Чтение онлайн

— Я по делам. Скоро вернусь. А ты ещё поспи.

Мальчик пробурчал что-то непонятное и прикрыл глаза.

— Ты знаешь, что на тебя не действует целительская магия? — Первое что сказал эльф, когда столкнулся взглядом с глазами проснувшегося в очередной раз мальчишки.

— Вы говорили — Тихо проговорил мальчик, настороженно глядя на эльфа. То, что он не просто так затеял этот разговор, было понятно.

— Значит, ничего не хочешь мне рассказать?

Васька отвёл взгляд и посмотрел с тоской в окно. Вот сейчас всё что он так тщательно скрывал, выплывет наружу и тогда всё закончится.

— Не хочешь. Ну, тогда я расскажу тебе сказку. Ты же не против.

Васька

скосил на эльфа удивленный взгляд и нерешительно кивнул.

— Так вот. Давным-давно, так давно, что многие об этом даже и не помнят, жили в мире удивительные существа. Кроме своего основного облика, эти существа имели второй. Нет, это были не оборотни, это были совсем другие существа и назывались они — перевёртыши. Магия в их телах вела себя особым образом, позволяя становиться тем животным, которое был ближе всего им по духу. Перевёртыши жили в мире с другими существами, пока один из них не пожелал для себя большей власти. Он смог изменить свой облик и стать правителем одной из стран. Его разоблачили и казнили, но с тех пор все живущие на земле расы начали бояться за свою жизнь и приняли решение обезопасить себя от перевертышей. Их ловили, клеймили особым магическим клеймом. Сила перевертышей запиралась внутри, не позволяя им расти и развиваться. Слишком дорого перевёртыши заплатили за желания одного из них. Пришло время, когда их почти не осталось в мире. Всех, кто был старше определённого возраста, уничтожили, а младших заклеймили, тем самым обрекая на медленную мучительную смерть. Большинство перевёртышей сходили с ума под действием клейма и их уничтожали.

Время шло, и все расы начали понимать, что уничтожение перевёртышей не привело ни к чему хорошему. Равновесие магии было нарушено. Все бросились на поиски пропавших магических существ, но это не привело ни к чему хорошему. Перевёртыши больше не верили своим мучителям, они погибали, но не давались в руки. Какое-то время назад, сгорел священный храм, под сводами которого производился страшный обряд по клеймению. Храм сгорел, вместе со списками тех, кто там побывал. Теперь найти перевертыша стало почти невозможно. Говорят, что они совсем ушли из нашего мира, а может, и нет. Только обнаружить перевёртышей не удаётся уже многие годы. А знаешь, как распознать запечатанного перевёртыша.

Васька прикрыл глаза, он уже знал, что сейчас услышит.

— На них не действует целительская магия. Совсем. Побочный эффект от наложения клейма. Забавно, правда?

— Что вы хотите услышать? — Тихо и как-то обречённо проговорил мальчик.

Хазеель, какое-то время пытливо смотрел в полные усталости глаза мальчишки, а потом губы его изогнулись в горькой улыбке.

— Я хочу сказать тебе, что тебе не нужно меня бояться. Я никому не скажу о том, кто ты. И как только представится такая возможность, мы снимем с тебя клеймо. Договорились?

Васька поднял на мужчину удивлённый взгляд, а потом по его щекам потекли слёзы.

— Эй, ты чего. — Хазеель испугано подскочил к мальчику. — Не нужно плакать. Всё будет хорошо, вот увидишь.

Васька сам не заметил, как оказался в кольце надёжных рук. Как часто он хотел почувствовать, как руки отца вот так вот надёжно обнимают его, защищая от всего мира, но эти руки приносили лишь боль и разочарование. Из рук Хазееля выбираться не хотелось, он впервые чувствовал себя под надёжной защитой, и это чувство было таким правильным и таким приятным, что захотелось продлить его ещё немножко.

— Эй, малыш. Может, отпустишь? Я ведь никуда не денусь.

Васька покраснел и испугано отпрянул от эльфа.

— Извините, я нечаянно.

— Не извиняйся. Ответь на один вопрос.

Васька вскинул на эльфа настороженный взгляд.

— Это был отец. Он поставил на тебя клеймо?

— Нет. — Голос у Васьки был тихий и какой-то тусклый. — Это мама.

