Семь братьев для Белоснежки
Шрифт:
Еще одно предположение — что новеньких в этом классе давно не было — тоже оказалось верным. На Алену поглядывали с интересом. Изучали. Наверное, у одноклассников было множество вопросов к ней, но спрашивать пока что не спешили.
Утром златовласка предупредил ее: не смей, мол, говорить, что ты моя сестра и мы живем вместе — не хочу, чтобы об этом знали. Алена в ответ только плечами пожала — он что, серьезно думает, что она ради него будет напрягаться, чтобы придумать причину своего поступления в эту школу? Конечно, можно было бы сказать, что она живет в одном из поселков ближе к Гнежину, например — но, во-первых, она не знала названий здешних населенных пунктов,
Но правда всплыла намного раньше, чем можно было предположить. На большой перемене возле класса Алены появился Митя. Алена заметила его, когда он попросил стоящую к нему ближе всех девушку — крашенную блондинку с яркой косметикой:
— Позовите, пожалуйста, мою сестру. Она новенькая.
Блондинка, глянув на него, в первый момент приторно заулыбалась и запела подозрительно знакомым для Алены голоском:
— Ой, ты же Митя Северцев? Брат Жени Северцева, да? Ты так вырос за лето!
Потом вдруг изменилась в лице и, понизив голос, удивленно спросила:
— Подожди. Сестру? Какую сестру?
Митя посмотрел на нее спокойным взглядом своих безмятежных голубых глаз.
— Она новенькая.
Он произнес это без всякого выражения, но Алена по какой-то причине даже не сомневалась, что в этот момент маленький умник подумал: «Я разве уже не сказал это?»
Алена не стала ждать, пока ее позовут. Встав из-за парты, она направилась по проходу к выходу из класса. Большинство одноклассников не обращали на нее внимания — болтали между собой. Но как минимум двое уставились на нее во все глаза. Первой была блондинка — девчонка буквально вцепилась в Алену своим взглядом. Вторым — златовласка, который, отвлекся от разговора с приятелями, сначала увидел, как Алена идет через класс, потом заметил возле двери младшего брата, и в конечном итоге сделал такие большие глаза, что Алена всерьез заволновалась, как бы они у него из глазниц не повыпадали.
Все. Теперь можно даже не сомневаться, что уже сегодня весь класс, а то и вся школа будет знать, что Алена сестра Жени и Мити Северцевых и живет в их доме. Блондинка не станет об этом молчать, как пить дать. Алену смущало только одно: на лице блондинки было не столько любопытство, сколько неприкрытая враждебность. Она впилась в Алену глазами, когда та вместе с Митей вышла в коридор. Весь ее вид говорил: «Ты мне не нравишься».
Как оказалось, Митя просто хотел сходить с Аленой в столовую. По словам младшего сына Альмы, мама просила их с Женей помочь Алене освоиться в школе. Только вот златовласка, в отличие от Мити, явно не собирался выполнять мамины поручения и оказывать новоявленной сестре какую бы то ни было поддержку.
По словам Мити, перемены между парами здесь были большими, и приходить в столовую можно было на любой. Алена сделала вывод, что о здоровье учеников в этой школе заботятся отменно. Еда в столовой оказалась на уровне — не намного хуже домашней. На них с Митей никто не обращал внимания — здесь были ученики из разных классов, разных возрастов, поэтому незнакомые лица не вызывали ни у кого особого интереса.
Когда Алена вернулась в класс, все уже усаживались на свои места — только что прозвенел звонок. Проходя мимо парты, за которой сидел Женя, Алена перехватила его раздраженный взгляд. Демонстративно фыркнула в ответ и отвернулась. Не хотел, чтобы об их родстве узнали? Его проблемы. Ее это никак не касается.
Следующий урок вела директриса, с которой Алена познакомилась еще в августе, когда они с папой
приезжали в школу, чтобы оформить документы. Звали ее Ирина Петровна. Преподавала она краеведение и по совместительству была классным руководителем выпускников.В какой-то степени эта женщина напоминала Алене семейство Каффа. Наверное, из-за того, что она совсем не была похожа на учительницу. Слишком красивая, почти женщина-вамп. Красоту не скрадывала даже прическа — зализанные и собранные в пучок на затылке волосы. А учительский костюм — юбка до колен и летний пиджачок строгого покроя — не мог спрятать сногсшибательную фигуру. Вот в этом несовпадении: откуда такая красота в такой глухомани? — она и напоминала Алене Альму и ее сыновей.
Слушая, как Ирина Петровна ведет урок, Алена про себя думала:
«Обалденный голос у нее. Глубокий, чистый… немного низковатый, но все равно суперженственный. Как сказать… Чарующий? Соблазняющий? Увлекающий?.. Не пойму, какое слово подобрать, но если бы у меня был такой голос, парни бы к моим ногам пачками падали».
Пораздумав, Алена добавила к внутреннему монологу:
«Хотя… Зачем они мне под ногами? Спотыкаться больше не обо что? И вообще… мне нужен только мой папа, остальные мужчины все равно никогда с ним не сравнятся».
В тот день, когда они с папой приезжали в школу в августе, здешняя завуч и парочка учительниц, которые находились в школе несмотря на каникулы, не преминули по достоинству оценить папину внешность — Алена видела, как они на него глазели. Как кошки на сметану. А вот директриса отнеслась к Аленкиному отцу ровно — все свое внимание она сосредоточила на Алене, была очень дружелюбна, сказав, что девушка смело может обращаться к ней по любым вопросам, она окажет ей любую помощь. Хотя добрячкой она Алене не показалась. Не тот тип.
После урока Ирина Петровна внезапно попросила Алену ненадолго задержаться.
— У тебя все хорошо в новой семье? — с мягкой улыбкой спросила она.
«Меня пытаются обмануть, — думала Алена, глядя на красивое лицо учительницы.
Улыбка была дружелюбной, но одновременно повелительной и принадлежала человеку совсем не мягкому — человеку, который привык командовать и держать все под своим контролем. Не зря же она была директором.
— Нормально, — неопределенно ответила Алена.
Ирина Петровка слегка склонила голову набок, взгляд изменился. Алена была уверена, что владелица этого взгляда только что дала ей понять, что видит ее насквозь.
— Заметила, что между тобой и Женей как будто кошка пробежала, — сказала учительница, продолжая улыбаться. — Показалось?
Надо же, подумала Алена, даже смягчать не стала. Другая учительница сказала бы: «мне показалось, у вас напряженные отношения» или как-то так. А эта прямым текстом — кошка пробежала. Алена ее даже зауважала за прямоту.
— Ну… — Алена скосила взгляд в сторону. — Есть немного.
Ирина Петровна тихо рассмеялась.
— Не обращай внимания. Женя — мальчик немного высокомерный. Он просто с детства избалован вниманием. Это с одной стороны. А с другой, все время сравнивает себя со своими успешными братьями, и, конечно, в своих собственных глазах, пока что проигрывает в сравнении. Проигрывает и злится. Но, несмотря на это, он неплохой, поверь мне, я его десять лет знаю.
Алена удивилась. Но вовсе не тому, что классная решила с ней пооткровенничать. Скорее, удивление вызвал тот факт, что Алена и сама все это про златовласку прекрасно понимала, хотя ей и невдомек было — откуда, она же его знает всего ничего. Но директриса сейчас как будто оформила ее неясные ощущения в ясный портрет.