Серебряная Роза
Шрифт:
– Кстати, а ты то, что молчишь? Ничего не рассказываешь? Как там у вас с Анной? Надеюсь, вы по-прежнему вместе?
Взглянув на Адама, она увидела, как тот расплылся в широкой улыбке. Взгляд парня подернулся, стал очень нежным, при мысли о любимой девушке.
– Вместе, – кивнул он. – Знаешь Роуз, я чувствую себя рядом с ней, самым счастливым, самым лучшим, самым любимым и самым сильным. Как Супермен. Готов горы ворочать и спасать миры, когда рядом эта несносная девчонка.
И тут же спохватившись и покосившись на Розамунду, спешно добавил:
– Но ты тоже делала меня счастливым. Нам было хорошо вместе.
– Всё в порядке.
– Прости, но нам было очень неловко. Не представляешь, какое облегчение я испытал, когда понял, что между нами всё по-прежнему, и ты нас не ненавидишь. Ты нам очень дорога, Роуз, – улыбнулся парень и, потянувшись, ласково чмокнул девушку в щёку.
– Кстати, а где она?
– Анна сейчас в Рио с родителями. Но сказала, что вылетит первым же рейсом назад, как только узнала, что ты возвращаешься.
– Отлично.
За разговорами они как-то незаметно для себя доехали до нужного им района.
– Высади, меня тут на перекрёстке, – сказал парень.
– Может, зайдёшь ко мне? Выпьешь с нами чаю?
– В другой раз. Тебе нужно поговорить с мамой, вы давно не виделись, да и отдохнуть с дороги.
– Тогда, давай хотя бы подвезу?!
– Езжай домой, – отмахнулся парень. – Отсюда я и сам дойду.
Как он и просил, Розамунда притормозила на перекрёстке, что бы он мог выйти.
– Спасибо что встретил.
– Не за что Рози. Увидимся, – и Адам шустро выскользнув из машины. Помахав ей напоследок, он развернулся и неспешно пошёл в сторону своего дома.
Розамунда прибавила скорость. До её же дома было уже рукой подать. Повернув на перекрёстке на право и проехав ещё сто ярдов, она свернула на площадку, перед элитной многоэтажкой с пентхаусом и подземным гаражом для жильцов. Квартиры здесь были дорогими, позволить которые могли только состоятельные люди. Комнаты были просторными, с высокими потолками.
Загнав машину в гараж и поднявшись в фойе, где удобно устроился за стойкой и смотрел очередной бейсбольный матч их швейцар – Энди Денвер. Это был мужчина средних лет, с широкой проседью в некогда чёрных волосах, небольшим упитанным брюшком и скуластым лицом, ярый любитель пива и бейсбола. Роуз знала его с тех самых пор, когда они с родителями переехали в Лос-Анджелес и купили в этом доме квартиру.
– Какие люди, Розамунда. Давненько тебя не было, – разулыбался мужчина, оторвавшись от просмотра.
– Привет Энди. Да давненько. К родственникам в другой штат уезжала. Кто играет? – взглянув на экран, поинтересовалась девушка.
– «Arizona Diamondbacks» и «Atlanta Bravers» Я за «Атланту». И видимо зря…
– Ничего не светит?
– Да ну их, – досадливо махнул рукой тот. – Одни нервы. В этом сезоне вообще у них игра не идёт. За что им деньги только платят?! А ты как, стало быть, уже вернулась домой?
– Временно. Потом снова уеду.
– И снова не с кем мне будет игру обсудить. Но что ж поделать, выросла совсем, уже другие дела и заботы, что бы со стариком Энди бейсбол смотреть. Что ж, я понимаю. Ох, как время то летит.
– Ага.
– Ой, что-то я заболтался, а ты, наверное, после перелёта устала.
«Что верно,
то верно, стрессов мне сегодня хватило»– Пока Энди, – махнув швейцару, Роуз направилась к лифтам. – И всё-таки я думаю, что надерут твоих «Bravers».
– Пусть только осмелятся! – пробурчал ей в ответ Энди.
Через несколько минут, которые лифт поднимал её до нужного этажа, девушка уже открывала дверь квартиры. Шагнув в просторную прихожую, Розамунда притворила за собой дверь.
Послышались быстрые шаги и из гостиной, появилась Аманда. Несмотря на поздний час, она была одета в деловой костюм цвета топлёного молока. Видимо не так давно вернулась домой.
– Привет. Я дома, – улыбнулась девушка, шагнув навстречу матери, и тут же угодила в её крепкие объятия.
– Рози, дорогая, добро пожаловать, – всхлипнув, сказала та, целуя дочь в макушку.
Глава 46
Дерек бездумно разглядывал днище «корвета» под который залез несколько часов назад, но до сих пор даже и не на йоту не продвинулся в работе. Голова была забита мыслями далёкими от «внутренностей» машины, возвышающей над ним и требующей к себе внимания. Он то и дело, тяжело вздыхал, а поймав себя на этом, досадливо морщился. Принимался было за работу, но уже спустя минуту, бросал дело и снова утыкался взглядом в одну точку, погружаясь в собственные безрадостные мысли. Настроения было на нуле. От долгого лежания без движения спина затекла и стала коченеть от холода, не смотря на то, что между ним и полом был толстый коврик, специально предназначенный для работы под машинами. Значит, придётся на сегодня закончить, раз уж работа всё равно не клеиться и отложить все дела до более подходящего случая, когда он сможет-таки взять себя в руки и выбьет всякую дурь из башки.
«Так и поступим…» – решил Дрейк и вылез из-под «корвета» и наткнулся на проницательный взгляд, своего старшего наставника – Тони Блэкстоуна.
– Что? – недовольно буркнул парень, первым отводя взгляд. Потянувшись и взяв тряпку, он стал со всей тщательностью вытирать руки. Дерек знал, что сейчас все его мысли и чувства, как на ладони для Тони. Как не прячься в свою «скорлупу», тому это не помеха. Блэкстоун всегда мог его «читать», как открытую книгу.
– Я уж думал, ты заснул под брюхом этой колымаги. Хотел уже звать ребят, что бы тебя вытянули на свет божий.
– Не мели чушь Тони. Я работал, – глазом не моргнув, соврал парень.
– Да неужели? – усмехнулся мужчина, прищурив глаза, и поддел носком поношенных ботинок, увесистый свёрток на полу.
Парень мысленно чертыхнулся, поняв, что облажался. Это были его инструменты, к которым он даже не притронулся.
– Ничего не говори Блэкстоун. Ничего, – предупредил Дерек, хмуро взглянув на старшего друга и компаньона. – Я потом закончу работу.
– Без проблем. Если хочешь, можем отдать этого «старикана» кому-нибудь из ребят?!
– А мне что делать?
– А ты отдохни сегодня.
– Я не устал, – буркнул парень.
Лицо мужчины стало серьёзным. Глаза выражали обеспокоенность.
– А выглядишь паршиво, сынок.
– Ерунда, я в порядке. Так что сам всё сделаю.
– Как знаешь. Только в последнее время ты сам не свой. Я тебя таким никогда не видел. Ты хоть видел себя? Бледный, лицо осунулось, похудел, вечно где-то в витаешь. Хорошо хоть на столбы ещё не натыкаешься. Меня очень волнует, что с тобой происходит.