Шепот звезд. Кадет
Шрифт:
Переглянувшись кадеты согласно кивнули и скрылись в своей комнате.
– А он вроде неплохой, - заметил Лис, пропуская вперед Орвара и закрывая за собой дверь в комнату. – Этот Тормунд. Похоже твоими стараниями мы заполучили одного весьма влиятельного здесь союзника.
– В каком смысле «моими стараниями»? – роясь в сумке в поисках сменного белья спросил северянин, бросив на Лисара настороженный взгляд.
– Не бери в голову, - уклонился от ответа Лис, и запустив руку в карман брюк вытащил серебряный лир. – Кто первый в душ? – спросил он, подбрасывая в ладони монетку.
– Я! – быстрым движением перехватывая у него блестящий кругляшок прошипел Орв. – И без возражений!
Оттолкнув все еще стоявшего на пороге Лиса северянин вышел из комнаты.
– И чего так злиться? – проводив его насмешливым взглядом в пустоту комнаты произнес Лисар. – Ну и как мне с ним уживаться, таким вспыльчивым?
***
– Что скажешь о новеньких, которых принимал сегодня? – декан военно-космического отделения дризорской
Тормунд чуть заметно улыбнулся. За окном уже стояла глубокая ночь, он только недавно спровадил Лисара и Орвара в их «апартаменты», и почти сразу же был вызван к господину Шургу.
– Если Вы о Лисаре и Орваре, то ребятки производят приятное впечатление, - ответил он немного подумав. – Один из них правда слишком спесив, но думаю это ненадолго, старшие кадеты быстро уму-разуму научат, если гонору не поубавит.
«Он видимо об Орваре сейчас», - догадался Хадари, вспомнив светловолосого отреченного из семьи Вестаров.
– А вот второй, Лисар, совсем другой, - продолжал между тем Тормунд. – Очень спокойный и обходительный, вежливый такой аж до зубовного скрежета. Да только вот не нравится мне он, что-то есть в этом парне такое, что мне покоя не дает, а вот что именно понять не могу. Вроде бы все с ним хорошо, а как гляну на него, так внутри душа переворачивается от плохого предчувствия. Думаю, этот парень будет даже похлеще того паршивца Рэйста, что мне столько крови попортил.
– Этот паршивец Рэйст сейчас гордость нашей Академии, - напомнил ему Шург. – И о нем, помнится, ты тоже не совсем лестно отзывался.
– Так Рэйст-то обычным хулиганьем был, - возразил декану комендант. – Я его хотя бы понять мог и выходки все его тоже. Ну скучно парню было у нас, вот он и чудил, причем вполне достаточно невинно. Ну и что, что уши мне в зеленый цвет красил да девок без счету водил? Дело молодое, а перебеситься негде. Вот Лисар совсем из другого теста. Вы взгляд его видели? Холодный, изучающий, будто не на человека смотрит, а информацию с монитора считывает. Человек с такими глазами не сможет жить долго в мире и согласии с окружающими, да и люди таких не любят, предпочитая их ломать и уничтожать. Но Лисар не сломается, эльфская порода такая, и потому даже страшно представить, что начнется, когда он сам научится ломать других.
– Не драматизируй, - поморщился Хадари на столь пространный монолог Тормунда. – Это же обычный подросток, а не Темный Властелин. Скажи, а кто из них двоих главный?
– Безусловно, Лисар, - убежденно рубанул Тормунд. – Второй может и кичливый сверх меры, но видно, что верховодит в их парочке Лисар. Когда они со мной впервые встретились, Орвар так и пылал недовольством насчет того бардака, куда их поселили, но стоило второму на него шикнуть, так сразу умолк и за все время моего с ним разговора ни разу нас не прервал, хотя намерения закатить скандал четко были у него на лице написаны. Да и по другим мелочам заметно, что этот северянин прислушивается к приятелю и решающий голос именно у последнего. Как Лисар скажет, так и будет.
