Чтение онлайн

– Kadirieyt!

Тут же откуда-то из-за спины столпившихся людей показался щупленький мальчишка в длинном голубом плаще и... в тоге? Под плащом одежда подозрительно напоминала то, что носили когда-то древние римляне. Интересно. Может, это местный шаман?

– Я говорю на теанга, - внезапно вполне сносно проговорил маленький лаадец взрослым голосом, так не вязавшимся с его внешностью. Босиком, кстати, стоял, но ходить по таким коврам в обуви просто кощунственно. С Алиша и Кано тоже сапоги стянули.
– Я буду говорить с вами. Понимаете?

Братья переглянулись

и синхронно кивнули.

– Мое имя - Ка-ди-ри-эйт, - медленно произнес наш переводчик.
– Можно Ка-дир. Понимаете?

– Можно не спрашивать каждый раз, - резко ответил Кано, делая шаг вперед. Алиш немного посторонился, оказавшись рядом со мной.
– Я скажу, если не пойму. Мое имя - Кано, далахер.

Кадир наклонил голову, шепотом повторяя последнее слово.

– Konseye? Советник?
– уточнил он.
– Я знаю основные слова... только хорошие слова.

– Хорошие?
– теперь переспрашивал Кано.

Переводчик замялся, похоже, не зная, как пояснить.

Я прикинула, что он мог подразумевать. Хорошие слова... Далахер - это фактически термин. Как министр, наверное. То есть не термин, а должность. О, лингвистические изыски местных языков, которые я почти не знаю. Чудесно. Наверное, далахер будет специфическим термином для лаадцев, у них тут явно другие названия должностей, если вообще есть хоть какой-то Совет.

Сказать... или не стоит вмешиваться?

Пауза затягивалась. Лаадец, стоявший рядом со мной, явно начинал нервничать, как-то хмуро глядя на переводчика. Кадиру тоже было не по себе. У них что, других переводчиков просто нет?

– Может, - рискнула я заговорить на теанга, - вы знаете самые общие слова, а не особенные?

Кано, выслушав меня, кивнул.

– Понял, - коротко ответил он и снова взглянул на облегченно выдохнувшего Кадира.
– Далахер - советник. Я - младший советник.

– Есть другие?
– вежливо уточнил переводчик.

– Есть.

Юноша еще подождал продолжения фразы, но я только улыбнулась. Кано все-таки умный и прекрасно понимает, что рассказывать слишком много тем, кто захватил нас в плен, не стоит. Особенно о родном государстве.

– Мы не враги, - тщательно выговорил наконец Кадир.
– У нас...

И вот тут он бросил взгляд на моего соседа. Лаадец шумно втянул воздух и вышел вперед, поворачиваясь к нам.

– Di yo ki moun ki se mwen. Di ou jis vle pou pale ak, epi yo pa gen entansyon kenbe lontan nan kaptivite. Yo pral mesaje yo. /Расскажи им, кто я такой. Скажи, что просто хочу поговорить, и не намерен долго удерживать в плену. Они станут посланниками./

Мне, естественно, Сирше тут же перевел фразу, а Алишу и Кано, похоже, пришлось дожидаться, пока заговорит Кадир.

– Он - ниэ Ришарт, - тщательно проговаривая каждый слог, произнес юноша.
– Он... принц. Ниэ - обращение. Принц будет главным... далахером, - повторил с удовольствием новое слово Кадир и облизнулся.
– Мы не враги. Ниэ Ришарт вас защитит. Вы будете... послал... пошлет... Вы скажете наши слова своему Правителю, - выкрутился он из сложной ситуации, заменив одно слово целой фразой.

Кано

оглянулся на брата, но Алиш безмолвно стоял, прикрыв глаза и, кажется, к чему-то прислушивался.

– Тут нет духов, - внезапно сказал шаман и в упор посмотрел на Кадира.
– Почему?

Юноша растерянно взглянул на Ришарта, но принц не сводил с нас взгляда.

– Se pou nou pale nan sal la kote moun /Давайте продолжим разговор в обеденной/, - вдруг мягко произнес он и, развернувшись, направился к еще одному выходу из пещеры, на ходу бросив: - Tomos, ou yo pral gid yo. Ansanm ak Kadirieyt familyarize envite ak Laad nan istwa epi pale sou peyi nou an. /Томос, ты будешь их проводником. Вместе с Кадириэйтом ознакомьте гостей с историей Лаада и расскажите о наших землях./

Русоволосый юноша в бело-голубом мундире шагнул к нам и приветливо улыбнулся.

– Dia duit!

– Dia duit, - удивленно в ответ поприветствовал его Кано и чуть поморщился.

"Чего это волчонок сморщился?"

"Так здороваются люди в Низинных поселениях, Кано - далахер, из тех, кто живет на холме. Ты ведь знаешь ритуальную фразу приветствия".

Да, Алиш мне рассказывал об этом, но я никогда не думала, что люди из Низинных поселений, занимающиеся скотоводством и выращиванием овощей и фруктов, чем-то отличаются от горожан. А судя по реакции на обычное приветствие, жители того же Кашела... брезгуют, что ли, говорить, как... хм, как местный аналог крестьян.

"Крестьяне? Кто это?"

"Одно из сословий в нашем мире".

"А..."

"Потом, Сирше".

Тупуа как-то обиженно вдруг засопел, но возражать не стал.

"Ты обиделся?"

"Нет, я не могу на тебя обижаться".

Я вздохнула и послушно последовала за Алишем, когда нам велели выйти в коридор. Молодой солдат, представившийся Томосом, шел впереди вместе с Кадиром, за ними следовал Кано, и потом уже мы с шаманом.

"Прости, Сирше. Я не хотела обижать тебя, честно. Просто время сейчас немного не подходящее для объяснений".

"Я понимаю, - прошептал дух-хранитель, - просто... Я не чувствую здесь Гриана Да. На поверхности я мог где угодно дотянуться до его теплых лучей, а здесь словно отрезало. Охренеть, как ты говоришь. И духов других нет... Мне страшно, Тали".

Я тихо охнула и потянулась к плечу, чтобы хотя бы прикосновением утешить моего маленького тупуа. Интересно, каково сейчас духам-хранителям Кано и Алиша? Они-то совсем в одиночестве...

"Они старше, им много лет. Тупуа Алиша раньше принадлежал его предку, как и у Кано".

"А разве вы не уходите вместе с подопечными?"

"Только если человек умирает не своей смертью".

Ого. Получалось, что стоит тупуа привязаться к своему подопечному, как тот умирает от старости, например, и потом дух-хранитель находит нового человека. Как-то все это выглядело очень печально, и я снова погладила рискнувшего появиться Сирше.

"Это просто я неправильный, - шепнул тупуа, - потому что мы обычно не привязываемся к человеку, и тем более не получаем имен и не превращаемся в человека или зверя. А я неправильный".