Сезон расплаты
Шрифт:
– Я поговорю с Дени.
Вижу проблеск в ее глазах. Я даже не стану спрашивать, откуда она ВСЕ знает, мне казалось, ее не было в комнате, но я была настолько пьяна в тот вечер, что могу до сих пор что-то не помнить. Находясь под наблюдением врачей, я больше месяца собирала обрывки вечера первого июня в своей голове, не удивлюсь если что-то упустила.
– Но не думай, что это сработает. Скажи родителям о Гарри.
– Да пошла ты. – Кэтрин падает на кровать и отворачивается. Я ухожу.
Мне нужно поговорить с Дени. Конечно, он не сразу соглашается, и мне приходится
– Спасибо, что приехал.
Поднимает голову, выходит из машины, становится напротив меня.
– Ты была убедительна. Я всегда приду тебе на помощь, Луиза. Так что происходит?
Его слова заставляют меня на секунду окунуться в прошлое. Я думала, что нам двоим доступно все, когда мы вместе, все двери откроются нам. Я ошиблась.
– Это не обо мне. Я пришла говорить о Кэтрин.
– Ты дура, Лу. – Проводит рукой по лицу, пристально смотрит на меня. – Что она тебе напела?
– Ничего из того, чего бы ты не знал. Будь с ней помягче, она расстроена. Гарри, и еще этот ребенок.
Дениел смеется, я смотрю на него, как на псих больного.
– Она уже не знает, как меня удержать. Это не касается ребенка, только ее. Я устал, Луиза.
Он кладет руки мне на лицо, я не спешу их убирать, хочу, чтобы выслушал меня.
– Ты заварил эту кашу. Тебе придется ее принять, либо же разбить ей сердце.
– У нее нет сердца.
Я бы согласилась, но не после того, как увидела ее сегодня. Да, она эгоистка, но у нее есть сердце, пусть если оно даже беспокоится только о себе.
– Она сказала, что наложит на себя руки. Ты этого хочешь?
– Если бы она собиралась, то не сказала бы. Психология.
Мне бы не знать о психологии, проведя пять лет взаперти с докторами и шизанутыми.
– Просто поговори с ней нормально, прошу.
– Она использует тебя, именно по этой причине. Думаешь, я не говорил с ней нормально, ни разу? Она права если думает, что я стану слушать тебя, потому что ты, Луиза, ты все чего я всегда хотел. Думаешь, я не хотел позвонить тебе? Я боролся с этим желанием несколько лет. Я боялся, что если услышу твой голос то, сойду с ума.
– Прекрати.
– Я бы и дальше избегал тебя, как хотел, как планировал, но ты здесь, рядом. – Сжимает мое лицо, касается лбом моего лба. Сглатываю ком. Этого не произойдет снова, я не стану ворошить ошибку пятилетней давности.
– Остановись. – Шепчу.
– Я сделаю для тебя все, что угодно. Все, понимаешь? – Его глаза выглядят сумасшедшими, я отталкиваю его от себя, тяжело дышу, он тоже, вижу, как страх поселяется в его глазах.
– Нет! Не подходи. Ты не понимаешь, что говоришь.
– Я бы мог позаботиться о тебе. Мне не нужна Кэтрин! С того момента, как я увидел тебя в «Еллоу Бич» я не могу перестать думать о тебе.
–
Прекрати. – Отступаю назад. – Обо мне есть кому заботиться. Мысли о Нике разливают тепло по всему телу, гнев уходит. Дени смеется.– Этот придурок что ли? Я знаю его, он и волоска твоего не стоит!
– Да пошел ты! – Быстро иду к машине.
– Лу! Луиза!
Теперь я знаю, что встретиться с ним было наихудшей идеей. Пошла ты к черту Кетрин! Я не собираюсь слушать эти тошнотворные признания, которые больше не имеют никакого смысла. Я выполнила свое обещание, и я не могу быть ответственной за то, что меня не хотят слушать. С самого начала считала эту идею провальной.
Глава 23
Уже неделю я не получаю никаких СМС-заданий, и наконец спокойно выдыхаю от осознания того, что все закончилось. Каждый день я спрашиваю о том, что известно по делу Гарри и каждый день я не слышу ничего нового. Сегодня я в наилучшем настроении, чувство эйфории зашкаливает. Мы созванивались с Ником всего несколько раз из-за его занятости, и этого было недостаточно, я слышала его уставший голос и, мне хотелось просунуть свои руки через трубку и крепко его обнять.
Втайне от отца мама одолжила мне двести баксов на подарок Нику. На днях в торговом центре, я видела шикарные часы «Даниель Вэллингтон», и подумала, что они идеально впишутся в стиль Николаса, так и вижу их на его руке.
К часам мне дают идеальную черную коробку с выгравированной на ней надписью «Даниель Вэллингтон», я радуюсь, как ребенок, даже больше чем когда приходилось получать подарки. Останавливаюсь в мини-маркете, чтобы купить содовую, слышу перешептывания за спиной, причем такие отчетливые, что создается впечатление, будто говорят это специально, чтобы я слышала.
– Это она?
– Тсс.. Фу, посмотри, что сделала с волосами. Мы брали с нее пример.. Ну и жесть.
– Тупая стерва. Слышала, ее все кинули.
Идиотки. Не обращаю внимания, и даже смотреть на них не нужно, чтобы понять, что мы вместе учились. Когда отхожу от кассы, одна из девушек ставит мне подножку, я спотыкаюсь, но не падаю.
– Ой, простите. – Наиграно пищит.
– Следи за ногами, Мэддисон. – Я узнала ее сразу, длинные волосы, узкие глаза, бледная кожа.
– Ты угрожаешь мне, Хейл? Эй, мисс! Можете вызвать полицию? – Делает вид, что вот-вот расплачется.
– Что случилось? – Спрашивает кассир.
– Эта девушка угрожает мне.
– Она врет!
– Покиньте помещение дамы.
Я ухожу незамедлительно, потому что эта бессмысленная разборка не предвещает ничего хорошего. Мэддисон может придумать все что угодно, и проблема в том, что ей поверят.
Николас отказался от того, чтобы я встретила его в аэропорту, ссылаясь на то, что хочет привести себя в порядок после дороги, поэтому мы решили, что я приеду к нему домой через час. Не могу дождаться этого времени. Я отправила маме фото часов, которые купила, в ответ та прислала смайл, выражающий восторг, кажется ей просто плевать. По дороге заказала пиццу и напитки, наверняка Ник так устал, что даже не завтракал.