Хадари хмыкнул: в принципе он так и предполагал, несмотря на видимое спокойствие не производил Лисар впечатления ведомого, не тот склад ума и характера. Но вот как он смог подчинить себе норовистого северянина из богатой и древней семьи, который с детства привык на всех смотреть свысока, вызывало любопытство. Впрочем, не это было сейчас важным. Как бы то ни было, но Шург вполне разделял опасения Тормунда насчет этого эльфеныша, с такими глазами и с такой наследственностью Лисару спокойно в Академии жить не дадут: орки и гномы за версту будут чуять вражескую кровь, на подсознательном уровне, да тот же Тормунд отличный пример. С этим ничего не поделать – у них Академия, а не детский сад с мамками няньками, что каждый шаг контролирую и не дают дитятку убиться. А значит не за горами различные разборки как вследствие обычных расовых предрассудков, так и банальной зависти к чужим успехам. Только теперь декан военно-космического отделения начал понимать, зачем ректору понадобилось запихивать Лисара в общежитие летного корпуса, по крайней мере здесь, среди магически ограниченных пилотов-кадетов, он будет хоть в относительной безопасности.
– Тормунд, - внимательно выслушав краткий доклад смотрителя обратился к нему Шург. – Этот парень в будущем может затмить нашего Рэйста, а потому у меня к тебе личная просьба – присматривай за Лисаром в оба глаза. Можешь идти.
Гном вздохнул, кивнул в знак того, что приказ принят и степенно поклонившись быстрым шагом удалился из кабинета, оставив декана в самых мрачных раздумьях.
***
Ранее утро. Тринадцатилетний Лис в очередной раз просыпается в отцовском кабинете в его любимом старом кресле. Наверное, он снова заснул за книгой, а мама не стала его будить понапрасну. Лис продирает глаза и сонно осматривается вокруг, не сразу понимая где он. Папин кабинет погружен в уютную полутьму, сквозь предутренние сумерки неясно видны очертания мебели, в не полностью занавешенное окно льется мертвенно-серый свет, делая обстановку и вовсе нереальной, словно застывшей между сном и явью. С облюбованного места Лисару хорошо виден небольшой кусочек неба, уже заалевший зарей на востоке, и бледнеющую щербатую луну с припозднившимися гаснущими звездами. Немного полюбовавшись на утреннее небо мальчик, наконец, решает вставать и постанывая от миллионов пронзивших занемевшее тело невидимых иголочек поднимается со скрипучего кресла. Осторожно ступая по старым половицам чтобы не шуметь Лис тихо пробирается в свою комнату, но на полпути испуганно замирает от звука поворачиваемого ключа в замке входной двери. «Папа!» - шестым чувством понимает Лисар и быстро шмыгнув за угол замирает в радостном предвкушении. Ему уже не важно, что он может разбудить маму, всегда чутко спавшую, ведь куда приятнее с разбега кинуться на шею только что приехавшему из долгой командировки любимому отцу и услышать радостный папин смех, по которому он так соскучился за две недели! Да и мама не будет слишком сильно злиться, ведь нужно будет кормить уставшего и голодного папу, готовить ему ванну и рассказывать последние новости. Замок щелкнул с оглушительным в тишине звуком, заставив Лиса вздрогнуть от неожиданности, дверь тихо открылась и также тихо закрылась, послышался звук упавшей на пол сумки с вещами. Проходит минута, вторая, а отец все еще стоит на пороге, Лис слышит его частое дыхание. Не в силах сдержать любопытство мальчик осторожно выглядывает из-за угла…
Лисар резко открыл глаза, стараясь как можно скорее вырваться из стальных тисков ночного кошмара, не желая видеть последнюю сцену из сна…Но все напрасно – последний кадр видения намертво отпечатался в памяти и все еще стоял перед глазами. Парень вздохнул и резким рывком спрыгнул со второго яруса кровати, разом сбрасывая с себя остатки сна и привычную утреннюю лень. Ему не нужно было смотреть на круглые новенькие механические часы, вчера совместными с Орваром усилиями купленные и повешенные на стену, врожденное чувство времени подсказало Лису, что уже около пяти часов утра, а значит настало время утренней пробежки. Тихо передвигаясь по комнате, чтобы ненароком не разбудить сладко спящего соседа Лисар быстро оделся, нашел в своей тумбочке плейер с наушниками и вышел в коридор, аккуратно закрыв дверь.
