Чтение онлайн

Мелодраматического представления не хотелось в принципе. У самой непонятная мелодрама вырисовалась. Причем — неизвестно с каким окончанием. Серьезного ничего тоже смотреть желания не было. Вот и получалось…

— Жень, наше делопроизводство, что, замуж собралось? — данного вопроса Ритка уже не слышала. Прозвучал тот в кадрах, куда следом за кадровичкой, «просочился» Алексеев.

— А что ты у меня-то спрашиваешь? — не поняла та, в неподдельном удивлении воззрившись на нежданного визитёра. — Ты у нее там полдня простоял. Чего не спросил?

— У нее спросишь, — не понимал он характера Коташовой от слова совсем. Вот на столько «вежливо» его ко всем чертям до сих пор

не посылали. — Вы же кадры, должны же знать… — выдал он со всей серьезностью.

— Вадик, один нюанс: мы не ЗАГС, ты немного не по адресу, — отозвалась Сергун, сосредотачиваясь на работе и тем самым давая понять визитеру, что разговор окончен.

Вообще, по мнению определенного круга лиц данного учреждения, два подразделения здесь друг друга стоили: делопроизводство и кадровики. Вот куда лишний раз заходить особо не стремились и желания не возникало…

чуть позже

1

Санкт-Петербург. Личная жизнь… Завершился еще один ее этап. К этому давно всё шло. И, в то же время, понимая это, не мог просто взять и разом разорвать все отношения… Как оказалось, непросто одним махом перечеркнуть десять лет… Но и дальше так продолжаться не могло… Всё чаще ловил себя на мысли, что лжет не только самому себе, но и… человечку, от которого надеется дождаться доверия. Вот тут следовало начать с себя. Если, конечно, на данный счет, имелись какие-то серьезные планы… А они, не смотря на все сомнения и даже в какой-то степени страхи, имелись. И, причем, вполне серьезные… Только прошлое не отпускало… Или, наверно так даже вернее будет, не отпускал. Боялся отпустить…

…До сих пор все их встречи всегда проходили за городом. Константинов снимал гостевой дом на сутки. Всегда оплачивал сутки. А там уже, как получалось. А сегодня… Сегодня себе изменил, остановив выбор на номере в отеле — с ужином, цветами… Цветы при их встречах были всегда. Любимые Татьяной хризантемы. Даже не в сезон он находил именно тот сорт, который ей особенно нравился.

С первой же минуты встречи показалось, что женщина, которую, как думал долгое время, любил, поняла, что… Наступил завершающий аккорд. Хотя, вроде бы, ничего больше, кроме самого места встречи, не изменилось…

— Знаешь, я не раз за время нашего с тобой, скажем так — близкого общения, пыталась представить 1 разрыв, но вот что будет так, даже подумать не могла, — призналась она, совершенно спокойно выслушав его монолог. А он сегодня был не многословен. Исключительно по делу, максимально кратко и ясно и, при этом, без лишней информации. — И, знаешь, если бы ты не заговорил сегодня об этом сам, завтра сказала бы я.

— О, как, — обернувшись от окна, Константинов вернулся к креслу, около которого стоял накрытый столик. К ужину они сегодня практически не притронулись. — С чего вдруг? — полюбопытствовал он, не без интереса наблюдая за… гостьей. Та была совершенно спокойна, хотя настраивался на достаточно эмоциональное объяснение. — Надоела моя персона? — в тоне не получилось скрыть… нотки ревности. Вот уж чего от себя менее всего ожидал. — Захотелось чего-то новенького? — и уж язвительность сейчас точно была не к месту.

— Мне замуж пора, Константинов, — произнесла она всё так же спокойно. — Детей рожать. Как в той песне поется: мне давно уже не двадцать.

Вот этот момент они как-то ни разу даже в шутку не обсуждали. А ведь десять лет близкого общения — дело серьезное. При хорошем раскладе, действительно, могли и к браку подойти. Только как-то не сложилось.