Хазеель с усилием втянул в себя воздух сквозь сжатые зубы. Такого он даже представить себе не мог. Собственная мать, вот так просто, сломала жизнь своему ребёнку. Она не просто

сделал его магическим калекой, она его обрекла на медленное безумие и заодно позволила мужу издеваться над ребёнком. Этому было только одно объяснение — скорее всего, мать мальчика была из так называемых «Чистых духом». Очень древняя и очень неприятная организация. Своим бесконтрольным фанатизмом, члены этой организации часто подвергали опасности большие скопления людей, города и даже целые государства.

Кто-то когда-то сказал женщине, что перевёртыши это зло и с ними нужно бороться, вот она и боролась, как умела. Печати ей показалось мало и она науськала собственного мужа на беззащитное существо, для того чтобы окончательно сломить его волю. Вот только безумный папаша, всё же не до конца потерял человеческий облик и собственное поведение по отношению к сыну, сводило его с ума. Единственным выходом из сложившегося положения он видел смерть той, что медленно, но верно толкала его на путь безумия.

Мать мальчика умерла и отец, окончательно осознав, что именно творил всё это время, даже не пробовал сопротивляться, когда его вели на казнь. Он знал, что заслужил, и единственное о чём молил богов, так только о том, чтобы они уберегли его мальчика от ещё большей боли, чем ему причинили его непутёвые родители.

Васька об этом конечно не знал и никогда не узнает. Хазеель мог бы ему раскрыть глаза, но не станет этого делать, потому как этому человечку достаточно боли на его век. Так думал черноволосый эльф, но если бы он смог проникнуть в голову мальчика, то очень сильно удивился бы. Несмотря на всё то, что ему пришлось пережить, на родителей он не сердился, он по-прежнему любил их. Всё понимал, обижался, но любил.

— Значит ты не волчонок. — Неожиданно задумчиво проговорил эльф.

Васька вкинул на него удивленный взгляд.

— Интересно, кто твой зверь? Хотел бы я на него посмотреть. Что-то подсказывает мне, что это кто-то из кошачьих. Вот будет удивление для твоей подруги, когда она поймёт, что ты другого вида.

— Не смешно, — буркнул раздосадованный Васька. Ему тут душу вывернуло, а этому лишь бы поржать.

— Ей, не злись. Я же шучу. Зато ты о своих болячках думать перестал. — Ехидно пропел эльф.

Мальчик бледно улыбнулся, болело действительно не так сильно. Он задумчиво уставился в окно и провалился в воспоминания вызванные разговором с эльфом.

Маленький шестилетний Васька прижался к тёплому боку матери, со страхом прислушиваясь к её хриплому дыханию. Вчера отец ушёл из дома. Он не в первый раз бил мать, но вчера Васька в первый раз вмешался. Он бросился на защиту матери. Что именно произошло, он помнил плохо. Помнил только громкие ругательства отца. Он орал на мать, обвинял её в том, что она родила зверёныша. Мальчик получил свою порцию оплеух и зуботычин и быстро оказался в углу комнаты заплаканный и оглушённый. Через какое-то время алкоголь выветрился из головы обезумевшего папаши, он посмотрел на избитую жену, испуганного бледного Ваську. Заметил его неестественно раздувшуюся, посиневшую руку (скорее всего сломанную), и ушел, громко хлопнув дверью.

Ваське было больно. Он не понимал что происходит, почему отец бьёт маму и ругается. Почему мама плачет и прячет от него взгляд. Он смотрел на самую любимую в этом мире женщину и ждал её ответа на свой безмолвный вопрос.

— «Так нужно малыш. Ты поймёшь, когда вырастешь. Это плата, за то, чтобы быть свободными».

— Свободными. Она называла это свободой. — Тихо проговорил Васька и Хазеель замер прислушиваясь. — Она привыкла скрываться. Всю жизнь она терпела чужую волю и принимала на веру, все, что ей говорили. Она считала что я — это её плата за грехи. Она заперла меня в клетке собственной силы и называла это свободой. Она не понимала, или не хотела понимать, что свободы для неё не существует. Не может быть свободы у тех, кто добровольно обрекал себя на заточение. Она выбирала лёгкий путь, а платить должны были другие. Она ведь не понимала, что я не смогу забыть и простить не смогу.