Чтение онлайн

– Я заплачу.
– Без колебаний заявил я, ни сколько не сомневаясь в правильности такого поступка, и не испытал при этом ни капли раскаяния или приступа удушливой жадности.

– Все не так просто, глодар.
– Отрицательно покачал головой, явно пораженный моим заявленьем Тиол.
– Ты знаешь на чем держится вся власть теневых баронов? Дело вовсе не в грязных деньгах, взятках и подкупах. Не в уважении, или их силе, а в самом обычном и простом страхе. Каждый на этом острове знает, что бароны безжалостны и жестоки. Всем известно, что любому, кто осмелиться перейти им дорогу не сдобровать, и если люди подобные мне, пусть даже и ради наживы, начнут идти на компромиссы с собственной

совестью и моралью, дадут слабину, то весь их авторитет, положенье и власть, немедленно рухнут. Этот мир, со своими жестокими правилами, подобного никогда не прощает, он проглотит каждого, кто оступиться, перемелет его в песок и выбросит на безвестную обочину нашей истории.

– Я дам тебе в двое больше, если ты не станешь кормить меня этими пафосными нравоучениями.

– Ты все больше меня поражаешь, глодар. Даже я не могу столь легко позволить себе разбрасываться такими деньгами! Откуда у тебя внезапно объявилось такое богатство?

– Это не имеет отношения к делу, и совершенно не важно. Ты согласен?

– Может и да, но вначале я должен хотя бы увидеть эти монеты...

– Я еще не выжил из ума, что бы таскать подобные суммы при себе, Тиол.
– Выложил я перед ним еще одну скрижаль гномьего банка.
– Завтра, после полудня, там будет достаточно золота.

– Все это начинает попахивать обманом, глодар. Где гарантии, что хранилище не окажется пустым, в обещанный срок, и вызволив своих дружков, ты, вместе с ними, не исчезнешь с острова этой же ночью?

– Я слишком хорошо знаю тебя и Маэстро, Тиол. У меня хватит мозгов не переходить вам дорогу.

– Верно, я найду тебя даже в Бездне, и ты это знаешь.

– Ну, так, что? Порукам?

Тиол замолчал, задумчиво глядя куда-то мимо меня в пустоту. Взвешивая все за и против, он потер подбородок и вновь окинул несчастную парочку своим взглядом, словно оценивая их ценность.

– Ты никогда не подводил меня, Мрак.
– Наконец, заговорил он.
– И пожалуй, я все же могу, один единственный раз, сделать исключенье из правил.
– Он махнул рукой своим костоломам и те поспешно отпустили гладиатора и его спутника на свободу. Хорворн поднялся, угрожающе расправил могучие плечи, и все работники хозяина заведения, тут же попятились от его могучей фигуры, опасаясь возмездия.

– Мой меч.
– Хладнокровно потребовал басом боец.

– Тебе вернут все на выходе, варвар. Свободны.
– Махнул он рукой, давая охране приказ расступиться, но прежде, чем я последним успел шагнуть за порог, он все же окликнул меня на пороге.

– Мрак, я прикажу своим людям проследить, что бы ты не смог покинуть этого острова, и если завтра я не увижу этого золота, то ты немедленно окажешься на месте этого варвара, и я не посмотрю на все твои былые заслуги.

– Я знаю. Золото будет не сомневайся.

Охрана, все так же опасаясь мести свирепого варвара, обступила нас со всех сторон, и сопровождая до самого выхода, не выпускала тяжелых дубинок из рук. Когда у порога гладиатору вернули его замотанный в грубую ткань внушительный меч, все они заметно напряглись, словно хищники, засевшие в кустах, перед решающим броском на добычу, а когда Хорворн принялся аккуратно разматывать свое оружие у них на глазах, ближайший ко мне верзила-охранник и вовсе покрылся крупной испариной, но ни проронил ни единого звука.

Совершенно не обращая никакого внимания на раскаленную от напряжения обстановку, варвар придирчиво осмотрел собственное оружие, и не найдя на нем никаких свежих царапин и повреждений, удовлетворенно кивнул, и закинув клинок на плечо, все же позволил охране вздохнуть полной грудью, ступив за порог.

