Семилетка поиска
Шрифт:
Белокурая. Караванов объявил, что на Новый год будет один. Глупейшая история.
Никита. Почему бы тебе не отпраздновать с ним?
Белокурая. Это будет означать аннуляцию развода. Нельзя жить с человеком, с которым ты не хочешь спать. С ним можно дружить.
Никита. А со мной можно дружить?
Белокурая. Наверное, тому, кто не хочет с тобой спать, можно. Разбуди меня завтра по телефону. У меня день лучше складывается, когда с тебя начинается.
Никита. Завтра не смогу. С утра будет встреча…
Белокурая. Встреча так встреча.
Никита. Тебе нравится ставить меня
Белокурая. Больше не буду.
Никита. Очень хочется есть, подожди, нажму на кнопку, может быть, моя тупая секретарша принесет чай с печеньем. Не могу ее научить покупать печенье без шоколада. А знаешь почему?
Белокурая. Знаю. Потому что ей нравится с шоколадом. Лиши разок премии, научится покупать правильное печенье, да еще и бутерброды делать.
Никита. Ладно, посижу на диете. Буду больше девушкам нравиться.
Белокурая. Я за свою жизнь не заметила особой пропорциональности между количеством поклонников и весом.
Никита. А чего тогда все бабы голодают?
Белокурая. От неуверенности в себе. И мужики тоже. У нас замглавного – придурок, на диете сидит, ему секретарша сок выжимает и морковку трет. Не веришь? Приходи у него поучиться секретарш воспитывать.
Никита. Ладно… поверю… ты ведь меня еще ни разу не обманывала…
Белокурая. Совершенно уверен?
Никита. Лен, я просил не включать установки «воздух – земля»…
Белокурая. Однажды на отдыхе познакомилась с женой высокопоставленного военного, она напивалась и рассказывала мне, какой это шизофреник. Говорила, у меня все время страх, что я ему не так дам, так он весь мир ракетами расхуячит…
Никита. Забавно слышать от известной журналистки такой текст.
Белокурая. Журналист – это только орган слуха своего народа.
Никита. Лен, тебе бы пошло быть «хорошей девочкой».
Белокурая. Хорошие девочки не двигают прогресс и плохо трахаются.
Никита. Возразить нечего… Общение с тобой на меня плохо действует. Так на работе достали, что вчера даже при жене первый раз выматерился…
Белокурая. Неужели становишься взрослым мужиком?
Никита. Ругаться матом – не признак взрослости, а признак распущенности…
Белокурая. Если подросток в свое время не поругался матом, то он вырастает идиотом.
Никита. Наверное, не должен тебе такого говорить, но когда после тебя ложусь в постель с женой, думаю, что трахать несексуальных женщин – это как преодолевать закон земного притяжения. Все! Остапа несло… Пойду работать.
Белокурая. Удачи.
Никита. Такое впечатление, что я могу только умножать и складывать, а мои соучредители только отнимать и делить. Пока…
Белокурая. Пока.
Елена вышла в фойе, там девушки слушали рассказ Олечки, делая страшные глаза:
– И вот, заходим мы с Ксюшкой в этот бар, а там уже темно, музыка орет, народ обжимается, травой пахнет, и вдруг ровно перед нами ее мужик танцует с какой-то шлюшкой. Ну, такая, кислотная вся, с кольцом в носу, в пупке и в клиторе. И так ее обжимает, что забеременеть можно… Ну, Ксюха пошла вискаря ломанула, подходит сзади и говорит: «Разве ты не на охоту уехал?» У него тут все упало, он что-то завякал, мол, только что приехал, случайно зашел, шалашовку танцевать
пригласил, даже имени не знаю… Ксюха так эффектно пошла, он за ней бежит, чего-то лопочет. Короче, догуливали уже в другом месте.– И в чем цимес? – спросила молоденькая фоторепортерка.
– А в том, что я ей говорю: «А чё ты полезла, могла же совсем все обломить? Он мог послать, и с концами…» А она говорит: «Я по спине поняла, что он пока трезвый. А трезвый он в бутылку не лезет. К тому же мне новая машина к Новому году нужна, что я, как толкушка, на восьмерке езжу? А баба очень кстати! Не надо развивать суету, теперь можно из него за одно это „фольксваген“ вытянуть. Но лучше бы, конечно, в койке застукать, тогда можно на „ауди“ раскрутить!» Вот как надо жить! – восхищенно закончила Олечка.
Елена в очередной раз удивилась, как далеко это все от ее и Лидиной жизни. И как бойко и бездумно живет в стране огромный пласт оптовых проституток и оптовых клиентов, совершенно ничего не понимающих в человеческих отношениях. И, принимая за жизненную реализацию перечень накопленных предметов, совершенно не думает о том, что с чем-то надо умирать. Ведь когда человек не жил, ему очень страшно умирать… И подумала: «Вот ругаю красавицу Лидку за инфантильность, а ведь ее инфантильность – это только способ медленно состояться в быстрых и бесстыдных обстоятельствах… это я когти отточила, поскольку выбора не было, а ей можно и погодить…»
Время до встречи с Патроновым еще было, решила позвонить Караванову:
– Привет, с наступающим…
– Взаимно! – с подъемом откликнулся Караванов. – Сейчас примерно 23 на нашем термометре, и ветер жуткий.
– Ужас, ужас, ужас! Выходить страшно, но вроде послезавтра потеплеет, – с надеждой сказала Елена. – Неужели тебя никто не приглашает на Новый год?
– Многие! Кто за то, что был женат на тебе, кто за то, что разошелся с тобой… С такой кредитной историей не пропаду, – засмеялся он. – Я сам не хочу, хочу в одиночку. Веришь?
– Верю. Но на себя почему-то не могу примерить… В каком смысле «кредитная история»?
– Ну, ты темная… Одна из проблем банков – короткая кредитная история заемщиков. История того, как данное лицо брало в разных банках кредиты и их возвращало. Если есть история, то можно делать вывод о надежности. Так и тут: есть кредитная история, был мужем такой-то, значит, можно…
– Как моя бабушка говорила: не люби холостого – на ней не женился, на тебе не женится; не люби разведенного – с ней развелся, с тобой разведется; люби женатого – на ней женился, на тебе женится…
– То-то смотрю, у тебя в списке одни женатые, – хихикнул он.
– Да у меня пока список не систематизирован. В нем нет логики: кто первый под руку попался.
– У меня тоже. Всякая пересортица сыплется. Либо молодки, которым нужен папа. Либо зрелые матроны, которым нужен представительский муж. Сам я пока не нужен никому…
– Не горюй, будет праздник и на нашей улице!
– Спасибо за поддержку!
– Так что на Новый год придумал?
– Напьюсь, ясный пень…
– Так назойливо про это говоришь, словно это не твоя жизнь. И словно не ты распорядился ею так, чтобы праздновать ее таким образом. Я тебе больше не мамочка!