Ржавый гвоздь
Шрифт:
Почти. Ещё нужно одеться. Просто заходи.
Уже поднимаюсь по лестнице. Мы рискуем опоздать.
А вот и нет! Уже почти закончила.
Да что ты говоришь?..
Просто открой эту чёртову дверь и иди сюда!
Я нажала отправить, после чего уселась на кухонном столе. Было слышно, как Саймон поворачивает ключ в замке, что вызвало у меня широкую улыбку. Мы должны были встретиться с нашими друзьями за совместным романтическим ужином через двадцать минут. Учитывая пробки на дорогах, нам бы очень повело добраться за сорок. Но, если мне повезёт ещё
– Детка! Что ты делаешь? Нам пора! – позвал Саймон, бросая свою сумку в прихожей.
Пока он шёл по коридору, я драматично произнесла:
– Знаешь, мне не хочется никуда идти сегодня вечером: не очень хорошо себя чувствую, –
было слышно, как он замер на полушаге, и я готова была поспорить на свою пароварку фирмы «Le Creuset», что он провёл рукой по волосам и тяжело вздохнул.
Я несколько недель подряд донимала Саймона, уговаривая его сводить меня куда-нибудь в
День Святого Валентина. В результате я настояла, что мы проведём вечер с нашими друзьями. Но Саймон прилетел домой лишь на неделю, и мне было известно, что больше всего на свете в этот день он хотел остаться дома и обжиматься на диване со своей любимой девушкой.
Любимая девушка.
У меня до сих пор по коже пробегали мурашки, когда я думала об этом. Я – любимая
Саймона, его девушка. А ведь когда-то он был Хозяином гарема, но теперь у него единственная девушка.
Уже где-то с середины января я начала настойчиво намекать ему сделать всё возможное,
но быть дома ко Дню Святого Валентина. Затем мы Софией и Мими провели долгие часы на телефоне, планируя идеальный романтический вечер для всех нас. Но в последний момент я вдруг изменила своё решение, задавшись вопросом – почему бы не организовать для Саймона что-то особенное в этот день, чтобы он получил именно то, чего хотел от своей девушки.
– Уверена? Мне казалось, ты хотела…
Он остановился, едва вошёл в кухню. Где ждала его я, восседая на кухонном столе. На мне был фартук и туфли с пятнадцатисантиметровым каблуком, лицо озаряла улыбка, а на моих коленях лежал яблочный пирог.
– Мое сердце подсказало сделать что-то другое, – ответила я. – Что-то, совершенно никак не связанное с шумным рестораном. Ведь я не могу появиться там в подобном виде, –
спрыгнув с кухонной стойки, я повернулась к Саймону спиной. Ах да, на мне не было ничего, кроме фартука. И ещё туфли, не забудьте о них.
– Кэролайн, ого, – только и смог сказать он.
Я широко улыбнулась.
– У меня для тебя есть кое-что.
– Даже не сомневаюсь.
– Глупыш, я говорю про пирог – испекла его для тебя. Яблочный пирог с пылу с жару.
Тебе нужно лишь подойти и попробовать его, – я отломила кусочек и наблюдала, как посыпка из сахарной пудры и корицы осыпается с корочки. Даже интересно, Саймон захочет сначала пирог или меня?
Оказалось, он хотел всё и сразу.
Апрель
– Видишь ли, мне казалось, у нас с тобой явно намечается прогресс. Мы вместе смотрим бейсбол, я время от времени подлизываюсь к тебе, угощая арахисовым маслом, но ты всё равно продолжаешь делать это? Почему? Ну почему ты по-прежнему так себя ведёшь? И,
что самое важное, почему я позволяю тебе это?
Я стояла на лестничной площадке и прислушивалась к разговору, доносившемуся из моей квартиры. Саймон должен был быть дома один, но, возможно, он разговаривал с кем-то
по телефону. Когда я тихонько зашла внутрь, моему взору предстала такая картина: Саймон сидит на диване напротив моего кота Клайва, а перед ними на столике лежит толстовка изСтенфорда. Клайв привык метить свою территорию, и эта толстовка становилась его объектом уже множество раз: и когда наши отношения с Саймоном только начинались, и какое-то время после. Таким способом кот напоминал Саймону, кто в доме настоящий мужчина. Мы уже начали думать, что за Клайвом больше не будет водиться этот грешок.
Но, видимо, ошибались…
Я подавила смешок, наблюдая за серьёзным выражением лица Саймона и совершенно несерьёзным ответным поведением Клайва. Кот поигрывал своим хвостом, словно тот был сам по себе, отдельно от туловища. Я тихонько отступила назад в коридор, а затем как следует пошумела дверной ручкой, чтобы оповестить о своём возвращении домой.
Войдя в квартиру на этот раз, я увидела Саймона, беспечно читающего газету. Он даже не обмолвился о разговоре, который состоялся у него с моим котом.
Я позволила ему умолчать об этом и сделала вид, что не заметила никаких следов на толстовке, несколько часов спустя оказавшейся в корзине для грязного белья.
Май
Ужасающе громкие звуки наполнили мою спальню, разрушая тишину ночи и проникая прямо сквозь мои барабанные перепонки. Этот пилящий оглушительный шум непонятного происхождения вырвал меня из чудесного сна с участием Джорджа Клуни. Я изнемогала от жары, потому что очень горячее тело прижималось к моей спине и крепко обнимало, а теперь ещё и жуткие громкие звуки из его рта словно распиливали на кусочки мой мозг. Я
отодвинулась на прохладную часть подушки, жар буквально исходил от Саймона волнами, а шум оказался ничем иным, как – Господь всемогущий! – храпом, от которого меня била нервная дрожь.
Даже Клайв сбежал с кровати в безопасное место – на комод.
Пребывая в полном шоке, я припомнила детские игры на школьном дворе, замахнулась и со всей силы пнула потного храпящего парня, посмевшего прервать мой сон.
– Ауч! – вскрикнул Саймон, просыпаясь и неосознанно подвигаясь своим горячим телом ближе ко мне. Я вылезла из кровати и встала рядом, размахивая своей подушкой, которая больше не давала ни грамма прохлады.
– Детка, ты что делаешь? Ты… пнула меня? – он перекатился на спину, словно неваляшка.
– Прекрати немедленно! – заорала я.
– Прекратить? Ты о чём? Давай уже, возвращайся в постель, – пробормотал Саймон и быстро провалился обратно в сон. Наверное, ему снилось, что он дровосек.
– Даже не вздумай засыпать! Не смей! И прекращай храпеть! – закричала я, чувствуя раздражение каждой клеточкой своего тела. Меня лишили такого сладкого сна, и это превратило меня в абсолютно одержимую женщину.
– Храпеть? Да ладно тебе, вряд ли всё так плохо, так какого чёрта ты истеришь!
Я вырвала подушку у него из-под головы, и та оказалась на матрасе.
– Если я не сплю, никто не будет спать! Ты слишком громкий и слишком горячий! –
воскликнула я.
– Ну, ты у меня тоже горячая штучка, знаешь об этом?
– Р-р-р-р-р!
– Постой, у тебя случайно не ПМС? – спросил Саймон, но сразу понял свою ошибку и посмотрел на меня испуганным взглядом.
Остаток этой ночи он провёл в собственной квартире. Мне необходимо было поспать.