Сердце подонка
Шрифт:
– Дай сначала поцелую… – чуть приподнимает меня и заваливает на спину, оказавшись между моих трясущихся ног головой. Мгновенно придавая атмосфере интимности и дикого необузданного желания.
Едва касается языком, как я вся дрожу и выгибаюсь. Нет…
Так только Хорольский может. Только он… У него дар по соблазнению.
Пытаюсь сдерживаться, чтобы было тише… Потому что так громко нельзя и неуважительно.
Но нет да нет, стоны прорываются… И, кажется, шатают стены…
Тяну его за плечи вверх. Врезаясь губами, ворую свой же вкус. Лижемся как ненормальные…
– Так хотел тебя… Так мечтал… – бормочет, вколачиваясь.
У меня у самой сейчас всё тело полопается… Как воздушный шоколад во рту… Мы не можем друг от друга оторваться. Так и трёмся, и нежимся друг об друга, пытаясь справиться с чувствами после такой длительной разлуки… Мне кажется, это для взрослых не так страшно, а вот для нас, тонущих в гормонах, ужасно… У меня ощущение, что я опустела за эти дни без него… потускнела и совсем иссохла…
– Ещё меня люби… Ещё…
– Я здесь. Люблю… Женя моя…
Через несколько секунд трахаемся уже на столе… А после и вовсе на подоконнике…
– Точно не холодно, нет? – спрашивает, прижимая меня голой грудью к стеклу… Но холод – последнее, что меня интересует. Я больше боюсь, что его отец будет возвращаться с работу и увидит эту картину снизу… Вот это действительно было бы не очень приятно… А так… Плевать…
Только после третьего оргазма успокаиваемся… Приклеиваемся друг к другу на кровати и дышим в унисон, поглаживая друг друга нежными успокаивающими движениями…
– Так хорошо… Безумно хорошо, Хорольский… – трусь лицом о его щетину. Он даже не брился, пока со мной там лежал. Стал таким мягким и волосатым… А ещё совсем тёмненьким…
– Мне тоже, хомячок…
– Надо идти к маме… Она же старалась для меня… Готовила…
– Она всё прекрасно понимает… Уверен.
– Почему?
– Ну, потому что у тебя классная мама… Вот и всё…
У меня даже сердцебиение выходит на новый уровень.
– Ты правда так считаешь?
– Конечно. Я же вижу, как отец с ней счастлив. И понимаю, что она мудрая женщина. В ней нет скрытой злобы. Эгоизма… Желчи. Ты точно такая же… – отвечает он, прижимая меня к себе. – И мне очень повезло в этом плане…
У меня слезятся глаза. Тепло не только телу, но и душе…
Я просто чувствую, как все ниточки в сердце до единой сплетаются. И больше нет никаких ран, обид или недопониманий… Теперь я точно знаю, что у нас с ним всё и всегда будет так, как в книжках о любви…
Глава 36.
Никита Хорольский
– Так, охуенно, мужик… Что надо вообще… Красавчик. Тебя отдаём или батю, напомни? – угорает Лёха, поправляя на мне бабочку.
– Ебать смешно… Меня уже тоже скоро… Так что не нази… – толкаю его в плечо и оба замираем у зеркала. Парни уже жрут вискарь и конину рядом, а мы, кажись, по-другому расслабляемся.
– Скажи же, что мы счастливчики…
– И не говори…
Смотрю на Лёхину довольную рожу и понимаю, что если бы не он… Я бы никогда сам не
допёр. Тяну руку, чтобы пожать, а он дёргает на себя и обнимает.– Чувак, я рад за твоего отца. Правда…
– Надо ещё твоего нормально женить…
– Ой, бля… Не, не напоминай. Не надо нам и без этого хорошо, – ржёт он, пока я подхожу к парням.
– Вы чё тут налакались уже?
– Никто не налакался… – закусывает Ванёк коньяк шоколадной конфетой. – До скольки тут всё? Мне ещё нужно Марту выгулять…
Лёха стоит и истерично ржёт, пока тот показывает ему средний палец.
– Так, всё… Собрались… Ребят, правда… Для меня капец как важно, чтобы мы там не стегали. Чтобы батю не подставить.
– Да чё мы? Я ваще нормально, – пошатывается Ванька на месте. Тоха держит его и смотрит на меня кривыми глазами.
Вот что с ними делать будешь, а?! Алкаши, блин…
– Лан, кароче, всё… Собираемся, прикрываем друг друга как обычно…
– Меня держи там тоже… Натаху увижу, растекусь, – лыбится наш котяра, пока я качаю головой. – Вы же мне поможете в пятницу?
– Всё уже?
– Ну да, залог внёс, договор подписал, с учёбой договорился отец, надо шмотки раскидать и за своей мечтой в путь…
– Ага, – хохочу, когда выходим из комнаты, натыкаясь на своих. И всё… Я буквально проваливаюсь снова… В омут её зелёных глаз, пока Лёха уже катит яйца, вжимая её подружку в стенку, а та ржёт на весь дом, как чайка.
– Малыш… – обхватываю свою и волоку в уголок. На ней красивое нежно-голубое платье… Волосы убраны в аккуратную шишку или как это называется… Что-то сверху. С заколкой… Красивое и неземное… – Блядь, какая ты… – кладу ладони на её сочную жопу и сжимаю через платье, столкнувшись с негодующим взглядом.
– Ты мне помнёшь сейчас всё… Ник…
– Извини… Сдержаться не могу… Офигенная просто…
– Ты тоже… Такой красивый, – кладёт ладони на мои плечи и улыбается. – Хочу танцевать с тобой…
– Я же не Лёха, так красиво не умею… – смеюсь, пока она закатывает глаза.
– Глупости какие… Ты самый-самый во всём…
– Рад, что ты так считаешь… – тянусь к её губам и слышу позади.
– Э! Сладкие парочки, блин! Там уже сигналят! На улицу надо! – зовут нас друзья, так и не дав завершить начатое действие. Прибил бы, а…
Тут ещё и её Кирилл. Как обещал, приехал. Тусит со всеми… Нормальный он, по правде говоря, парень. Просто немного бесявый…
– Ник, – улыбается Женя, снимая мои блудливые руки со своей пятой точки. – Поехали…
– Лааааадно…
Расходимся по тачкам… Валим в ЗАГС. Я и не знал, если честно, как там всё… Сейчас прям как репетиция для меня. Хочется даже уже… Просто чтобы моя Женя тоже стала Хорольской наконец. Для меня. Под моей защитой…
Никогда я, блин, не хотел этого. Только с ней проснулось и отозвалось.
Видимо, так мужики и взрослеют…
Только с теми, кого действительно по-настоящему…
Садимся в лимузин, чтобы все влезли. Натаха там верещит как резанная, когда Лёха снова чуть-чуть обливает её шампанским… А ведь когда-то она его чуть не убила за это… Смеюсь, глядя на всё это. Рад… Безумно…