Чтение онлайн

Почему, я не знаю, но это работало. В общем, сегодня я шучу об этом, но в то время моя жизнь была похожа на кошмар...

Его смех мгновенно стих, он стал смотреть в одну точку, прижав губы к стакану. Николя похлопал его по спине.

— Пойдем домой, я подогрею паэлью.

За столом они вспоминали Одру и на время отложили расследование. Это был одновременно радостный и грустный момент, и Франк успокоился за состояние Николя, который, несмотря ни на что, казался у руля своего маленького корабля. Он играл свою роль хозяина, отца.

Когда он задул свечи на шоколадном торте с надписью «С днем

рождения, Анджел, - Люси, как мать, прочитала в его глазах всю любовь, которую он испытывал к сыну. И в этот момент она убедилась, что он справится.

Позже, когда он с помощью Люси складывал грязные тарелки на краю стола, зазвонил его телефон. Под пристальным взглядом супругов он взял трубку и удалился на кухню, где начал нервно ходить взад-вперед. Вернувшись в гостиную, он был бледен как полотно.

— Это была психотерапевт. Она была в полном отчаянии.

— Что случилось?

— Связь была плохая, но, насколько я понял, она упала в яму рядом с заброшенным заводом. Там что-то... производили крабов. Я ничего не понял. В любом случае, в яме были сотни червей. Она была в истерике.

Спасатели забрали ее, везут в больницу в Понтуаз.

Говоря это, Беланже надел куртку и стал искать ключи от машины.

— Я почти не пил, я еду. Надо позвонить Келли, она должна быть недалеко, она...

— Предупреди ее, да, — прервала его Люси. Мы позаботимся об Анджеле, пока она не приедет, а потом пойдем домой. У детей завтра школа. Но, черт возьми, что это за история с червями?

— Я черта не знаю, — ответил Николя, бросаясь к двери.

Уже после полуночи машина Николя наконец-то выехала с парковки у отделения неотложной помощи. Учитывая падение и панику Элеонор, врач счел нужным провести быстрый осмотр. Результат: переломов нет, только несколько легких ссадин.

— Я искренне сожалею о причиненных неудобствах, не знаю, что на меня нашло. Думаю, я была в шоке и...

— Объясните мне, что произошло.

— В конце дня я смогла подойти к Натанаэлю Машеферу, когда он гулял во дворе, и коротко расспросить его о Капитане, — рассказала молодая женщина.

Капитан — это тот злой голос, который дает ему приказы. Он является неотъемлемой частью его психоза. Поскольку Машеферу запрещено говорить о нем, мы общались в письменной форме. Это был своего рода способ обойти правило, навязанное его галлюцинацией. И в конце нашей беседы он записал это.

Она показала ему вырванную страницу из своего блокнота. Николя бросил на нее взгляд, а затем снова сосредоточился на дороге. По GPS до места, где психиатр оставила свою машину, оставалось всего около десяти километров.

— Я поискала в Интернете, — продолжила она.

– Крабовая бухта» — эти слова были начертаны на мостике заброшенного объекта, где меня нашли. Думаю, - Убейте всех» относится к... червям.

Она пристально смотрела на бумагу, которую держала в руках, и Николя заметил, как дрожат ее руки.

— Вы сказали, что вас толкнули? Кто?

— Я не знаю... Я больше ни в чем не уверена. Все произошло так быстро, что в голове все перемешалось. Я почувствовала чье-то присутствие в лесу и мельком увидела силуэт. Но через мгновение все исчезло. На самом деле, это не первый

раз, когда такое происходит.

Это уже было на парковке. Потом возле моего дома. Были еще анонимные звонки. А вчера ночью сработала сигнализация. Охранник сказал, что никого нет, что просто датчик сработал ложно. Но я все равно чувствую, что кто-то рыщет вокруг...

Элеонора задрожала от этой мысли.

— Короче, я начала паниковать и, пытаясь вернуться к машине, наступила на доску, лежащую над ямой. Врач обнаружил ушиб в области лопаток. По его мнению, это доска ударила меня, опрокинувшись под моим весом. Но...

Я действительно думаю, что меня толкнули... По крайней мере, у меня было такое ощущение.

Николя посмотрел на нее из-под лобья.

— Такое же ощущение, как у меня вчера вечером у вас дома, на беговой дорожке?

Она ничего не ответила. Он продолжил:

— Кто-то знал о вашей поездке на завод?

— Нет. Машефер дал мне бумаги, я вернулась домой, провела небольшое расследование и отправилась в путь.

— Вас могли проследить?

— Нет, нет. По крайней мере, я не знаю. Но зачем кому-то это делать? Да и я бы увидела фары в зеркало заднего вида, не так ли? Если только они не были выключены. Это возможно.

Она глубоко вздохнула. Николя чувствовал, что она потрясена. И уставшая.

— Это было ужасно — оказаться запертой там с... этими отвратительными тварями, — призналась она. И это еще я была с мобильным, смогла вызвать помощь.

Я даже боюсь представить, что было бы с кем-то психологически неустойчивым, кто провел бы всю ночь в этой дыре, не имея возможности ни с кем связаться.

— Кто-то вроде Машефера...

Она кивнула.

— Я действительно убежден, что он тоже пережил этот ад и что это усугубило его панический страх перед червями. Возможно, он и раньше испытывал к ним определенный страх, такой же, как страх перед мышами, - нормальный» страх, так сказать, но этот опыт усилил его.

— Это могло спровоцировать его шизофрению?

— Нет. Однако это, несомненно, поставило страх перед нашествием червей в центр психоза, который был на грани проявления. Он начал размышлять, думать о «червях, - видеть кошмары о «червях, - в дополнение к своей социальной изоляции. Он, должно быть, вспоминал эти кучи липких насекомых, которые ползали у него под ногами. Постепенно болезнь заперла его в сценарии, который он считал реальностью. Машина запустилась, и все ускорилось, вероятно, в течение нескольких недель, до финального взрыва в тот знаменитый воскресный вечер.

Они прибыли к месту назначения. Николя посмотрел на внушительный граффити в свете фар, затем припарковался рядом с машиной Элеонор.

— Покажете мне?

Он увидел, что она колеблется, и добавил:

— Оставайтесь здесь, если хотите, я только загляну.

— Все в порядке. Я лучше пойду с вами.

Это место было бы идеальным для съемок фильма ужасов, подумал Николя, когда они направлялись к желтому дому, освещая путь фонариками своих телефонов. Земля была холодной и влажной. Все было тихо, кроме свиста ветра, который по-прежнему дул с такой же силой. Если бы психиатр следовала за ним, она бы это заметила, если только его нападавший не припарковался очень далеко отсюда.