Сердце ведьмы даром
Шрифт:
И была буря… Тайфун, торнадо и все стихийные бедствия разом.
Меня перемолотило, затопило и вышвырнуло…
А я был счастлив, что остался жив.
Я был так счастливо поражен результатом, что меня не смутила даже с грохотом захлопнутая перед самым аристократическим носом дверь.
Плевать.
Я остался не только жив, но ещё и прошел испытание родовой силой.
Инициация состоялась, и все магические плетения встали на свои места.
Я был практически свободен. Ибо сейчас сделал то, что считалось невозможным без поддержки рода. Я принял, впитал и самостоятельно выстроил все энергетические
Практически мне ещё предстояло это проверить.
Глава 11. Малина Стэр
С утра стояла пара лекций по общим вопросам хирургии. Тоска смертная, хоть сейчас на грани предков отправляйся.
А я ещё и после ночного дежурства пришла, сразу же из медкорпуса…
Попадос полный.
Профессор Аэми была дамой монументальной, весьма начитанной, определенно высококвалифицированным специалистом, вот только до странного сдержанной в передаче информации. На любой вопрос она, как правило, отвечала пространными рассуждениями ни о чем и завершала свою мало помогающую речь призывом на очередной спецкурс, где интересующие нас сведения будут представлены в самом широком и разноплановом ключе.
Я, кстати, пару раз покупалась на ее завлекающие речи и, не смотря на и без того плотную занятость, шла-таки в поздневечерние часы и исправно слушала наобещавшего золотые горы преподавателя. И каждый раз уходила злая, голодная и разочарованная. Аэми старым пауком-гобсеком чахла над своими информационными богатствами, крайне по-скупердяйски отказываясь делиться знаниями с подопечными ей студентами.
Вот и сегодня, обсуждая второй час современное состояние и перспективы регионарной анестезии, я не узнала ровным счётом ничего нового. Ни-че-го.
Два часа жизни просто впустую!
Жалкое зрелище и крайне неэффективный способ познания жизни.
После общих вопросов хирургии была сдвоенная лекция по кардиохирургии. Ее нам читал мелкий, сморщенный и ужасно вредный профессор Глэдимс. По своей вредности он, как мне кажется, превосходил всех ведьм вместе взятых. И нос у него был длинный, тонкий, крючкообразный, такой в каждую щель от любопытства залезет и в каждую деталь обязательно дотошно сунется.
– Давайте вспомним, что мы знаем о кардиоплегии, – голос у профессора при всей его ничтожной фигуре был под стать носу – весьма выдающийся и хорошо поставленный. – Ответит нам… Ответит нам… Госпожа Эстес?
Наша отличница и первая красавица потока гордо и независимо поднялась с первого ряда, отставила ножку в черных лаковых туфлях в сторону и ярко-красными губами отчеканила:
– Кардиоплегией мы называем комплексные меры по защите миокарда в период основного этапа кардиохирургического вмешательства.
Профессор одобрительно кивнул, повелительным движением руки разрешил Эстес вернуться на место и задал следующий расстрельный вопрос:
– Какие практические меры следует соблюдать при проведении кардиоплегии? Рату?
На третьем ряду поднялась Клаисса Рату, рыжая, что солнце на закате, девушка, отчаянно стеснительная и профессора Глэдимса опасающаяся до заикания. По крайне мере, именно этим закончился на первом курсе ее экзамен по общей хирургии, который мы сдавали все тому
же Глэдимсу.– После того, как пережали аорту… – с тихой обреченностью начала отвечать Клаисса…
– Мы Вас не слышим, Рату. Найдите в себе силы говорить громче и чётче!
До этого момента свободно прохаживающийся по аудитории профессор вдруг подошёл в плотную к девушке и замер ровно напротив нее.
Ой, бедняга Клаисса…
– П-пппосле того, к-кааак пппережали аорту, н-нннеобходимо обождать не-не… некоторое… время прежде, чем начинать к-кккардиоплегию.
– Некоторое время, студентка Рату, это сколько?
– Н-нннууу… от пары минут и… больше… – неуверенно произнесла Клаисса.
– И как же Вы поймёте, что выждали достаточно? – профессор не насмехался в открытую, но его голос был полон ядовитого сарказма.
– Эммм… – слегка краснея, одногруппница растерянно пожала плечами.
– Плохо, госпожа Рату, крайне плохо. Совершенно забыли первый курс наших занятий. К следующей встрече Вы подготовите доклад по теме кардиоплегии и истории ее применения в современном мире.
Клаисса понятливо кивнула и, наконец-то, убралась подальше от прямого давящего профессорского взгляда.
– Стэр! – Я оторвалась от листания конспекта. – Продолжите ответ студентки Рату.
Свезло же мне сегодня…
Я поднялась неспеша и начала методично рапортовать, ничего хорошего от своего ответа в общем-то не ожидая.
Отпустил бы без дополнительного задания зануда Глэдимс, а то ещё отхвачу доклад или эссе, а мне и без того покой только снится: после учебы иду на работу в библиотеку, а потом на очередное ночное дежурство в медкорпусе, за него я двойную оплату получаю.
– Пережали аорту, ждём, пока не опорожнится сердце, только после этого переходим к кардиоплегии. Следим за тем, чтобы притекающей по легочным и другим венам крови не было в сердце, а, значит, контролируем дренирование левого предсердия и при необходимости эвакуируем кровь, используя аппаратный отсос или магически выстроенные каналы. Обязательное условие – содержание сердца в состоянии равномерного охлаждения, обеспечиваем это либо собственными силами, либо сторонними материалами, например, посредством его обкладывания кашицеобразным льдом или орошения капельным методом.
– Для чего нужны все эти трепыхания? – очередная проверка на вшивость.
– Нам важно остановить деятельность сердца, обратимо "парализовав" электромеханическую активность миокарда и создав обескровленное, "сухое" операционное поле, либо искусственно через введение в систему коронарных сосудов спецрастворов, либо благодаря магическому воздействию, и все для того, чтобы минимизировать риски ишемического и реперфузионного повреждения миокарда во время основного этапа операции.
– А зачем вообще прибегать к асистолии?
– Нууу… Эммм…
– Нууу… Эммм… – коверкая мою речь, передразнил меня профессор. – Отвечайте на поставленный вопрос, студентка Стэр!
Вот же привязался, вурдалак твердокаменный!
– Асистолия значительно снижает потребность в кислороде и энергетических субстратах.
– Сойдёт, – остановил мой ответ профессор Глэдимс.
Вот он частенько так! Как обозначить нашу недостаточную сведущесть – это пожалуйста, ему за радость сказать гадость, а как отметить успехи – "сойдёт".