Чтение онлайн

— Значит, плохо маскируюсь. Слушай, будь человеком. Тьфу ты, эльфом, помоги мне найти комнату девчонок.

— Каких девчонок?

— Тех, которые вчера во дворец прибыли.

— Ты хочешь к оборотню. — Эльф изобразил квадратные глаза и снова икнул.

— Да, я очень хочу к оборотню. Ты даже представить себе не можешь, как сильно я к ней хочу.

— Васька, перестань дурить. Я тебя сам отведу.

Мальчик покосился на Хазееля и вздохнул смиряясь. Временами он не понимал этого странного эльфа, а временами его просто боялся. И то, что Хазеель догадался о его природе, делало его ещё более непредсказуемым

в плане эмоций существом. Васька даже предположить не мог, что именно предпримет эльф в следующую минуту, и чем это будет грозить самому Ваське.

Лайтион покосился на Ваську и тихонько спросил. — А как он…

— Это его приёмная мать постаралась. И предвосхищая твой следующий вопрос, да его приёмная мать оборотень и именно поэтому, она смогла его исцелить. Я не знаю, какие именно механизмы там включаются, но то, что это работает факт. А теперь вставай с пола и объясни, чо ты делаешь в этой часть дворца.

— Я просто хотел узнать как он. — Лайтион отвёл взгляд, но молодой князь успел заметить промелькнувшее в нём смятение.

— Эй, может, хватит говорить обо мне так, будто меня радом нет.

— Это кто здесь обижает моего мальчика.

От звуков этого голоса вздрогнули все. Включая Сантиона! Ксанка стояла посередине коридора и, весь её вид говорил о том, что она только что встала. Волосы растрепаны, глаза заспанные, и небрежно запахнутый халат, совершенно не скрывает часть кокетливой ночной рубашки.

На взгляды мужчин девушка совершенно не обращала внимания, единственный, кто её интересовал это Васька. А ещё её интересовало, почему он сидит в коридоре на полу, в толпе враждебно настроенных эльфов, и при этом он даже не одет. Покраснели все, даже Васька. Он быстро поднялся и робко отошёл за спину девушки, и ему даже не было стыдно. Да, он слаб, в даны момент жизни и может это признать. Время кода будут защищать не его, а он, ещё придёт.

Сантион же внимательно посмотрел в пожелтевшие глаза Ксанки и поманил Ваську к себе.

— Я думаю, тебе сейчас не стоит к ней подходить. Она немного на взводе.

— Что вы имеете в виду.

— Она зверь и сейчас себя немного не контролирует.

Такого Васька стерпеть уже не мог, он шагнул вперёд и, глядя прямо эльфу в глаза, чётко проговорил.

— Зверь? Мой отец не был оборотнем, но то, что он делал со мной и моей матерью, никак нельзя назвать человечным. Зверь не тот, кто обрастает шерстью и охотится под полной луной. Зверь, это тот, кто не зависимо от того, есть ли на небе луна или нет, превращается в чудовище для тех, кто живёт с ним рядом. Так что давайте не будем говорить о том, кто здесь зверь.

Больше Ваське добавить было нечего, он развернулся и, ухватив Ксанку за руку, повёл её за собой. Девушка же, бросив на оставшихся в коридоре эльфов ещё один нечитаемый взгляд, позволила себя увести. Расстраивать мальчика она не собиралась. Вскоре они скрылись в комнате, которую отвели для девушек. Стражники, что стояли возле её дверей, никак не отреагировали на пополнение среди жильцов, только покосились на Ксанку и снова уставились вперёд немигающими взглядами.

Через какое-то время в комнату скользнула вчерашняя служанка. Она явно взяла опеку над выздоравливающим мальчишкой.

— Нет, ты только посмотри. — Пошипел уязвлённый Хазеель. — И как этому паршивцу

удаётся так легко находить подход к любой женщине. Сантион, тебе не завидно.

— Издеваешься?

— Нет, в этом то и трагедия. Пойду, отнесу мальчишке вещи, а то действительно неудобно получилось.

— Можно я с вами, — неожиданно проговорил Лайтион и покраснел от собственной смелости. Хазеель с удивлением покосился на эльфёныша, но за собой поманил.

В комнате девушек царило оживление. Зея, по-видимому, уже давно встала и теперь распекала Ксанку за то, что она слишком долго спит.

— Зей, не бурчи, я может впервые за несколько месяцев нормально выспалась. Ночью, прошу заметить, а ты мне нотации читаешь.

— Ну, извини, просто у тебя сегодня так много важных дел, а ты совершенно не готова.

Васька тихонько сидел на кровати и смотрел в окно. На появление в комнате Хазееля и Лайтиона он совершенно не обратил внимания. Только когда черноволосый встал прямо перед ним, он соизволил поднять на него свой взгляд и тяжело вздохнуть.

— Что?

— Васька, хватит дуться. Я тебе одежду принёс.

— Спасибо. — И снова взгляд в окно.

— Ну, что не так?

— Не знаю, тоскливо что-то.

Хазеель нахмурился и пристально посмотрел на мальчика. Происходящее ему совсем не нравилось, всё говорило о том, что скрытая сущность мальчика рвалась на волю. Проблема была в том, что она не могла вырваться, миновав клеймо, а при попытке силового воздействия клеймо разрушалось, вместе с его носителем.

— Лайтион подойди сюда. Посмотри на парня. Ничего странного не видишь?

— В нём всё странно, что именно тебя интересует.

Советник пристально посмотрел в глаза молодого князя и попросил каким-то очень уж проникновенным голосом. — Я прошу тебя не просто посмотреть, а ПОСМОТРЕТЬ. Ты понимаешь?

Лайтион вздрогнул и с недоверием покосился на эльфа. Неужели друг брата просит его применить его особый дар. Как правило, его наоборот просили не смотреть, именно потому, что у эльфёныша получалось увидеть внутреннюю сущность любого живого существа, даже через магические щиты.

— Я попробую.

Лайтион внимательнее присмотрелся к человеческому мальчишке. Парень, как парень, ничего особенного. Тощий, маленький, весь какой-то взъерошенный. Только глаза у него какие-то странные, старые глаза. Такое ощущение, что кто-то неведомый взял глаза старика и перенёс их на молодое лицо.

На мгновение эльфёныш прикрыл глаза, сосредотачиваясь, а когда он их распахнул, перед ним предстало удивительное зрелище. Аура человеческого мальчика буквально полыхала от заложенной в округ неё магии. Кто-то очень сильный и умелый заковал сущность ребёнка в клетку и не простую клетку, а ту, что обычно куют из удерживающего магию металла, шипами внутрь.

От внезапно нахлынувшей боли, Лайтиону стало плохо. Разве можно терпеть такое изо дня в день и при этом умудряться нормально себя вести, не срываться, не стонать, не плакать и не жаловаться.

Судорога пробежала по телу эльфёныша, когда он понял, что именно заковано в тесной клетке из магии и боли.

— О, боги! Как же так?

— Ты увидел? — Тут же жадно спросил его Хазеель.

— Да, увидел. Не понимаю, за что его так.

— За то, что родился, — сухо проговорил советник.