Рыцари Короны
Шрифт:
– Спят они, – бурчал Сашка, ужом ввинчиваясь в мешок, – а человек мучайся… Все-таки, правильно женщина считается существом коварным и жестоким.
Он немного поерзал, устраиваясь поудобнее, потом продолжил:
– А знаете, мне здесь нравится. Это вам не в школу ходить, физика всякая, с географией. Тут гораздо веселее, а ведь мы еще до Принца не доехали. Там придворные…
– Санька, заткни фонтан, пожалуйста, – вежливо попросил его брат.
– А что? – вежливость на Сашку действовала слабо, – придворные, говорю, свита королевская. Совсем как в историческом романе. Я вот что думаю, это ничего, что мы без подарков?
– Бац! – шлепнулась прямо на него метко пущенная Олей подушка.
– Ладно, намек понял. А с подушкой гораздо удобнее. Спасибо, это ты правильно придумала.
– Сашка!
– Да я же и говорю, ладно, всем спокойной ночи.
Никто ему не ответил. Через пять минут лагерь погрузился в крепкий сон, только Пушок поблескивал красными глазами из-под полуприкрытых век.
Благодаря хорошей погоде и удобным спальным мешкам, выспались все прекрасно. Позавтракали, сверились с картой и снова двинулись в путь.
– Собственно, до лагеря принца не так уж и далеко, – рассуждал Пушок. – Здесь места тихие, для путешествия приятные, никаких злобных тварей, которые норовят мирными путниками закусить, в окрестностях не водится. Ближе к обеду доберемся до реки, эта дорога прямо на брод выводит. Переедем речку, на том берегу заночуем, а оттуда, до башни Крейга, рукой подать.
– Значит, думаешь, завтра будем на месте? – спросил Андрей.
– Если ничего не случится, – Пушок умудрился на бегу пожать плечами.
Пока, кажется, ничего случаться не собиралось. Уже к полудню, показалась широкая голубая лента реки. Решили на обед не останавливаться, привал не устраивать, а доехать быстрее до реки, переправиться и уж на другом берегу, как следует отдохнуть. Перекусили на ходу пончиками.
Ехать быстро и вскоре добрались до реки. Дорога переходила здесь в четко выделяющийся, каменистый брод. Сашка, как обычно, ехавший впереди, разогнался, собираясь влететь в воду, поднять фонтан брызг, лихо проскакать на другую сторону и оттуда снисходительно наблюдать, как будут переправляться остальные. Но у самой воды, что-то сильно ударило его в грудь. Машинально поймав это «что-то», он остановился и теперь с удивлением разглядывал необычный метательный снаряд.
– Это кто тут ботинками бросается!
Визгливый голос тут же потребовал:
– А ну, отдай башмачок!
– Привет, Калоша! Значит, это ты здесь хулиганишь? С чего вдруг?
– Отдай башмачок, – сердито повторил Калоша.
– На, получай свое сокровище. – Сашка бросил башмак лепрекону и тот ловко поймал его. – Ты как успел сюда пешком раньше нас добраться?
– Короткие пути знать надо. Я не такой глупый, чтобы по верхним дорогам неизвестно куда мотаться!
Тем временем подоспели остальные. Ребята тоже стали нестройно здороваться и выражать свое удивление неожиданной встречей. Пушок молчал и нехорошо посматривал на лепрекона. А тот, отмахнувшись от приветствий и вопросов, ядовито осведомился:
– Ты о чем, собственно, думаешь, дурень лохматый? У тебя, почему в опасных местах мальчишка впереди несется, как на пожар? Да я еле успел его остановить, башмачок пришлось ему в голову кинуть!
– Значит, промахнулся, – сделал глубокомысленный вывод Сашка. – Вовсе не в голову
попал, а в грудь. У меня теперь там синяк будет, в форме каблука.Калоша, не отвлекаясь, сверкнул в его сторону глазками и продолжал верещать, наступая на Пушка.
– Ты зачем к этой банде рыцарей безмозглых приставлен? Сопровождать, а в опасных местах контролировать и привлекать внимание! Так чего же ты в хвосте плетешься, как обожравшийся сумчатый хомяк?
– Да где ты здесь опасные места нашел, склочная козявка! – рявкнул Пушок. – Я вот тебя сейчас в твой любимый башмак запихну и шнурки завяжу! Посидишь там, может, научишься не лезть не в свои дела…
Ребята, стоящие вокруг них полукругом и с интересом наблюдающие за перепалкой аборигенов, только молча вертели головами.
– Не лезть! – Калоша визжал уже почти на уровне ультразвука. – Да где бы вы были, если бы я в ваши дела не лез! Ты разуй глаза-то, погляди на речку, валенок мохнатый!
Пушок, сердито рыкнув на лепрекона, вытянул морду в сторону реки и неожиданно, словно захлебнувшись собственным рычанием, растерянно, совершенно по щенячьи, тявкнул.
– А? – не слишком внятно спросил он у Калоши.
– А я что тебе говорю! – возмущенно откликнулся тот.
– Эй! А нельзя ли и нам что-нибудь объяснить? – потеребил Пушка за хвост Сашка. Как обычно, ему первому надоела молчаливая роль зрителя.
– Вот-вот, объясни, – ехидно закивал лепрекон, – что за зверушка их на переправе поджидает! – и махнул в сторону большого серого бугристого валуна, торчащего чуть правее брода, почти на середине реки.
– Зверушка? – Андрей выступил вперед. – Пушок, ну-ка говори толком, что происходит?
– Да уж происходит, – Пушок морщил нос и скалил зубы одновременно. Это было бы забавно, если бы не наводило на неприятные мысли. – Похоже, от этого скандального башмачника действительно польза произошла. В кои-то веки!
– Ну, знаешь! – возмутился Калоша. – Да если бы не я вся ваша благородная орава ввалилась бы в реку …
– Да ладно, я же тебе говорю, спасибо, не слышишь, что ли?
– То-то и оно, что не слышу я от тебя никакого «спасибо», – ядовито прошипел лепрекон, но Пушок уже не обращал на него никакого внимания.
– Сударь Сергей, – вежливо попросил он, – подбери-ка ты камень какой, или палку и кинь в этот валун.
– Зачем?
– Ну не нравится мне он. Кинь, пожалуйста, камень.
– Не нравится, не ешь, – усмехнулся Сергей, но, оглянувшись вокруг, подобрал булыжник и запустил его в указанном направлении.
Немного перестарался с силой броска, камень явно летел выше и дальше. Однако через реку ему перелететь не удалось. Валун шевельнулся, шероховатые бугорки открылись дюжиной глазок, из воды взметнулся пучок щупалец, легко поймавший булыжник. Открылась пасть, словно неровная трещина и камень исчез.
– Господи, это еще что такое? – ахнула Аленка. – Пушок, ты же говорил, что никаких тварей здесь быть не должно! Я здесь не поеду.
– Куда тут ехать! Вы пасть видали? Он же меня целиком заглотает и не поморщится! – поддержал ее Сашка. – Пушок, что это за зверюга?
– Это, благородные рыцари, страшный хищник теплых океанических морей, по научному: «Monstrus Omniafagus», а по простому прозывается Жральник Стремный. Стремный, потому что охотится обычно там, где сильное течение, на стремнине, а Жральник… это и так понятно.