Шах и мат
Шрифт:
– Полиция, войска…
Человек в синей блузе показывает вдаль. И снова видно, как войска переходят на сторону мятежников, как красные знамена
– Да здравствует освобожденный пролетариат!..
И снова идут колонны людей под красными флагами, миллионы людей шагают, как один человек, единым вздохом вздымается грудь миллионов, среди них женщины и дети, много детей, и видно, как сияют их лица.
Хорлэй стискивает зубы во сне, сжимает кулаки и – просыпается в холодном поту.
Он облегченно вздыхает:
– Это был только сон.
И, стиснув зубы, говорит самому себе:
– Мы будем бороться. Миллионы долларов на мировой фашизм, доллары, оружие и люди. Мы будем…
Слова
застывают на его губах: прямо перед собой он видит фигуру сидящего человека в синей блузе, тот самого человека из сна. Хорлэй цепенеет, потом думает: «Я еще сплю?»Он пристально глядит на широкоплечего человека, сидящего у изголовья, и осторожно щиплет себя за руку. Руке больно. Тогда быстрым движением мистер Хорлэй лезет в ночной столик, в руке у него револьвер, небольшой парабеллум, он вскидывает его, целясь в неизвестного человека, и щелкает курком. Ни звука. Курок снова щелкает. Снова ни звука.
В этот момент человек в синей блузе говорит спокойным голосом:
– Револьвер разряжен, мистер Хорлэй.
– Проклятие!
Парабеллум летит на пол, ударяясь со стуком об инкрустированный перламутром ночной столик.
Конец ознакомительного фрагмента.