Чтение онлайн

Я как птица летал над ними. Я видел, что ещё дальше пасутся табуном кони наших гусар летучих. Что Т-70 и Т-60 никуда не потерялись, а укрыты в копониры, экипажи спят в машинах.

Полетел вправо. Ага! А вот и остальные "батальоны" дивизии. Где это они так "обтрепались"? У нас, смертников - потерь меньше. А-а, понял! Так они в таком скудном народонаселении и начинали наступление! Это называется - некомплект личного состава. Верно - пополнение шло в мехкорпуса. Пехота и так перетопчется.

А вот и артполк дивизии. Готовят огневые. Видно, что всю ночь не спали. Копали.

Ловушка. Ловушка для румын. Им оставили выход из

окружение. А штрафники - чтобы румыны не догадались о мышеловке. Мы - тот самый кусочек сыра. Та стрелочка, что указывает на путь в бетонный мешок.

Понятно. Как ни странно, мне полегчало. Отлегло. Всегда легче, когда знаешь, что за спиной - свои. А что на нас всей массой попрут - что ж теперь? Война! Пожертвовал пешкой - получил преимущество. Пожертвовал смертниками - выманил тысячи солдат противника из обороны в голое поле. Из окопов, блиндажей - в поле.

Пока я ещё "летаю", что там у противника? Тысячи и тысячи. Много их. Обречённо-решительных. А вот и ещё танки. И ещё. А вот - пушки.

Чё такое? Что это всё так потемнело?

Осознал себя сидя на дне окопа. Меня колбасило. А, отходняк. Батарейка села. Топливо кончилось. Авиакеросин, ёпта. Разлетался. Сколько раз говорили - не увлекайся.

Так, прислушаться к музыке внутри, поймать гармонию ритма, поймать гармонию синхронизации. Блин, никак. Всё. Что я натворил! В бою мне этот режим "гармонии" гораздо полезнее был бы, чем "полёты во сне и наяву"! Хотя, это большое дело - взглянуть на всё отстранённо, сверху. Никуда я не летал, конечно. Обострившееся восприятие мне дало данные, а богатое воображение мне накидало виртуальную картинку. У меня уже было так. Не так сильно, тот раз - слабее. Это когда мою истребительно-ментовскую роту танками раскатывали. Прошлой осенью. Я тогда танк над своей головой взорвал. Потом полгода шальной ходил. Голумы всякие чудились. Сны Голумские снились. Взрыв БК танка над головой - не китайская хлопушка! И не такое будет мерещится, когда в черепной коробке - гоголь-моголь.

А вот и Сашка-библиофил. Прёт два ящика. Молодец. Не-не, не вслух. Зазнается, через губу плевать разучиться. Вообще делаю вид, что не заметил его. Смотрю через оптику на цепи мадьяр. Далеко ещё.

– Что там?
– запыхано, спрашивает он.

– Сам смотри, - отвечаю ему, отрезая виброклинком прицел от станины, протягиваю оптику ему.

Он - в шоке. Губы трясутся, хочет что-то сказать - не может.

– Так удобнее будет. Биноклем будет одноглазым.

– Ты пулемёт испортил!
– искренне возмущён он. Меня прикалывает трепетное отношение этого поколения к технике.

– Ничего я не испортил! Всё одно - мне на два километра не стрелять! А вблизи - и без него обойдусь. Вот тебе игрушка. Не потеряй.

Он посмотрел через прицел, не поверил, посмотрел без прицела, опять в прицел.

– Волнующе?

– Просто ....!

– Полностью с тобой согласен, коллега. Настолько богатого улова я ещё не видел.

Он смотрит на меня подозрительно. Так смотрит, будто я у него деньги украл, он подозревает, что это я, но не уверен на все сто.

– Что рот разинул? Разноси боезапас по позициям. Бой будет долгим, нудным и суетливым. Надо заранее приготовиться. А то дыхалки не хватит - запыхаемся бегать с ящиками.

