Щупальца спрута
Шрифт:
– Правда? – немного с недоверием спросила девушка, заглядывая в глаза Стасу. Скажи он сейчас обратное, и они расстались бы врагами. А так, возможно есть надежда на продолжение знакомства.
– Истинная правда. Ну, посудите сами. Я же не стал давить ваше очаровательное создание. Затормозил, а это можно рассматривать, как положительный поступок, – Стас произнес эти слова гордо, как похвалу себе, посчитав это необходимостью. Надо же как-то понравиться красотке. Может и она похвалит его. И тогда уже можно считать, что начало знакомству положено.
– Да, это так, – охотно согласилась
«Если она на меня не злится, то самое время узнать, как зовут ее, и спросить номер телефона», – подумал Стас и сказал:
– Меня – Станиславом зовут. Но для друзей я – Стас.
Девушка засмеялась. Кажется, она догадалась о коварном замысле Кручинина. Но против знакомства ничего не имела.
– А меня – Наташа, – сказала она, нежно поглаживая пушистый комок, которому уже порядком надоело сидеть у девушки на руках. Неуемная энергия требовала движения, и котенок совершенно оправившись от недавнего испуга, поглядывал на цветы, над которыми кружили бабочки. В нем угадывался – маленький хищник, готовый переловить их всех.
– У вас прекрасное имя, – попытался Кручинин сделать маленький комплимент. – Я где-то читал, что имена подходят людям: по внешности, по характеру. Вот вам, например, ваше имя здорово подходит.
Наташа – это значит, красивая, женственная, – говоря так, Стас настойчиво добивался продолжения знакомства. Видел, и девушка не против, раз охотно поддерживает разговор. Если бы он был ей неприятен, вряд ли бы она стала пустословить с ним. Получается, есть смысл попытаться, заарканить ее. Сколько раз Стас добивался от женщин секса не наглостью и нахрапом, а элементарным терпением, за которое потом и был вознагражден. А борзость тут ни к чему. Она годится для бритых мальчиков, снимающих на ночь проститутку.
«Обязательно надо спросить у нее номер телефона», – решил Стас, стараясь произвести на девушку впечатление человека культурного. Понравиться ей.
– Наташа, можно я вам позвоню как-нибудь? – вкрадчиво спросил он, состроив при этом несколько смущенную физиономию и в то же время обжигая девушку взглядом страстного любовника.
Не понятно, что заинтриговало красавицу больше, но она тут же ответила:
– Конечно можно. Мне интересно с вами разговаривать. Вы какой-то не такой...
– Какой же я? – не навязчиво поинтересовался Стас. Уж очень хотелось услышать о себе мнение так сказать со стороны, из уст этой красавицы. Но он был ей интересен. Это сулило многое. Хотя он и не звал ее в ресторан, не приглашал покататься на машине, что, наверное, был готов сделать каждый, кого она удостаивала взглядом своих больших карих глаз.
– Так какой у вас номерок? – Стас проявил настойчивость. И тут же заметил, стоило ему спросить про номер, и девушка как будто погрустнела. В больших глазах отразилось что-то наподобие печали. Но так продолжалось недолго. Красотка вскинула чубом.
– А знаете что, – оживилась она, – хотите, я вам сама позвоню? Вы не против?
Что за вопрос? Хочет ли Стас, чтобы это милейшее создание уделило ему внимание, пусть даже по телефону.
– Наташенька,
я не против, если вы мне будете звонить каждый вечер и даже по ночам, – сказал Стас без лишней скромности.– Даже так, – кажется, девушка о чем-то призадумалась. Карие глаза изучающе смотрели на Стаса. Не врет ли?
– Уж не знаю, угодил ли вам, или нет. И прошу обратить внимание, я не женатый. Вот уже пятый год маюсь в одиночестве.
Девушку, кажется, такая подробность мало интересовала. Она окинула взглядом его потрепанную «трешку», но ничего такого по поводу машины не сказала.
Хотя Стас и сам готов был признать, что видок у его четырехколесной подруги не очень. А сейчас ведь принято по машине судить о ее хозяине. И вот так с ходу, сразу можно сказать, какое положение в обществе занимает владелец того или иного авто. Стас не «косил» под крутого, хотя одевался неплохо, со вкусом. Пожалуй, это единственное, чем мог выделиться из серой толпы холостяков. А «тачка» что? Кузов еще не ржавый, надо только отогнать машину в сервис и перекрасить. Но с этим можно и повременить. Одна мысль, что ему от дома до работы придется трястись в автобусе, угнетала его. Да при его работе без машины нельзя ни дня. Ведь хорошего опера, как и волка, кормят ноги.
Отбросив все домыслы по поводу старенького «жигуленка», он смело назвал свой домашний номер телефона и заговорил немного настойчиво:
– Имя мое вы знаете. Теперь буду с нетерпением ждать вашего звонка. Позвоните. Развеете мое одиночество. Знаете, как плохо человеку одному.
Наташа постаралась отшутиться.
– Ох, бедненький. Всеми забыт и заброшен. Совсем один…
Стас безапелляционно возразил:
– Наташенька, не то, чтобы всеми. Иногда мне звонят друзья. А знаете, как приятно услышать в трубке ласковый женский голосок.
Наташа рассмеялась. Рассмешил ее этот парень, показавшийся обыкновенным ловеласом. Пусть так. Зато с ним весело и легко. Забывается все плохое. А ведь сначала он показался ей неприятным типчиком, нагловатым. Ошибочное представление. Даже нескольких минут общения хватило, чтобы оно развеялось. И Наташа решила, когда ей будет очень скучно, обязательно позвонит, тем более что уже дала обещание.
Стас не упустил заметить, что разговаривая с ним, девушка то и дело бросала настороженные взгляды в ту сторону, откуда он только что ехал. Несомненно, она кого-то поджидала. Неужели мужчину? Захотелось узнать, и Стас глянул на проезжую часть улицы, по которой неслись машины.
Его внимание привлекла серая «девятка» норовисто обгонявшая попутные машины одна за другой. Наверное, у лихача водителя была веская причина так нестись, иначе с чего бы ему нарушать правила движения и тем самым рисковать.
Машина была еще далеко, но Стас заметил, как при ее приближение на лице Наташи появляется беспокойство. Теперь она уже не была веселой и добродушной, как несколько минут назад. В глазах появилась черствость, которая так не подходила ее красивому лицу.
Стас догадался, Наташа имеет какое-то отношение к сидящему за рулем бешенной «тачки» водителю, хотя всеми силами старается не показать этого. Не хочет, чтобы Стас видел. Даже в тайне от него вздохнула, сказав: