Сердце в когтях
Шрифт:
– Никсу уже все равно, - напомнил Андред, - а Мара тебе уже сказала, что по ней никто горевать не будет.
– Если из-за меня, то не приходи. Ведь тогда уже все равно на этой планете ни у кого не останется шансов на выживание. Пусть лучше все закончится быстро.
– Можно я ее стукну?
– послышался злющий полушепот Мары, - еще никто не умер. Я всего лишь хотела сообщить, что у нас все относительно под контролем. Но браслет включать не сможем. Иначе ей точно отрежут руку, чтобы проверить, не является ли он шпионским устройством. А ты начал ее запугивать.
– Я просто предупредил, -
– Потому что ты не человек, - объяснила Алена.
– А ты?
– удивилась Мара ей в ухо, - почему ты не подумала?
– А я, фактически, не военный человек, - расстроено ответила девушка.
После неуютного молчания повисшего затем во мраке темной избушки, докторша решила:
– Ладно, мы выключаемся. Пока ее жизненные показатели у тебя идентифицируются, не спеши с действиями, Андред.
– Выключай, - шепнула она Алене.
Сделав, как сказала Мара, Алена начала вслепую шарить руками по стене. Где-то на полке должен был быть фонарь. Но, она никак не могла его найти. В конце концов, Мара не выдержала:
– Что ты делаешь?
– Ищу фонарь. Ставни они уже закрыли, надо найти что-нибудь для окон.
– Как он выглядит?
– Ну, небольшой металлический цилиндр стеклянный с одного конца.
– Этот?
– вспыхнул через пару минут свет фонаря в глаза Алене.
– Как ты его так быстро нашла?
– удивилась девушка
– Так мы же видим в темноте, - тоже удивилась Мара, - у нашего зрения высокий порог восприятия спектров излучений.
– Вот как, - позавидовала Алена, - значит, фонарь можно было не искать. А попросить тебя чем-нибудь закрыть окна.
– Ну вот еще, - возмутилась Мара, - я еще только по помойкам не рылась.
– Помойкам?
– изумилась Алена, и неопределенное плохое предчувствие испугало ее.
Она выхватила фонарь из рук докторши и посветила им вокруг. Вокруг был полный разгром. На полу валялись не только вещи, лежавшие ранее на полках, но и сами полки. В полном эмоциональном ступоре Алена прошла в комнату. Состояние комнаты отличалось от прихожей только размерами бедствия. Не глядя, подобрав первые попавшиеся вещи, она закрыла ими окна и кинулась включать свет.
– Мамочки...
– не удержалась от тихого вскрика девушка, - здесь что-то взорвалось?
– Вряд ли, - вошла в комнату Мара и встала рядом с Аленой, - кроме кошмарного бардака других следов, которым положено оставаться при взрывах, нет. Думаю, это обыск.
– Обыск, - машинально повторила Алена, - но... кто же мог такое сотворить. Я не могу поверить, что это сделал кто-то из знакомых мне людей. Здесь же успел побывать почти весь состав гарнизона. Праздники, консультации, просто чай... как же после всего можно было так со мной поступить...
Помолчав, Мара все же спросила:
– Ты спрашиваешь меня?
– Да нет, кого-нибудь, - устало выдохнула Алена. Гарнизон из параллельного мира только что убил очередной кусок ее сердца.
– Может, тебе еще заморозки?
– серьезно спросила Мара, - могу добавить еще пару доз, прежде, чем их концентрация начнет вызывать счастливые сны наяву.
Алена подошла к разоренному шкафу. Коробок с альбомами и личными бумагами не было. Как не было и медицинских ящиков с препаратами, хранимыми ею дома для экстренных случаев в поселке. Она прошлась по комнате, пиная вещи и заглядывая под мебель. Их не было нигде. Остановившись посреди комнаты, она еще раз оглядела несвойственный ее жилищу беспорядок.
– Сны наяву я уже вижу, - сообщила она Маре, - но, не особо счастливые. Так что, давай сразу их.
– Не стоит, - покачала головой Мара, - вызовет привыкание. Причем, только к моей заморозке.
– Вроде приворота?
– с любопытством встрепенулась Алена, чтобы отвлечь мысли от воцарившегося в ее глазах кошмара.
– Вроде сильнодействующего наркотика, - пояснила пантера, - собственно, это он и будет.
– Как любопытно, - заинтересовалась Алена, начиная автоматически расставлять по местам сдвинутую и перевернутую мебель. В качестве терапии, чтобы избавиться от шока и отвлечься от накативших неприятностей ей надо было чем-то занять руки, и голову - субстанция заморозки может менять свойства?
– Нет, - качая головой, помогла Мара передвинуть кровать, - можно менять дозировку субстанции, растворяя в слюне или вводя сразу в кровь. И действие будет различным.
– Вот как, - удивилась Алена, собирая с пола и складывая разбросанные вещи, - она может и убить?
– Нет, не может, - начала помогать устранять беспорядок Мара, аккуратно складывая вещи с пола на кровать, - максимум отправить в кому, которую ты уже видела.
– И подсадить человека на другого человека, - констатировала Алена.
– Не совсем. У нас есть собственный иммунитет, разрушить который может только собственная заморозка. У вас иммунитета нет. Поэтому подсадить можно только вас на нас.
– Тогда почему же Вы не использовали этот способ нападения?
– удивилась Алена, - он же менее затратный и гораздо проще.
– И омерзительней, - брезгливо скривила губы Мара, - чтобы кусать мартышек, добровольцам пришлось бы платить раз в двадцать больше, чем сейчас.
– Почему кусать? А как со мной?
– Как с тобой я тоже получу кайф. И, в конце концов, сломаю иммунитет, и стану аутонаркоманом, - объяснила докторша.
– Много у вас аутонаркоманов?
– полюбопытствовала Алена.
– Насколько мне известно, ни одного.
– Как же так?
– снова не сдержала удивления девушка, - ведь доступ к бесплатной эйфории есть у каждого.
– Именно поэтому и нет. Все, кто был склонен к наркомании, уже давно вымерли и выродились.
– Печально, - задумчиво покачала головой Алена.
– Отнюдь, - цинично возразила докторша, - их жизнь была короткой, но счастливой. И, они значительно облегчили нашу жизнь, избавив от себя.
– Тогда я лучше не буду рисковать, - решила Алена, - обойдусь одной дозой. И мстительно добавила, - не хочу облегчать жизнь никому. Ни вашим, ни нашим.
– Что верно, то верно, - печально вздохнула Мара, - от тебя одни проблемы.
И, словно в ответ на ее досаду, проблем стало на одну больше. Входная дверь без стука распахнулась, и на пороге появились два рослых бойца спецназа.