Семь раз отрежь
Шрифт:
— Ты извини, Мэри, я сегодня сама не своя.
— Опять Поттер донимает? — С сочувствием спросила подруга.
— Кто? А, этот… Разберусь, — пробормотала Лина. Уж ей, взрослой тёте, не солидно собачиться с сочащимся похотью подростком. В своем отделении она в таких случаях прописывал магловские витамины группы В внутримышечно, и любой нахал, кто посягал на нее, сразу терял романтический пыл. Сложно думать о непристойностях, когда тебе больно сидеть. Конечно, отвадить Поттера уколами в корму не получится, но что она, не придумает другой способ?
По звонку в кабинет вошла профессор Макгонагалл, и шепотки сразу стихли. Декан отличалась строгостью и никто не хотел
Лина могла выполнить работу за полчаса, но решила не торопиться, старательно выписывая каждый завиток. Ей нужно было подумать. Что она сделала не так? Шла по сюжету — не то, противоречила канону — снова не то! Она никогда не была героем, "в сказку" попала обычная девчонка из пригорода, которая пыталась хоть что-то сделать правильно. Ей не было стыдно за свою первую жизнь, вторую или третью, но это начинало выматывать, и в четвертой хотелось найти, наконец, действующий паттерн, чтобы больше не возвращаться в эту треклятую школу! Все говорили, что Лили была светлой, доброй, нежной девочкой, а здесь и сейчас над тупой табакеркой страдала женщина общим возрастом далеко за сорок, начальник отделения противодействия проклятиям, разлученная с семьей, которая, к тому же, ужасно устала. За годы работы она научилась расплетать и снимать практически любой темный наговор, чародейство или самоделку вудуистов, но даже если она нашлёт самое гнусное из известных ей проклятий на Волдеморта, в этом не будет никакой пользы.
В любом случае, у неё оставалось три варианта. Она могла прыгнуть снова на те же грабли, становясь матерью Гарри Поттера и надеяться, что в этот раз всё сработает, как надо, чего не хотелось, — даже желания целовать Поттера у неё не возникало, без юношеского романтизма и наивности она просто не могла проникнуться очарованием нахального молодого оленя. Второй вариант — собирать крестражи самой, не дожидаясь предсказаний и избранных. Или же остаться преподавать в Хогвартсе, дождаться лет через пятнадцать, пока Поттер появится в числе учеников, и стать для него "крестной феей", пропихивая по сюжетной ветке до счастливого финала и не позволяя погибнуть, где не надо.
Все три варианта были по-своему неприятными, как из-за личных причин, так и по объективным факторам.
Она всё ещё смутно помнила канон и знала о наличии крестражей, но не могла сказать, сколько их было у лорда на этот момент. Да и достать их сама она не могла — авантюра попахивала самоубийством. Так и представлялось, как она заявляется к Люциусу в мэнор и любезно просит разрешения украсть у него "старую тетрадь, которую может оставил, а может не оставил у вас на сохранении ваш маньяк-начальник".
Сидеть же в Хогвартсе ей будет просто скучно. Она привыкла к другим масштабам, сложным, интересным задачам, и плохо представляла себя на роли ассистента в кабинете Чар или помощницы мадам Помфри. Именно этим объяснялось её нежелание сходить к директору и выложить всё, как на духу. Он наверняка захочет её защитить, и запрёт, как Сириуса, которого не выпускал с площади Гриммо или профессора Трелони, из тех же соображений безопасности почти не покидавшую свою башню.
Кстати, может, попробовать обскакать Сивиллу и попроситься на должность профессора Прорицаний? Тогда директору не придется встречаться с кандидатами
в "Кабаньей голове" и никто не услышит никаких предсказаний. Осознавая нелепость этой мысли, Лина едва не рассмеялась в голос.— Мисс Эванс, похоже, вы думаете о своём. Уже закончили задание? — Послышался строгий голос профессора Макгонагалл, и Лина вернулась на землю, впервые обращая внимание на то, что наваяли её руки. Снова захотелось материться. Да, табакерка получилась красивой, с элегантным переплетением цветов морозника и шипастыми ветвями терна. Но в центре, на красивом медальоне значилось "SLS", их общая семейная роспись. Такой пользовался Северус, и такую лекарь Снейп ежедневно десятками оставляла на рецептах, служебных записках и выписках. Ну, и как это объяснять Минерве? Что это значит? "Секс, любовь, суицид"?!
— Очень любопытный узор, — внимательно изучая работу, заметила профессора.
— Кхм… Да, моя двоюродная сестра выходит замуж, и я собираюсь подарить им скатерти с монограммой… Примерно, вот такой…
— Лили, вы очень хорошая кузина, наверняка подарок придется по душе, видно, что вы вкладываете чувства.
Лина слегка улыбнулась, пытаясь поддерживать имидж отличницы, и радовалась, что Макгонагалл не умеет читать мысли. Меньше всего ей нужно было в очередной раз предстать перед деканом "очень хорошей девочкой", так как это грозило ей значком старосты, и такой же получит Поттер. А у старост спальни по соседству, крайне неблагоприятный для неё расклад. Чего бы наврать Макгонагалл, чтобы этого избежать?
Отправляясь на обед, Лина продолжала отчаянно думать. Темный лорд только копит могущество, собирает сторонников, и громкий скандал может повредить его имиджу. Если опубликовать статью о грустной судьбе мальчика Тома Риддла, его биографии и прошлых грешках, это наверняка заинтересует общественность. Но вот газетой должен быть как минимум "Пророк", в мелком издании Волдеморт спокойно изымет весь тираж вместе с головами тех, кто это печатал.
Рита Скитер, способная в будущем устроить громкий скандал, пока не была акулой пера, всего лишь мелкая рыбёшка, которая только делает первые шаги в мире журналистики. А кроме нее Лина не могла вспомнить достаточно беспринципного и хваткого писаку, способного раздуть из этой новости пожар.
Девушка специально держалась позади всех, но Поттер настиг ее и здесь, фамильярно положил руку на плечо и игриво поинтересовался:
— А на нашу свадьбу ты тоже сделаешь скатерти и салфетки с монограммой?
— Увы, не смогу посетить вашу свадьбу, мистер Поттер. Боюсь, вашей невесте это не понравится, — аккуратно стряхивая с плеча чужую руку, посетовала Лина. — Разве что пришлю открытку, но без денег. Не ждите от меня слишком многого…
— Сохатый, по-моему, тебя неприкрыто отшивают, с твоей харизмой что-то не так, — с хохотом повис Сириус на плечах у приятеля.
— С харизмой, может, и всё в порядке, мистер Блэк. Просто ваш друг катастрофически не в моём вкусе, — развела руками Лина.
— Лили, да ладно, чего ты! Включила тут Макгоннагал, — "мистер Поттер, мистер Блэк"!
— Потому что с посторонними людьми нужно быть вежливой, — сухо пояснила Лина, тоном выделяя слово "посторонними". После коротко кивнула и поспешила дальше по коридору, не желая затягивать бесполезный спор.
Сложно, отделаться от упрямого ухажера будет сложно. Но и втягивать себя снова в прежние бесперспективные отношения Лина не позволит. Хватит, наелась, чайной ложечкой и от души. Трижды долбанный сюжет, будь он неладен! Очень хотелось закричать и запустить заклинанием в стену, но приходилось сдерживаться. И это тоже бесило.