Сердце Малого Льва
Шрифт:
– Попробуй объяснить это своему правительству. И своему отцу. И своему мужу.
– 77 -
Девушку было жалко. На Тевере она и ее любовник прозябали и рисковали быть
схваченными и замурованными в лед. Здесь же ее ждала встреча с разъяренным мужем и
возмущенным отцом.
– Эд, налей-ка мне тоже этой гадости, - сказал дед, - а то меня что-то знобит от
теверского климата. И вызови это чертово отродье. Я ему скажу пару ласковых.
– Дед, - вступился за брата Эдгар, - он хотел как лучше.
– Пусть
– Тэгем Рэчэрд, - жалобно посмотрела на него Иглэр, - Герц нэ вэнэвэт!
– У тебя никто нэ вэновэт!
– взглянул на нее дед.
Она всхлипнула. Ситуация была настолько неприятная, что Эдгар предпочел не
высовываться. Приходилось выбирать между крупным дипломатическим скандалом и
счастьем девушки. Слава богу, что дед взял это на себя. Сам же он вряд ли решился бы на
такую жестокость - вернуть мужу-тевергу сбежавшую жену. По их законам это могло стоить
ей жизни.
Эдгар давно считал себя взрослым и вообще претензий к себе не имел, даже свой
длинный нос стал ему нравиться. Но рядом с дедом он по-прежнему чувствовал себя
мальчишкой. И, наверно, вел себя как мальчишка. Прятался за его спину.
А Ричард, между тем, заметно сдал за последние годы. Постарело его лицо, добела
поседели волосы, в его осанке, в его походке, в его взгляде появилась какая-то не проходящая
усталость, словно он нес на плечах каменную плиту. Он вообще стал другой, суровый,
замкнутый, хмурый, как будто что-то точило его изнутри. Подмечать всё это за ним было
досадно, Эдгар предпочел бы думать, что дед вечный. Впрочем, женщины, эти
непостижимые создания, глазели на деда по-прежнему. А что еще нужно настоящему
мужчине?
Эсгэмсэрэр и его зять уже были в пути, но первым явился все-таки Аггерцед. Он возник
посреди кабинета, как всегда в диком сочетании цветов и стилей. Парик на этот раз был
черным, завитые локоны до плеч делали его похожим на Леция в молодости, при этом на нем
был вспыхивающий оранжевым жилет на голое тело и ядовито-зеленые штаны. Сапоги были
белые. Как и все Прыгуны, он другой обуви кроме сапог не признавал. Что касается
раскраски, то на сей раз это были большие синие кольца вокруг глаз наподобие очков и
желтые ящеричьи губы. Вот такое существо появилось на ковре.
– О! Тут еще и господин полпред!
– ухмыльнулся Герц, озираясь и невозможно мерцая
своим жилетом, - не думал, что будет такая веселая компания... а это кто?!
Лицо его вытянулось. Девушка повернулась к нему и всхлипнула.
– Иглэр?
– остолбенел он, - это ты?! Что это с тобой?.. Подожди, как ты сюда попала?!
Через секунду до него дошло. Он медленно развернулся и взглянул на Ричарда. Вся его
«любовь» к деду отразилась на его раскрашенном нервном лице.
– Это ты?!
– Во-первых, - властным тоном сказал дед, - я буду говорить
с тобой, а не ты со мной.Во-вторых, сними этот светофор. Ты не в кабаке.
Эдгар подумал, что и тут не стоит вмешиваться.
– Может, мне и штаны снять?
– осклабился брат.
– Я бы снял, - ответил Ричард, - и выпорол бы тебя как следует.
– При даме, тэгем?
– При чертовой маме!
– Пошел ты...
– Герц бросился к Иглэр и сел перед ней на корточки, - что случилось,
Рыбка? Почему ты вернулась? Он тебя заставил?
– Н-нэт.
– Тогда почему?!
Она только всхлипнула.
– Потому что двум изгоям там не выжить, - ответил за нее дед, - и тебе надо было знать
об этом, прежде чем соваться со своим альтруизмом.
– Знаешь что!
– визгнул Герц.
– 78 -
– Знаю!
– рявкнул дед, - ты посмотри на нее! Посмотри! Видишь, на что она похожа?! И
видишь, к чему привела твоя так называемая доброта?!
– А ты что сделал! Эти твари теперь убьют ее!
– Она бы и там погибла.
– Неправда!
– Правда. Сбежавших влюбленных там замуровывают в лед. Ты не знал об этом?
– Иглэр...
– Герц дернул ее за разорванную юбку, - что ты молчишь?
– Мы думэли, чтэ убэжим в Кэтэнги, нэ зэ нэми гнэлись, - обреченно сказала девушка.
– Ты что, снова вернешься к своему идиоту?!
– Дэ.
– Да что ж это такое!
Герц огляделся с таким видом, как будто все его предали: и дед, и Эдгар, и Иглэр, и сам
Создатель в том числе. Существующий порядок вещей его явно не устраивал.
– У нее нет другого выхода, - сурово сказал дед, - теверские женщины не свободны, и
одной твоей прихотью эту проблему не решить. Теперь полюбуйся, к чему приводят
необдуманные поступки. Сейчас здесь будет Эсгэмсэрэр с зятем. Стой в углу и смотри. И
только попробуй мне что-нибудь выкинуть.
Герц встал. Несмотря на раскраску, лицо его было бледным как полотно. Он медленно
снял жилет и выбросил его в окно. Тело его было еще юное, немного угловатое и какое-то
беззащитное, летний загар к нему особенно не приставал.
– В какой угол ты меня поставишь?
– спросил он деда.
– В любой, - ответил дед.
Брат смиренно встал между двух окон.
– Если они ее тронут хоть пальцем, я их убью, - мстительно сказал он оттуда, - обоих.
– Тогда, чтобы избежать войны с Тевером, нам придется убить тебя, - ответил дед.
– И принести мою голову на блюде?
– усмехнулся Герц.
Ричард подошел к нему и, наверно, взял бы парня за грудки, если б на том была одежда.
– Всем детям позволяют учиться на собственных ошибках, - раздраженно сказал он, - но
твои ошибки нам слишком дорого обходятся. Потому что ты Прыгун, черт тебя побери! Это
уже катастрофа, когда у Прыгуна нет ни мозгов, ни совести, ни чувства меры.