Он поволок ящик. А я привалился к земляному столбу пулемётного стола, смотрел на противника. Ждал. Сегодня мадьяры играют белыми. Потому Е2 - за ними. У них

преимущество - многократное численное превосходство. Единственное средство противодействие - огонь артдивизионов. Чтобы не нести больших потерь, румынам надо не кучковаться. А, не кучкуясь - нас они не пройдут. Чтобы создать пробивной кулак, им надо в узилище перед селом собрать больше тысячи человек в атакующих порядках. И разом их бросить в атаку. Под огнём батарей. Камень-ножницы-бумага. Тысяча человек в таком узком месте - фарш.

Опа, а что это вам на своих позициях не сидится? Все 5 человек моего подразделения собрались тут. Глаза - как ордена при Суворове, Александре Васильевиче и его патроне - императрице Екатерине II. Награды тогда были, как подносы - в полгруди.

– Дед, ты видел?
– как атмосферно, с придыханием спросил один.

– Конечно, видел. А что вы так возбудились? Там вроде не бордель выездной, а вполне себе мужики. Солдаты.

– Тебе бы всё хиханьки, да хаханьки! Они же нас в порошок перетрут.

– Скорее сами перетрутся.

Вижу - не понимают. Вздохнул. Надо рассказать. Довожу до них предположительный масштаб артподдержки. Откуда знаю? От верблюда. Видели, ротный меня вызывал? Карту показывал. Вот тебе и хо-хо!

– Так что - держите штаны сухими, ребята. И лишний раз - не подставляйтесь. Вам даже попадать в них не надо. Высунул винтарь, шмахнул в сторону противника - молодец. Надо чтобы позиции наши выстрелами сверкали. Чем чаще будете шмахать, тем дольше проживу я, и проживёт мой пулемёт. А вот он - та ещё косилка! Задача ясна?

– Впервые получаю такую задачу - просто не сдохнуть, - скривил обгоревшее лицо один из бойцов. Это он так улыбнуться пытался. Им бы в госпиталь. Но, жираф большой - ему виднее. Это я про ротного, чтоб ему там сейчас икнулось.

– Ну, почти так. Как дойдёт до рукопашной - там мои приказы вам без надобности. Как дойдёт румын до вот тех плашек, видите, я навтыкал? Вот! Кидайте гранаты. Не жалейте. А там - Бог нам всем в помощь! Ну, вы ребята, вижу, та ещё субстанция. Как и я - в воде не тоните, в огне не горите! И помните - главное в танке - не бздеть! С Богом, братва, по местам! Пусть смерть нас боится! Ура!

– Ура!
– вполголоса хором отвечают. Расползаются.

Вот. И не пришлось плести про ариев и великих предков. Надоело уже. Не буду больше. Пока того гридня не отловлю и не допрошу с пристрастием.

Пока воодушевлял людей, сам как-то воодушевился. Легко поймал нужную "гармонию", легко вошёл в новый, недавно освоенный, наскоро вспомненный, вид транса. Пусть так и будет числиться - Гармония.

Так хорошо и спокойно на душе. Чую себя, чую людей, чую мир вокруг. Мир стал насыщенным, выпуклым. Как в книге "Области тьмы" - заглотил таблеточку и мир заиграл красками. Только без таблеточки. Натур-продукт.

Лёгкость небывалая в теле и голове. Чистота кристальная в мыслях. И тело своё ощущаю, как никогда. Как никогда лёгким. Чистым. Казалось, подпрыгни - полетишь до Неба. С ангелами, по душам, водочки попить. Ничего больше не болело, не беспокоило. И простуда куда-то делась.

– Дед, а как ты это делаешь?
– спросил библиотекарь, приваливаясь к стене окопа рядом со мной.

– Что?
– не понял я. Так "ушёл в себя", что потерял нить разговора.

– Что не боишься совсем. Ты так спокоен, будто собрался завтрак сготовить, а не в безнадёжном бою сражаться.