Санта-Барбара 2
Шрифт:
— Признаюсь, — с небольшой долей огорчения в голосе сказал он, — что все это не мое…
Кортни изобразила на лице притворный ужас.
— Неужели ты все это украл?!
— Нет, — засмеялся Перл. — Разумеется, я не смогу взять на себя такую смелость. Все это принадлежит одной захудалой киностудии, на которой снималась такая классика, как, например, он почесал лоб, словно припоминая название — …«Усыхающая планета» или «Устрица, которая съела штат Огайо»…
Кортни прыснула от смеха.
—
Перл прошел по квартире дальше. Проходя мимо стен, он демонстрировал стоявшие возле них экспонаты.
Кроме того, вся комната была заставлена осветительными приборами разной формы и величины.
Перл вел девушку за руку. Он остановился перед детским стульчиком высотой в два метра и серьезно сказал:
— Посмотрела бы ты на ребенка, который сидел на этом стуле!..
— Да, представляю себе, — прыснула от смеха Кортни.
— А тут и представлять нечего, вон он…
Перл показал рукой на фигуру малыша из папье-маше, который занимал целый угол. Розовощекий упитанный мальчик растянул рот в улыбке.
Здесь же, в углу, был подвешен серебряный месяц вместе с декоративными звездочками. Эта штука напомнила Кортни о ее детстве.
Словно зачарованная, она провела рукой по поверхности небесного светила, которое на несколько мгновений вернуло ее в детство. Эта штука напомнила ей о сказке «Волшебник из страны Оз».
А Перл представлялся ей добрым волшебником
Гудвином. Она была просто восхищена и не скрывала своих чувств.
Перл удовлетворенно посмотрел на девушку и торжественно произнес:
— А сейчас я покажу тебе кое-что другое…
Перл с гордостью посмотрел на Кортни и продолжил:
— … Без сомнения можно сказать, что это уникальная вещь. Я специально оставил ее напоследок…
Он взял девушку за руку и осторожно повел через нагромождение вещей куда-то за угол.
Здесь, за небольшой перегородкой, оказалась комната, размером подходившая для того, чтобы быть спальней.
В отсветах прожектора, падающих на стены, Кортни увидела большую, необычной формы кровать.
Ее необычность заключалась в том, что она изображала собой большое сердце. Атласное покрывало нетронутой белизны сверкало и переливалось в лучах отраженного света. Над кроватью возвышался столь же необычной формы балдахин, украшенный большими красивыми кистями.
По своей форме балдахин был выполнен в виде крышки огромной раковины, склонявшейся сверху.
Вычурного вида подушки весьма напоминали небольшие жемчужины.
Рядом с кроватью стоял огромных размеров старинный патефон с трубой, окрашенной золотой краской.
Это все напоминало сцену из какого-то черно-белого немого фильма времен примерно начала века. Фильм, разумеется, мог быть посвященным лишь любви.
Перл горделиво указал рукой на кровать и, потешно подтягивая штаны, заявил:
—
Это осталось еще от Эстер Уильяме — знаменитой звезды немого кино. Здорово, да?С этими словами он вдруг прыгнул на постель, спиной назад. И, разлегшись, раскинул руки.
Кортни восхищенно посмотрела вокруг. В который уже раз она проговорила:
— Перл, мне ужасно здесь нравится!
Он поднялся на кровати и, протянув руку, подвел девушку поближе к себе.
— Я так и знал, что тебе здесь понравится! — самоуверенно сказал Перл. — Именно поэтому я и привез тебя сюда.
— И эта постель… — сказала Кортни. — Я даже не догадывалась, что такие вещи могут сохраниться…
Перл окинул взглядом кровать, на которой он сидел:
— Ты знаешь, эта штука ко всему прочему обладает еще одним эффектом: с моим ишиасом она расправилась меньше чем за месяц.
Кортни от удивления вытаращила глаза.
— Ты что, хочешь сказать, что спал на этой кровати?
Перл смущенно пожал плечами:
— Когда я впервые приземлился в Санта-Барбаре, я нашел себе убежище именно здесь, — объяснил он.
Кортни недоверчиво осмотрелась по сторонам:
— Это правда?
— Ну, конечно… — убежденно ответил он. — Здесь мне было очень неплохо, меня никто не беспокоил. Соседи очень тихие… Здесь я стал самим собой. Понимаешь, раньше здесь был склад всего этого хлама. Кое-что я выбросил, кое-что подремонтировал, привел в порядок. И то, что ты сейчас здесь видишь, это, в общем, дело моих рук.
Кортни снова прошлась вдоль стен, разглядывая предметы, которыми была украшена квартира. Она остановилась возле балдахина в форме ракушки и недоверчиво потрогала его рукой.
Увидев ее жест, Перл взмахнул рукой.
— Из этой раковины вылупился настоящий Перл! — воскликнул он. — Каламбур получился не очень удачным, но я думаю, что ты меня извинишь.
Кортни улыбнулась и восторженно взмахнула руками.
— Перл, ты не представляешь как это здорово! То, что ты меня сюда привез, это просто великолепно! Ты — молодец! Я бы никогда в жизни не увидела всего этого, если бы не ты.
Без тени ложной скромности Перл заметил:
— Ну, разумеется ты права. Я просто решил, что тебе нужно развлечься, сменить обстановку…
Девушка остановилась рядом с кроватью и присела на ее краешек. С нежностью глядя в глаза Перла, она произнесла:
— В первую очередь, мне нужен ты…
Перл смутился. Он понимал, что виноват перед этой девушкой, но, к сожалению, был вынужден сказать ей горькую правду:
— Кортни, я сегодня уезжаю, — пробормотал он. — Ты же знаешь. Поэтому мы не сможем провести много времени вместе. Прости меня…