом друг с другом на палубе мокрые-премокрые, но Юстас выглядел очень счастливым, так что вскоре заулыбалась и София.

– Даже не пытайся повторить это без меня. – неожиданно произнес Томас, безошибочно угадывая натуру мальчика. – Завтра я научу тебя пользоваться лагом, а вечером покажу звезды.

– А мы полезем на марс? Я тоже хочу это сделать, как и Софа.

Парень глубоко вздохнул, чуть прикрыл глаза, а потом все же произнес.

– Хорошо, посмотрим звезды на марсе.

Юстас захлопал в ладоши.

– Я бы тоже этого хотела, – чуть застенчиво произнесла девушка.

Время давно перевалило уже за полдень, сгущались сумерки, и молодой матрос, коротко простившись, заступил на свою ночную вахту.

Время перед рассветом. Море начало волноваться, качка усилилась, но до бури было еще далеко.

Томас возвращался с ночной восьмичасовой вахты. Усталый и измотанный он посмотрел на краснеющий горизонт, грустно хмыкнул и двинулся дальше к кубрику, мечтая, как можно быстрее забыться сном.

На верхнюю палубу тем временем поднялась хрупкая девичья фигурка в нежно-розовом легком платье. Волосы ее колыхались на ветру, а края подола выписывали слабые волны.

Софии не спалось. Накануне вечером она выдержала достаточно жесткий разговор с отцом и всю вахту Томаса ждала человека, которому можно выговориться.

Сейчас же этот человек поспешно удирал вниз в недра корабля на манящий гамак.

– Томас! – окликнула его девушка, пресекая всякую его попытку скрыться.

Юноша замер, а затем медленно обернулся в поисках источника звука. Заметив девушку, он расслабил напряженные плечи и лениво (а может быть вяло и сонно) подошел к ней.

– Не спишь, – констатировал факт он, зевая. – Зря.

– Бессонница… – отойдя от дверей и оглянувшись в поисках других бодрствующих, София просто уселась на доски на палубе, скрестив по-турецки ноги, что в платье выглядело довольно комично, но парень даже не обратил на это внимания.