Лис еще вчера заметил небольшой парк недалеко от здания общежития целителей, куда и направился сейчас. Кровь эльфа требовала хоть иногда отрываться от каменных джунглей и в летний период года хотя бы на несколько дней выгоняла Лисара на природу, в самые медвежьи уголки Империи. Благодаря развитой транспортной системе Империи можно было в любое время в любом месте попасть куда угодно за короткое время. Даже, казалось бы, из самых глухих районов страны можно было без труда добраться до столицы за несколько часов, чем его семья частенько и пользовалась раза три-четыре в год вылезая на природу, благо людьми они были обеспеченными и средства позволяли путешествовать без особых неудобств. Лис объездил с родителями почти всю Империю от Степных княжеств на востоке страны до Алессии на западе, когда-то звавшейся Забытой Пустынью, а ныне носившая название Озерного края. Хвойный парк возле общежития целителей как раз напоминал Лисару полюбившиеся ему хвойные леса Озерного края, где он в последний раз отдыхал с родителями незадолго до их смерти. Запах хвои, стройные ели и сосны, переливчатые трели птиц радовали эльфийскую часть Лисара и приносили успокоение его душе, взбудораженной недавним сном. Родители редко снились молодому человеку, а если и снились, то Лис обычно не помнил этих снов, только чувство легкой грусти и нежности, если к нему во сне приходила мать, и чувство защищенности, если ему снился отец. Но сегодняшний сон отличался от прежних – это был даже не сон, а воспоминание из детства, полузабытое и пугающее. Лис тряхнул головой, выбрасывая лишние мысли из головы, достал из кармана плейер, надел наушники и легким бегом зашел на первый круг.
Мелодичные переливы эльфийской музыки и нежный голос певицы не могли заглушить мысли, то и дело возвращавшиеся к сегодняшнему сну. Лисар отчетливо помнил кровь на одежде отца, его тяжелую поступь, когда тот шел в ванную, взволнованный голос матери, их приглушенный особым заклинанием разговор на повышенных тонах и слезы мамы. Это было за несколько месяцев до той странной аварии, что унесла жизни родителей. Лис тормознул на одиннадцатом круге и снял наушники. Парк постепенно просыпался, птичьи трели грели эльфийскую душу, а ветер приятно охлаждал разгоряченную бегом кожу и приводил в порядок мысли, надоедливыми муравьями снующие внутри черепа. Учитель Сейджи так и не раскрыл правду о том несчастном случае с родителями, отделавшись словами, что Лисар сам узнает все в свое время, а пока пусть учится и наслаждается студенческой жизнью, чем парня очень огорчил. Но затевать ссору с приемным отцом (а он таковым его считал несмотря на то, что тот юридически уже не имел к Лису никакого отношения) молодой человек не стал, однако зарубку в памяти сделал. «Надо хорошо подружиться с кем-нибудь из Стражи или Особого отдела, - думал Лисар, делая еще кружок по парку прогулочным шагом. – Если не получится, тогда с кем-то настолько влиятельным, кто сможет посодействовать в этом вопросе и кому не посмеют отказать. А для этого надо стать пилотом и войти в элиту. Учитель Сейджи дал ясно понять, что прошлое он вспоминать не собирается. То есть и дедушка Арлиг его в этом поддержит, сомнений нет. Значит надо набраться терпения». Вот чего-чего, а терпения ему не занимать. Принятое решение скинуло с души пару увесистых камней, и повеселевший Лис свернул с парковой дорожки в сторону общежития летного корпуса.