— А я тебя в этом плане не устраивал? — не удержался от вопроса. А в тоне проскользнула непонятная даже для

самого себя — обида. Для неё он оказался всего лишь…

А кем?.. Отличный вопрос и, главное, «своевременный». Раньше бы тот поднять… С другой стороны — для чего? У них никогда не было друг к другу никаких претензий. Да, отношения свои не афишировали. Можно даже смело сейчас сказать — скрывали. И саму Татьяну такой расклад вполне устраивал. Как, впрочем, и его.

— А у меня был шанс? — ответила она вопросом на вопрос и, едва заметно усмехнувшись, продолжая, — Ты сперва на своей Петровой женился. Правда, для чего — не представляю. Весь период твоего счастливого супружества с тобой встречались. Хотя сперва, признаюсь, думала, у меня соперница серьезная появилась. Ты, когда через пару месяцев после вашей свадьбы позвонил с предложением встретиться, ждала прощального вечера. Но, как показало время, прощальный вечер у нас отложился на несколько лет. Ну, а теперь…

— А что — «теперь»? — вот сейчас насторожился.

— Алёш, давай на чистоту, — лишь на мгновение, задумываясь, предложила Татьяна. А губ коснулась странная, необъяснимая для Константинова усмешка. — У тебя ведь кто-то появился. Только вот пытаться убедить меня в обратном не надо, — попросила она, заметив реакцию собеседника на свое замечание. — Женщина это всегда почувствует.

— Серьезно? — вот сейчас было два варианта: либо ей, действительно, что-то стало известно о том, в чем он, пока, и сам не разобрался толком. Либо путем провокации пыталась вызвать на максимальное откровение. — Интересно, в чем это выражается? Что я стал делать не так?

— Не многое, — и снова странная, одной ей понятная усмешка. — Но, самое главное, что тебе следовало бы помнить — меня зовут Татьяна. Знаешь, на самом деле это приятно, — продолжала она спокойно свои рассуждения, — Когда мужчина, в таком, полудреме, а то и во сне обнимает тебя и называет по имени. Значит, он думает о тебе даже когда спит.

Чтобы разговаривал во сне — не припоминал. Во всяком случае — в прежние времена. После возвращения с отдыха минувшим летом, по мнению близкого окружения «в нём что-то переменилось». Правда, при этом никто не мог толком сказать — что именно.

— Ну, твое имя я помню отлично, — заверил тут же, совершенно не понимая (если только сейчас мастерски не играл), к чему клонит собеседница. Вот в чем был уверен, так это в собственном самоконтроле. — В чем суть проблемы?

— А в том, Константинов, что меня Таня зовут, для тебя — Таша, — неторопливо разделываясь с каким-то фирменным салатом, продолжала она. — Но не Рита. Заметь, два имени даже рядом не стоят. Или спорить будем?

— И ты решила, что появилась серьезная соперница? — и всё же, действительно, был отличным атером. Даже сейчас никак не выдал себя, ни один мускул не дрогнул, а ведь был раскрыт и просчитан! — Тань, а если это всего лишь репетиция новой роли? Ну, могут же героиню очередного шедевра звать «Рита».

Нет, не пытался оправдаться. Просто хотел понять женскую логику в данном вопросе. Так сказать, в целях общего самообразования.

— Могут, — не стала Татьяна спорить с очевидным. — Могут, Константинов. Только, в таком случае, ты слишком переусердствовал при вхождении в роль, — добавила она без тени сомнения. — Ты меня даже обнимать стал по-другому, я уже не говорю про всё остальное.

— Не заметил разницы… — проворчал он, совершенно неожиданно почувствовав себя… неловко! Вот уж новость. И в обществе кого? По сути уже — бывшей — любовницы. А вот где сплоховал, в какой момент… С другой же стороны — какая теперь разница. Решение принято. И обратного хода точно нет.