– Хвала Создателю!
– С облегчением

вздохнул Идлар, едва выбравшись, в след за ним, из заднего входа.
– Я, признаться, на секунду даже решил, что это конец!
– Заявил он, протирая платочком вспотевшую лысину.
– Несказанно благодарен вам сударь, за наше спасение.
– Повернулся он в мою сторону, и растянувшаяся по его физиономии неуверенная улыбка, показалась мне чересчур наигранной и фальшивой.
– Чего вы хотите в замен?

– Что?
– Признаться его вопрос мигом поставил меня в тупик и ввел в замешательство.

Решив, что я вытащил их из подвала с некой, известной одному лишь мне, тайной целью, совершенно не бескорыстно и имея на это свои собственные скрытые мотивы, Идлар жестоко ошибся, не веря в существование такого человеческого альтруизма, и я был вынужден его в этом разочаровать.

– Ничего я от вас не хочу.
– Помотал головой я.
– Вы не просили о помощи и ничего не должны.

– Нет, - неожиданно твердо возразил мне боец.
– Ты спас нас от смерти, Дан Эон, и я не уйду не оплатив этот долг! Таковы законы Данбора, такова воля и завет моих предков.

– Что? Нет! Ты ничего мне не должен! Я же сказал! Можешь быть абсолютно свободен!
– Попытался было возразить я, но упертый варвар ничего не желал слушать и похоже, уже давно решил все за нас обоих.

– Я не уйду.
– Упрямо повторял он, сурово нахмурившись.
– Долг крови - дело чести! Данборец оплатит его, или умрет! Иначе он не будет считаться мужчиной. Не будет воином, и станет позором для всего рода. Проклянет посмертее своего отца и всех предков! Таков наш закон. Такова воля предков, и я не уйду. Мой меч будет с тобой Дан Эон, пока этот долг не будет оплачен, или пока вестница не призовет меня пировать в чертоги отцов!

Проклятье! Проклятье! Проклятье! Что же я наделал?! Посадил себе на плечи настоящего фанатика! Вот и помогай после этого людям...

Как же мне теперь от него отделаться, интересно?

– Не глупи, Хорв!
– Вмешался в разговор настоящий голос разума, принявший на себя обличие Идлара.
– Он же сам сказал, что мы можем идти, и ничего ему не должны!
– Попытался он увести своего спутника в сторону, но тот упрямо оставался стоять на своем месте, неподвижный словно скала.

– Хочешь уйти?!
– Произнес варвар таким тоном, будто бы слова его собственного распорядителя были грубейшим и непростительным оскорблением, порочащим самое святое, что только имелось на свете.
– Прекрасно! Можешь идти! Убирайся, если не страшишься стать грязным червем, грязью под ногами у настоящих воинов и мужчин! Уходи, если не боишься гнева отцов, чьи курганы обрушаться серым прахом, когда их род окажется заклеймен трусостью и позором. Убирайся, что бы сгинуть как безродный шелудивый пес, на дороге, в безвестности и изгнании. Проваливай, если можешь так легко продать и запятнать свою честь, и не смей молить о прощении предков. Они не слышат стенаний червей.

– Да плевать я хотел на всю твою честь!
– Неожиданно сорвался Идлар на крик.
– Это из-за нее мы чуть с жизнями сегодня не распрощались. А нужно-то было всего лишь вовремя лечь на арене, и все! Подсчитывали бы сейчас золотишко, но нет! Честь его, видите ли, не позволяет! Упертый баран, вот ты кто, а не воин чести. Хочешь, оставайся здесь с ним, - ткнул он в мою сторону пальцем, - доказывай дальше свое благородство, но здесь ни Данбор, твоя честь здесь не стоит и ломаного гроша, а с меня всего этого хватит. Я ухожу, и слышать больше ничего не желаю о твоем проклятом Данборе, и его треклятых законах чести!
– Развернувшись, распорядитель зашагал в сторону Игрового, оставив нас в одиночестве.